Ольга Райская – Звездная академия. Дипломатия галактического уровня (страница 27)

— Поверят ли? — я внимательно посмотрела на Дарина, — нас ведь искали.

— Искали, — согласился он, — но в ущелье не работает никакая техника, а поисковики могли нас и не заметить. Там достаточно мест, где наши бессознательные тела были бы надежно спрятаны.

— Это верно. Мы с Сумраком, когда тебя искали, несколько раз пролетали мимо, потому что ты находился в похожем месте. Немалых трудов стоило тебя доставить в храм… Хотя, можно было бы обойтись и без этого. Как оказалось, у моего лайвелла извращенное чувство юмора и ему просто нравилось смотреть, на то, как я мучаюсь. А жаль. Мне искренне хотелось спасти тебя, Дарин. Веришь? — слова давались не просто. Обида на кошака никуда не исчезла и лишь немного притупилась.

— Верю, птенчик, верю, — тихо сказал «леденец», — ты на самом деле спасла меня. Это твой голос я услышал, блуждая во мраке, и пошел на него. Страшно было? Мой вид напугал тебя?

— Совсем чуть-чуть, и то только в начале, — не стала лукавить, — а потом поняла, что монстр это ты и успокоилась, у него были твои глаза, и в них была я.

— Ты в каждой частичке моей души, птенчик, — улыбнулся муж и снова поцеловал меня, нежно так, едва коснувшись губами моих, а хотелось большего…

— Тангир Элвэ! — раздался от двери грозный голос доктора, — вы испытываете мое терпение!

— Уже ухожу, — и Дарин поднялся с краешка моей кровати, — отдыхай, Алечка.

Муж извлек из кармана форменной куртки плитку молочного шоколада и положил на тумбочку. От такого простого знака внимания стало так тепло на душе и я улыбнулась мужу, искренне и благодарно. А когда он ушел, ксури внимательно посмотрел на меня, проверил показания каких-то приборов, стоящих рядом с кроватью, и спросил:

— Верник, у вас с тангиром отношения?

— Что вы, доктор, — улыбнулась пожилому мужчине, — я отлично понимаю, что эленмарцы проводят время с женщинами различных рас, а судьбу связывают только со своими.

А что? Это было не такой уж ложью. Просто не всей правдой.

— Хорошо, что вы это понимаете, Верник, — пробормотал смущенный доктор и поспешил покинуть комнату.

Глава 11.

Присев на лавочку сбоку от своего домика, погруженный в свои мысли, Стас рассматривал странное небо Лорны. Вдруг, его внимание привлек тихий шорох. В фиолетовых сумерках, стараясь держаться тени, мимо проскользнул кто-то небольшой и малоприметный. Погодин насторожился. Лагерь давно спал, сигнала-оповещения о вторжении не было. Странно, кто мог ночью, после отбоя красться в сторону лабораторного сектора? И что ему там понадобилась? Вроде ничего ценного пока не находили. На время поиска тангира Элвэ и Верник, вообще, приостановили все работы. Треугольник! Треугольник из странной пещеры на Медриксе! Он не сомневался, что его догадка верна и бесшумно двинулся вслед за ночным воришкой.

Фигура злоумышленника, скрытая плащом, мелькнула на участке, освещенном фонарем, и тут же скользнула снова в тень. Погодин наблюдал за вором, прижавшись спиной к стене лаборатории. Что-то зашелестело, потом защелкало, и вдруг наступила темнота, слабо разбавленная отблеском фосфорицирующих растений. Единственный фонарь потух, звуки стихли. Погодин не видел того, за кем пришел сюда, но ощущал, что незнакомец еще здесь и весьма близко.

Дверь в здание осталась позади. Видимо, парадный вход преступника не интересовал. На окнах то и дело по контуру пробегали синие огоньки сигнализации, и на них воришка тоже не обратил внимание. Почти на границе с землей было выведено вентиляционное отверстие. Оно было маленьким. Пролезть в него смог бы разве что ребенок или очень хрупкая девушка. Стоп. В лагере всего две девушки, у которых размеры позволили бы это сделать. Верник и эта леди Темного Круга, Алейна, кажется. Постольку поскольку именно в этот момент Алька находилась в медицинском домике, более того, Погодин знал об этом наверняка, потому что сам лично заходил справиться о ее здоровье всего час назад, и подруга спала сном младенца, то оставалась «темная».

Не зря они со своим таштором телохранителем всегда вились рядом с раскопками, создавая видимость заинтересованности. На самом деле, Стас сам не раз слышал, как белокурая, хрупкая девушка непринужденно расспрашивает о тонкостях и трудностях работы тех, кто непосредственно был связан с лабораторными опытами. Салорка ему нравилась. Она была приветлива, немногословна, а еще… улыбалась так, что вокруг становилось светлее, и душе хотелось петь. Лишь один человек, кроме салорки, обладал похожей улыбкой — Алька Верник, его лучший друг и несбыточная мечта всех курсантских лет. Алейна интересовала Погодина. Он практически все время выискивал ее глазами и рассматривал осторожно, стараясь не привлекать внимания. Но несколько раз их взгляды встречались и тогда, леди тама Сану мило краснела и, вздернув свой хорошенький носик, отворачивалась, чем вызывала улыбку у Стаса. И все равно, несмотря на симпатию, землянин был настороже, словно все время ожидал от нее подвоха, не потому, что она из Темного Круга. Вовсе нет. Интуиция Погодина вопила, что у салорки есть какая-то тайна, а своему чутью он привык доверять.

Странным казалось лишь одно: он нигде не чувствовал присутствия тени девушки, ее телохранителя Двайна. Обычно, таштор следовал за Алейной неотступно, бросая грозные и подозрительные взгляды на окружающих. Как поступить в сложившихся обстоятельствах? Поднять тревогу? Так вроде «темная» пока еще ничего не совершила и впредь станет осторожнее или, вообще, затаится. Попробовать обезвредить ее самому? Но тогда нужно выяснить местоположение таштора, а в том, что он где-то рядом Погодин не сомневался. Стас сделал небольшой шаг вперед и поморщился, наступив на острый камушек. Вот оно решение. Он нагнулся и, подняв его с земли, запустил в близ лежащие кусты подальше от себя, стараясь наделать как можно больше шума. Девушка у решетки вентиляции замерла, а от одного из деревьев отделилась массивная фигура, устремившись в сторону упавшего камня. Таштор, одетый в маскировочный фиолетовый плащ, почти сливался с окружающим пейзажем. Не мудрено, что Погодин его не заметил.

— Что там, Двайн? — шепотом спросила салорка.

— Все спокойно, госпожа. Видимо, какая-то местная живность шумит, — ответил ей громила, снова сливаясь с деревом.

В руках Алейны сверкнул лазерный резак, и Стас понял — больше медлить нельзя. Конечно, выстоять в честной схватке с громилой-телохранителем, не смотря на все свои регалии в карате, он не сможет, но голова дана не только затем, чтобы шапку носить. А у таштора голова единственно слабое место, по ней и нужно бить, чтобы его вырубить. Только вот чем? У здания лаборатории лежали стройматериалы. Возведение лагеря, хоть и велось достаточно быстро, но еще не было окончено. Погодин осторожно поднял одно из металлических креплений, похожее на толстый стержень длиной сантиметров пятьдесят, и взвесил его на руке. Тяжелое, как раз то, что надо. Бесшумно Погодин двинулся к таштору, обходя его сзади. Стас хотел лишь оглушить, поэтому одетый на лысый череп громилы капюшон плаща, был как нельзя кстати. Он смягчит удар. Второго шанса не будет, поэтому бить нужно сильно, быстро и наверняка. Погодин сделал пару шагов, приближаясь к противнику, перехватил стержень за самый конец и ударил. Гигант рухнул как подкошенный, при этом, не издав ни звука, а вот упало массивное тело вовсе не бесшумно.

— Да что там еще у тебя? — раздался недовольный голосок.

— Все в порядке, леди Алейна, — копируя интонации таштора, отозвался Стас, — оступился.

— Ты испортишь нам всю операцию своей неуклюжестью, Двайн! — почти прошипела салорка, — сам знаешь, что стоит на карте. Мне жизненно необходимо добыть этот треугольник.

Пока девушка отчитывала своего телохранителя, Стас успел зайти сбоку и схватить ее за руки, сильно надавив на запястья. От неожиданности Алейна выронила все, что держала. На землю полетели лазерный резак и парализующий бластер.

— А мне расскажите о своей жизненной необходимости, леди тама Сану? Я о ней не знаю, — прошептал Погодин, притягивая хрупкое девичье тело к себе.

— Двааайн! — попыталась кричать Алейна, но Стас прикрыл ей рот ладонью, удерживая ее тонкие руки одной своей.

— Отдыхает он. И будет долго отдыхать, примерно до утра, — ответил он, трепыхающейся салорке, — а ну, перестань! — Погодин хлопнул ее по заду, кстати, упругому, — Я уберу руку, а ты не станешь кричать. В твоих же интересах вести себя тихо. Будешь хорошей девочкой?

Алейна отчаянно закивала и, Стас, чуть отстранившись, убрал ладонь ото рта девушки. В этот момент каблук ее ботинка впечатался в голень землянина, Погодин приглушенно вскрикнул, запрыгал на одной ноге, поминая на чисто русском языке всех родственников девушки, особенно по женской линии, но добычу из рук не выпустил. А когда волна острой боли схлынула, прохрипел:

— Что ж ты злая-то такая! Все равно с планеты тебе не сбежать!

— Посмотрим! — зашипела салорка и задергалась в его руках.

— Да стой ты, бешеная белка! — выругался Погодин, разворачивая девушку лицом к себе.

— Кто? — спросила Алейна, от неожиданности перестав вырываться. Она внимательно разглядывала своего пленителя.