Ольга Райская – Перестань, мне это нравится, или Отбор для высшей расы (страница 34)

- Рискни и попадешь в вашу подружку! – крикнула ему принцесса. Я почувствовала, как к коже на шее прижимается что-то холодное, и Тиа предупредила: - Дернешься, и испытаешь такую же боль, как твоя подруга.

- Айлин!.. – завопил Ри.

Он что-то ей говорил, убеждал, она отвечала, а я… Нет, пошевелиться я бы не смогла. Ступор напал, как на неразумных лисцов планеты Ютона. Не от страха, конечно. От шока. Ибо в этот самый миг, благодаря весьма чуткому слуху, я наблюдала разговор между лисцами разумными и… красноволосым эльфом!

- Королева ш-ш-шдет, генерал… - прошелестело сверху. – Ес-с-сть опас-с-сность быть рас-с-скрытыми.

- Рис-с-скуем. Трофеи с-с-стоят рис-с-с-ска, - ответил им Аува Альгети.

Да, мой товарищ, курсант Конфедерации Аува Альгети, генерал роя джамаков отвечал лисцам на чистом джамакском языке. На том же самом, на котором говорили королевы тех кораблей-коконов, которые висели на орбите планеты.

Генерал! Подумать только! А ведь мне что-то не понравилось в нем сразу, а сейчас, когда экстремальная ситуация заставила научиться пользоваться приобретенными способностями, я его чувствовала точно так же, как лисцов, как джамаки чувствуют своих.

И это не все. Я чувствовала его, как ложного Кощеевича, от которого нас с Владкой спасли Амакир и Эшуа олс Рок. Да, тогда я еще не могла собой управлять, но запомнила ощущения. Тогда речь шла о подмене или о копии. Но нет, скорее джамаки переодевались в костюм другого существа, превращаясь в его копию.

Война закончилась, а щупальца черного спрута все еще опутывали планеты Конфедерации. И по сравнению с этим заговором, заговор принцессы казался пустяком.

- Прис-с-с-ступайте! – отдал команду генерал.

Все звуки внезапно стихли, словно кто-то убавил громкость до минимума. На поляну со всех сторон сползлись те самые странные лисцы. Мир подернулся пеленой. Нет, скорее, это было похоже на прозрачную пленку, которая отделяла тех, кто на поляне, от всего остального мира.

Между деревьями я увидела свечение, из него вышел Амакир. Он что-то чувствовал, вертел головой, но никого из нас не видел. Его губы шевелились.

«Агни! Девочка, отзовись!» - не услышала, а скорее почувствовала сердцем я, вот только ответить ему не получалось. Мне тоже выключили звук.

19 глава

- Щиты с-с-с-сдерживать не мош-ш-ш-шем… - прошелестел кто-то из лисцов.

Но копия Альгети их проигнорировал. Он говорил с кем-то значимым и важным для него.

- Торопитесь, воины не с-с-справляются. Им не удается удерживать форму и масс-с-скировку.

- Форма не ваш-ш-шна, ваш-ш-шен лишь ваш трофей, - ответили красноволосому.

Ни я, ни похитительницы, ни Власова, ни Ри с напарником – все мы не могли пошевелиться, не могли издать и звука. Под ногами что-то дрогнуло, потом еще раз и еще. Только землетрясения сейчас нам не хватало.

Фигура Амакира затуманилась, но я чувствовала, что он все еще рядом, ищет нас и не находит, потому что ему мешает странная пелена.

- Вс-с-с-се… - выдохнул один из лисцов, и тут же на его месте возник уродливый таракан с мерзкими лапами, хитиновым панцирем, покрытым жесткими, словно щетина, волосинками, и жвалами, с которых капала мутная слизь.

- Быс-с-с-стре-е-е-е-е! – завопил неизвестному главному мой бывший товарищ. – Щит не выдержит нападения.

Бредит он, что ли? Нас спасать идут. Эггерам вовсе не нужно никого убивать. Я думала примерно так, но оказалось, он боялся совсем не войск Конфедерации. С неба спускались истребители. Почти незнакомые мне, хотя каждому курсанту довелось изучать по учебным пособиям подобную технику. Это были «соты» джамаков. Очевидно, потеряв форму, лисец-таракан стал узнаваемым для охотников.

- Держа-а-ать щи-и-ит! – крикнул красноволосый.

И начался настоящий Конец света. С неба атаковали джамаки. Их «соты» не видели нас, но били наугад, потому что пилоты чувствовали своих сородичей. Земля дрожала все сильнее, словно из ее недр к нам что-то поднималось. Вокруг, как мыльные пузыри, лопались лисцы, превращаясь в злобных тараканов.

Зыбкая пелена делала нас невидимыми, но уже не могла скрыть сущность джамаков-отступников. Несмотря на все познания в физике, я понятия не имела, что сейчас творилось вокруг. Тараканы, к которым угодили мы, чем-то очень не нравились тем тараканам, которые ждали на орбите. И не нравились, скорее всего, именно теми особенностями, которые сейчас демонстрировали.

Больше нам, чем сородичам. «Соты» палили наугад, щит вспыхивал, огненные всполохи расходились. Только чудом мы пока здесь еще были живы и не зажарились заживо.

Страх? О, страх был. И теперь он был мой, собственный, родненький. Если бы я могла пошевелиться и завопить, то давно прижалась бы к Власовой и орала в голос. Принцесса с подругами, эггеры, лисец – это такие мелочи. А вот джамаки-отступники, их разъяренные собратья, палящие во все, что движется, и дрожь земли на чужой планете действительно вызывали ужас.

Но и это я бы пережила стойко. Хуже всего, что Амакир пропал. Все время был, я его ощущала, чувствовала, а теперь пропал. Сразу, как начался обстрел. А ведь он находился там, снаружи, незащищенный щитом. В него запросто могли попасть. На любом истребителе есть программы, позволяющие отследить живые объекты, если, конечно, они не скрыты сверхтехнологичными устройствами.

Боги космоса! Только бы с ним ничего не случилось! Пусть он спрячется, исчезнет, встретит своих товарищей, но живет! Пусть он живет долго-долго, даже если без меня. Джамаки не отпускают пленных. Никогда. Про это в любых хрониках военных действий прочитать можно. Значит, все мы смертники, и надежды у нас нет. Не погибнем сейчас под обстрелом, проживем чуть дольше. Какая, в сущности, разница?

- Дос-с-ставить трофей! – скомандовал красноволосый.

Часть тараканов двинулась к нам. Каждый из джамаков выбрал себе ношу. Если бы только я смогла потерять сознание! Но оно почему-то не терялось, хотя все внутри содрогалось от ужаса и омерзения, когда огромное насекомое стиснуло меня лапами и оторвало от земли. Сверху на плечо плюхнулся сгусток слизи и медленно потек вниз, источая несильный, но неприятный запах.

«Жвало чистить надо, когда с людьми общаешься!» - истерично хотелось крикнуть мне, вот только возможности по-прежнему не было.

Бывшие лисцы, которые прижимали к себе нас, образовали круг. Замыкал его генерал. Все оставшиеся отступники все еще удерживали щит, хотя он прогнулся и фактически уже касался голов наших похитителей.

Земля дрожала все сильнее. Вибрации я чувствовала даже на теле джамака, даже мерзкие лапки на моем животе и груди дрожали в такт. Если к нам лез их сородич, то он был огромным настолько, что даже размеры представлялись с трудом.

- У вас-с-с-с-с будут с-с-с-секунды, - прошелестел один из тех насекомых, что все еще удерживали пелену.

Я посмотрела на лица курсантов. Их состояние практически ничем не отличалось от того, что мы с Власовой испытали на себе, после принятия ядовитого элексира принцессы. Состояние паралича и обморока одновременно, к этому прибавлялось онемение. Да, мои товарищи по несчастью, к счастью, не видели того, что с нами происходило. В какой момент они отключились, я не заметила. В отличие от них, мне удавалось двигать глазами, слышать и чувствовать. Жаль, что только джамаков. Очень хотелось чуда.

А чудеса в моей жизни случались с завидной регулярностью. Вот и сейчас наступил именно такой момент.

Нет, нас не спасли. Но земля внутри круга, образованного джамаками, исчезла. Вместо нее возникло сияние. Да-да, почти такое же сиренево-фиолетовое, как в храме, только немое. Музыка не звучала. Имелось еще одно отличие, которое я не знала, как объяснить словами. Оно не пульсировало, потому что… оно не было живым!

То, с чем я столкнулась сейчас, скорее всего, являлось прибором, машиной, механизмом. В общем, кем-то когда-то и для чего-то созданной штуковиной с неизвестными принципами работы.

- С-с-с-спус-с-с-скаемс-с-ся! – прошипел красноволосый.

Тараканы с нами на руках слаженно шагнули в сияние, и мы понеслись куда-то вниз. Страх притупился. Вернее, его место занял шок, потому что я взглянула наверх. Там, за сиянием огонь стоял стеной, небеса упали на землю, и, вообще, творилось нечто невообразимое. Вряд ли кто-то выжил…

- Там же все ваши, которые щит держали, погибли, - прошептала я и удивилась…

Курсанты пребывали в отключке, а я… Я могла говорить, двигаться и даже размышлять о своей нелегкой доле.

- Рас-с-с-сходный материал, - на языке Конфедерации ответил мне Альгети. – Я знал, что ты очнешьс-с-ся первой, Агни.

- Почему? – тут же спросила я.

- Вес-с-с-сучая, - произнес красноволосый.

В этот момент сияние стало ярче и вдруг погасло, что по-видимому означало прибытие в точку назначения, впереди был длинный коридор, не имеющий ни начала, ни конца. То есть, коридор тянулся в обе стороны, а мы с тараканами стояли посередине.

Что там джамак про мою везучесть говорил?

- Обзавидуешься, - зачем-то сообщила бывшему Альгети и покосилась на тараканов-носильщиков. Никто из них и жвалом не повел, что только что там, наверху погибли их товарищи, которые, между прочим, спасали им жизнь! Ну, и нам заодно. Предатели! Ехать на одном из них не было никакого удовольствия, и я предложила: - Может мне пойти самой?