Ольга Райская – Перестань, мне это нравится, или Отбор для высшей расы (страница 45)
А мы… Думаете, пошли? А вот и да, потому что рожденный для приключений никогда не пройдет мимо них. Кроме того, Амакир меня везде отыщет, в этом сомнений у меня не было.
24 глава
Проход оказался не таким уж и темным. Вернее, сначала, когда за нами закрылась дверь, отрезая от уютной комнатки, на миг потемнело. А потом одна из стен вдруг стала прозрачной. Там, в коридоре суетились люди, маршировали военные, проходили почтенные ученые мужи, и никто не замечал нас.
- Джамаки вели меня по этому коридору. И стены были обычными, каменными, - сообщила я Власовой.
- Похоже, они и сейчас такие же. С той стороны, - кивнула Владка. – Смотри, вон твой эггер идет.
И действительно, по коридору навстречу нам шел Амакир с более зрелой своей копией. Родственник? Отец? Брат? А может быть, Верховный дядюшка? Впрочем, какая разница?
Мужчины практически поравнялись с нами, я не выдержала и постучала по странному прозрачному камню. Пожилой эггер ничего не услышал, а командор… Он остановился и внимательно осмотрелся, подошел к стене и приложил к ней ладони напротив того места, по которому я недавно стучала.
«Смотри-ка, а твой-то учуял!» - ядовито прокомментировал лисец.
- Не учуял, а почувствовал! – огрызнулась я. – Сердцем. Лучше показывай дорогу!
Лично мне сейчас очень захотелось повернуть назад и дождаться Амакира в тепле и мягкости надувной кровати, но интуиция подсказывала, что нужно идти вперед, потому что там я нужнее.
- Прошу за мной! – усмехнулся звездный хорек, сложил за спиной лапки и полетел вперед.
А мы, конечно же, пошли. Тем более, что путь завершился довольно быстро. Перед нами вдруг возник огромный зал с прозрачными стенами и таким же прозрачным куполообразным потолком.
- Смотри-ка, ночь, - кивнула на потолок Владка.
Сквозь прозрачную поверхность нам подмигивали звезды, разбросанные по темно-синему бархату.
- Или я слишком долго спала, или день на Ютоне слишком короткий, - задумчиво резюмировала я.
За стенами работали люди, стояли резервуары, переносили какое-то оборудование. Казалось, что жизнь идет где-то там, мимо нас, а здесь она застыла, как желе в картонном стаканчике.
Фокс не выдержал:
- Потолок? – возмущенно завопил он. – Потолок – это все что вас интересует? Больше вы ничего не видите?
- О чем это он? – насторожилась Владка.
Признаться и я ничего не видела… Хотя…
Все дело было в темном глянцевом покрытии пола. Если не присматриваться, то казалось, что в нем отражаются звезды. На самом же деле прямо в центре зала, между полом и потолком висело нечто бархатное, звездное и бесформенное, что ли. Вернее, у штуковины имелись края, которые шевелились, словно мантия на ветру.
- Батюшки… - выдохнула я.
- Что это за чудо?.. – шепотом спросила Власова, направляясь к странному объекту.
- Руками ничего не трогать! – крикнул лисец и едва не запоздал со своим предупреждением.
Мы дружно одернули протянутые к штуковине руки. Когда не веришь глазам, всегда лучше потрогать. Оказалось, что нет.
- Агни, а ты ничего не узнаешь? – Владка толкнула меня в бок и указала на сгусток величиной с горошину. Впрочем, подобных горошин разных цветов и форм внутри штуковины было предостаточно.
Владка права, туманная спираль напоминала нечто очень знакомое, даже родное…
- Млечный путь!.. – удивленно выдохнула я. – Это же наш Млечный Путь! Где-то в нем наше Солнце и Земля.
- А смотри что рядом! Волопас, за ним Большое Магелланово облако… - Власова нервно почесала нос. – Две радужных галактики… А пространственно-временные тоннели смотрятся, как черные ниточки, которыми прошито пространство. Никогда не думала, что Вселенная такая.
- Какая? – поинтересовалась я.
- Как нарядное бальное платье, сшитое прекрасным дизайнером.
- Налюбовались? – ехидно спросил лисец. И вопрос его мне не понравился, после него ждала подвоха, и не зря. Фокс обошел модель Вселенной и продолжил: - А теперь смотрите вот сюда.
В том месте, на которое указывал хорек, звездная мантия напоминала увядший лепесток дивного ночного цветка. Он совсем почернел и свернулся в трубочку.
- Что это? – спросила я. Хотелось дотронуться и расправить ткань, хотя повреждения были такие, что простые действия не помогли бы. Здесь требовалось чудо.
- Это? – лисец схватился лапками за свои круглые ушки и покачал головой. – Это конец, девочки! Мы все умрем! И возможно очень скоро!
- Не болтай ерунды! – рассердилась Власова.
- Да, - согласилась с ней я. – Не нагнетай. Лучше скажи, что нам делать?
Очевидно, наша лояльность пришлась по вкусу звездному пройдохе. Если бы не звериная пасть, я бы подумала, что он довольно улыбается. Правда, выражение его мордочки быстро изменилось. Что-то встревожило Фокса.
- Нам нужна ши древних! Причем, немедленно! И я ее чувствую! – заверещал он. – Закройте глаза, постарайтесь расслабиться, думайте о хорошем и… сияйте! Сияйте, слышите меня?!
Я бросила взгляд на завядший лепесток, и мне показалось, что черная трубочка стала чуть длиннее. Исходя из тех обрывков знаний, которыми владела я, наши дела и правда плохи. Если для того, чтобы жили все, кого я люблю… Впрочем, и те, кого я не люблю тоже. Для того, чтобы во Вселенной просто жили, нужно поделиться своим телом с какой-то сущностью, то пусть забирает.
Наверное, и Власова думала точно так же. Она уже прикрыла глаза, раскинула руки, и подняла лицо к звездам. Владка словно молилась за все то, что любит и желает спасти.
- Агни! Времени нет! – поторопил лисец.
Конечно, за все время нашего знакомства он не раз испытывал наше терпение, преувеличивал и даже бывало врал, но сейчас похоже для разнообразия говорил правду. По крайней мере, я так чувствовала.
Я прикрыла глаза. «Думать о хорошем… Думать о хорошем…» - словно мантру повторяла про себя слова Фокса.
Но, то ли хорошего в моей жизни было катастрофически мало, то ли Амакир оказался самым лучшим, что дарила мне судьба, но я видела лишь его. Сияющие аквамариновые глаза смотрели с грустью и пониманием. Нет, он не отговаривал, он смирился с тем, что в конечном итоге проиграл меня высшим силам, уступил ради великой цели. А мне… Мне отчего-то было невыносимо видеть Элиастра таким. Нет, я не хочу, чтобы он уступал. Возможно, я слишком безнравственна и эгоистична, но если во мне станет две души, то я и командора должна буду разделить с соседкой? Да простит меня великая ши! Я не смогу с этим жить!
В какой-то момент почувствовала, что в зале мы не одни и открыла глаза.
У самого входа стояли ректор, офицеры-кураторы, соргх, старший родственник командора и сам Амакир. А между нами мерцало, пульсировало, переливалось всеми оттенками сиреневого зерно. Вернее, полупрозрачное зернышко, капля света, готовая прорасти для чего-то доброго и значимого. Она звала меня, хотела меня, жаждала меня, пришла за мной. Я чувствовала ее потребность, понимала необходимость, но никак не могла смириться.
Владка тоже распахнула глаза и теперь без отрыва смотрела на конусообразную частичку, которая вдруг начала вращаться, с каждым оборотом увеличивая скорость. Мой же взгляд был прикован к Элиастру. Казалось, и он не видит вокруг ничего и никого. Только я отражалась в аквамариновых глазах, только я владела его душой, только эти мгновения остались у нас наедине друг с другом. Командор сжал руки в кулаки, но не предпринимал ни малейшей попытки приблизиться ко мне. А я… Я же готова была лететь к нему, словно на крыльях. Если бы не ши…
Мы прощались безмолвно. Да и зачем слова, когда две души плачут. Эли… Так и не ставший моим. Или ставший моим совсем ненадолго? Я буду вспоминать его. О, нет. Я всегда буду о нем помнить, но не посмею подойти ближе.
«Агни…» - я словно услышала свое имя, произнесенное его голосом.
«Эли…» - тихо простонала я.
Окутанное сиреневым сиянием зерно остановилось, вздрогнуло и ринулось в мою сторону.
«Вот и все» - мелькнула запоздалая мысль, и я зажмурилась.
Последовал толчок в грудь, едва не сбивший меня с ног.
«Вот ты какая, Агни!» - прозвучал женский, неожиданно звонкий голосок. Он напоминал трели бубенчиков или небольших колокольчиков.
«А вы кто?» - спросила я. Лисец всегда общался со мной одним голосом. Противным и язвительным. Значит, это точно не он. Неужели, ши?
Смех у дамы был приятный, задорный и очень зажигательный.
«Фоксикристус – одно из моих порождений. У меня не может быть детей, в вашем понимании. Возможно, поэтому все живущие для меня как дети. Я Оюн, в переводе с первого языка это означает вечность» - ответили мне.
«А я Агния, это означает овца. И теперь я отчетливо осознаю, что значение имени соответствует содержанию!» - вздохнула.
Оюн рассмеялась, хотя я не сказала ничего смешного или неверного. Овца и есть. Как я теперь без командора? Нет, мне без него никакая «вечность» не в радость.
«Хорошо подумала?» - тут же спросила она. Понятно, от кого лисец перенял дурную привычку – читать чужие мысли.
И, вообще, о чем Оюн спрашивает? Разве у меня есть выбор?
«Выбор есть всегда, даже если порой кажется, что его нет» - ответила древняя.
«У вас тоже есть выбор?».