Ольга Рей – Солнечный зайчик (страница 12)
Леркин начальник расплачивается и уводит за собой надутую подругу, а я только сейчас осознаю, что теперь неизвестно сколько времени проведу одна. Становится грустно и немного одиноко. С тетями гулять мне не хочется, они воспринимают меня как ребенка и постоянно пытаются учить. И что делать?
Я возвращаюсь в свой номер, время полчетвертого, опасное солнце уже пошло на спад, можно отправляться на пляж. А мне там одной валяться как-то неловко.
Падаю на свою кровать и достаю смартфон. Интересно, как там мои родители, еще не помирились? Вообще их бойкот меня очень расстраивает. Я, конечно, взрослая девочка, но все равно очень болезненно реагирую и боюсь, что они разойдутся. Для меня, впрочем, как для любого ребенка, родители — это единое, неразрывное и дорогое. Я не могу представить, что папа не будет вечерами приходить домой. Заглядывать в мою комнату, разговаривать по душам. Он у меня очень интересный и добрый человек. И хорошо меня понимает. Про маму я вообще молчу, она незаменима.
Переворачиваюсь на живот и набираю маме сообщение. Как и обещала, пока не буду на теток ябедничать, надеюсь, они больше ничего эдакого не выкинут.
«Мама, как вы там? У меня все хорошо, утром на пляже валялась, сейчас в номере»
Ответ прилетает быстро, хотя я знаю, что мама на работе и занята.
«У меня тоже все в порядке. Сегодня встречаюсь с подругами, хотим посидеть в ресторанчике, поболтать, как раньше, в институте. Отель хороший, как питание?»
«Отель шикарный, море теплое, кормят до отвала. Ты с тетей Верой встречаешься и тетей Алисой? И как там папа?»
Решаю задать вопрос в лоб, а то ждать, сил нет. Я, конечно, могла бы написать ему напрямую, но пока хочу послушать мамину версию.
«Да, с институтскими подругами. Как папа, я не знаю. Напиши ему сама»
Я сижу в шоке от ответа. Неужто они сильнее рассорились. Даже думать страшно. Набираю сообщение папе:
«Привет пап? Что делаешь?»
«Я на работе. Ты как, дочь?»
У меня на глазах наворачиваются слезы. Ну что этим родителям в жизни не хватает? Раньше у них было все отлично. Они вместе гуляли, смеялись, готовили. Что не так?
Кисну как капуста в ведре. На море уже не хочется, гулять тоже. Натягиваю на себя одеяло с головой и закрываю глаза. Интересно, если спрятаться от проблем, они сами собой решатся?
Полежав так пару минут, проглатываю тревогу и выныриваю в мир. Надо папе ответить, а то он нервничать будет .
«У меня все отлично. Купаюсь, развлекаюсь, подружилась с девочкой»
Через пару минут от него прилетает сообщение:
«Замечательно, дочка, я за тебя очень рад. Отдыхай на всю катушку. Езжай на экскурсии. Побывать в Греции и не увидеть все ее красоты — грех. Например, храм Олимпийского Зевса настолько большой, что по своему размеру превышает даже легендарный Парфенон. Его строили почти 650 лет. Если верить мифам, то храм был возведен на месте святилища прародителя греков Девкалиона. Или Кносский дворец, который считается центом Минойской цивилизации. По преданиям, Кносс в те времена был собственностью царя Миноса, которого многие знают по мифам о знаменитом Лабиринте и его вечном обитателе Минотавре».
На губах проступает грустная улыбка. Какой же у меня папа умный. Пусть родители помирятся.
«Да, пап, обязательно поеду».
Еще мне очень хочется добавить, что я безумно желаю, чтобы они с мамой перестали ругаться, но не дописываю эту фразу. Как-то неловко лезть во взрослые отношения.
На пляж я все же не иду. Остаток времени торчу на балкончике с книжкой в руках. Пью прохладительный лимонный напиток, который заказала в номер, крашусь, наряжаюсь к ужину. И вместе с тетями, которые возвращаются в номер в районе шести вечера, отправляюсь в ресторан.
- Ой, девочки, я сегодня с таким симпатягой познакомилась, - хвастается тетя Тоня, допивая второй бокал пива и заедая тазом королевских креветок. — Коренастый, сильный, игривый, - хихикает она, обтирая руки салфеткой.
- А где твой Абдурахман или как его? Уже сбежал? — Язвит тетя Тома.
Как я поняла из разговора родственниц в номере, ей пока ни разу не подфартило. Все мужчины, которых она обхаживала, дали деру.
Я молчу, в их разговор не лезу. По сути, мне все равно, что они делаю днем, главное, чтобы ночью я могла спать в тишине и своей комнате.
- Ты про Африкана, - жеманничает она, поправляя кудрявые волосы. — Он мне в отеле прохода не дает. Предлагает в его магазине взять все, что понравится. Но я к нему охладела. Не мой типаж, - макает креветку в соус и забрасывает в густо накрашенный рот.
- Понятно, - хмыкает тетя Тома, нарезая стейк, - свалил и имя твое забыл. По нему сразу понятно было — одноразовый мужик.
Смотрю, тетя Тоня я от злости зубы сжала и побагровела. Видимо сестра попала в точку.
- Это ты от зависти говоришь, тумба драная, потому что на тебя никто не смотрит, а за мной косяками ходят! - Рявкает она, шлепнув по столу рукой так, что пиво у обеих сестер подпрыгивает и пенистой струей начинает скользить по бокалам.
- Что ты несешь, баобаб щипанный, просто я на нерест с кем попало не хожу. Беру только самое лучшее, - ерничает вторая тетя, кидая в тарелку вилку, прямо с нацепленным на нее мясом так, что соус расплескивается на белую скатерть.
Я закатываю глаза и немного отъезжаю на стуле назад, чтобы мне не досталось. Оглядываюсь по сторонам, чувствуя, что все внимание соседних столиков приковано к нам. Ощущение неловкости цепкими лапами медленно ползет по спине. Зачем я только согласилась поесть вместе с ними.
- Да не рассказывай мне, - с видом знатока хмыкает тетя Тоня. — Ты одновременно крутила с Эдиком и Мариком. А потом еще Юрика подцепила в баре на Арбате. Что забыла, как с ним зажималась в подъезде бухая в хлам? — Она на весь зал вываливает подробности личной жизни сестры. А у меня начинается дергаться глаз. Еще слово и я просто провалюсь сквозь землю.
Закрываю лицо рукой, чтобы меня никто не запомнил. Чтобы я еще раз пошла куда-то с тетями. Да не за что!
- А сама-то из семьи Пашку увести пыталась. Названивала его жене, доказывала, что он любит тебя, а она ему только плешь поедает. А у него трое детей дошкольного возраста. Что забыла, как она потом тебя за волосы тягала. И вообще, нечего прикидываться ангелочком, когда из-под юбки хвост выглядывает…
На этой фразе мое терпение лопается, я встаю из-за стола и ни на кого не смотря направляюсь к выходу. Еда, которую проглотила, у меня в горле булькает, сейчас назад попросится.
- Алька, ты куда? — Летит мне в спину в унисон от теть, а я сжимаю кулаки. Ну надо же было еще мое имя огласить всем присутствующим.
Ускоряю шаг, уткнувшись взглядом в пол. Как же стыдно. Но не успеваю добраться до выхода, как передо мной словно гриб после дождя вылезает рыжая. На губах неприятная ухмылка гуляет, глаза блестят.
- Яблоко от яблони недалеко падет, - намекает она, преградив мне дорогу. Похож, она все видела.
Сжимаю губы. Только мне комментариев этой ведьмы не хватало.
- Если сейчас не заткнешься, будешь дёснами улыбаться, - зло предупреждаю я. И я не кокетничаю. Во мне сейчас столько отрицательных эмоций, что могу больно пнуть.
Она снисходительно улыбается, поднимает руки вверх в жесте «сдаюсь» и отходит в сторону, пропуская меня. А я без оглядки покидаю место позора. Все теперь до конца поездки носа здесь не покажу.
Иди по коридору надутая, как пузырь. Хочется убить обеих теток. Они совсем рехнулись, обсуждать свою личную жизнь на весь ресторан. И меня еще в эту мерзость втягивать. Выворачиваю в холл, кажется, что все мимо проходящие люди оглядываются на меня и тычут пальцем. Но я не поддаюсь маразму, кому я нужна в этом огромном отеле.
Захожу в пустой темный номер. Настроение ужасное. К горлу комом подкатывают слезы из-за позора, одиночества, страха за родителей и нестабильности семьи. Не знаю, как успокоить волнами накрывающее разочарование жизнью, хоть на стену лезь.
- Нет, так не пойдет, - тихо произношу я, устало проводя рукой по лицу. Надо что-то делать, чтобы совсем не скиснуть. Достаю из сумки смартфон и набираю сообщение Лере, вдруг она уже вернулась.
«Привет. Как ты там? Босс не достает? Когда приедешь?»
Опускаюсь на диван и считаю до десяти. Папа говорил, что это отличное средство, чтобы успокоиться и переключить голову. Кажется, что на время отпускает, хотя ненадолго.
Проходит пять, десять, пятнадцать минут, но от Леры нет ответа. Видимо, подруга занята или не слышит. Поднимаюсь с дивана и иду к себе. Честное слово я давно так не злилась и не расстраивалась.
Распахиваю балконную дверь и втягиваю теплый морской воздух. Ну что за фигня? Я на отдыхе в Греции, поездка выпадает раз в году, а я кисну. Так нельзя. Скидываю с себя сарафан и лезу в шкаф за черными джинсами и футболкой. Надо как-то развеяться и снять стресс. Пойду выпью.
Захожу в ванную, разглядываю в зеркале свое недовольное лицо. Надо бы придать себе жизни. Подвожу глаза черными стрелками, крашу губы помадой поярче и выхожу из номера. Лучше так, чем пока я не остыла снова столкнуться с тетками.
Подхожу к бару у бассейна. Народа много, но столиков хватает. Беру себе бокал шампанского, усаживаюсь в плетеное кресло, закидываю ногу на ногу. В голову настойчиво стучится мысль, что одинокая выпивающая девушка отличная приманка для придурков. Но все равно не ухожу, наедине со своими упадническими мыслями еще хуже. А тут миниатюрная певица исполняет какую-то миленькую песню на французском, народ гомонит, дымят кальяны. В общем, хоть какая-то развлекуха. Залпом выпиваю игристое и морщусь, надеюсь, это поможет успокоиться.