Ольга Райская – Перестань, мне это нравится, или Отбор для высшей расы (страница 13)
- Омлет… - зачем-то повторила Владка. – Так вот, не оставят же нас с тобой голыми. Хотя… Обнаженная невеста выглядит намного привлекательнее одетой, не находишь?
Я не находила, но спорить не стала. Как то резко после лисца изменилась подруга. Лучшего оратора галактики переговорит, куда уж мне.
- А что касается выбора, то он есть всегда. Просто иногда тщательно спрятан. Булочки не забудь.
И Власова направилась к свободному столику в дальнем углу столовой, абсолютно не обращая ни на кого внимания. Хотя на нас смотрели. Порой удивленно, а временами и презрительно. Что поделать, удел низшей расы – хозяйственные помещения вдали от пристрастных глаз более успешных представителей Вселенной.
Самое забавное, что большинство из присутствующих, почти не отличались от нас внешне. Если бы не комбинезоны техников и не название планеты на эмблеме, мы вполне бы сошли за уроженок Атами или Фоксе-9 – достаточно развитых миров, чтобы пользоваться всеми причитающимися льготами, но увы.
Мне заступила дорогу дама высокого роста, с мерцающими зеленым глазами и татуировкой в виде странного символа на лысой черепушке. Одета богато, а украшения, которые она таскала на себе, скорее всего, стоили как небольшой звездолет. Спрашивается, что женщина здесь забыла?
- Семла-а-а-а… - прочитала она, склонившись к рукаву моего комбеза. При этом, обратилась она к такому же лысому спутнику: - Дорогой, где есть Семла?
Ее всеобщий оставлял желать лучшего. Мужчина рассмотрел эмблему, что-то шепнул ей, и они глумливо засмеялись, показывая на меня пальцем и, конечно, привлекая всеобщее внимание.
Пройти вперед не было никакой возможности. Меня окружили плотным кольцом, и я осталась стоять с небольшим подносом в руках. В целом, ожидаемая реакция. Когда общество разумных делит своих членов на лучших и худших, те кто оказывается наверху, всегда стараются утопить нижних. Особенно, расы, получившие привилегии и статус совсем недавно.
Атмосфера накалялась, уже сыпались совсем оскорбительные реплики.
- Как она посмела явиться в приличное общество?
- Кто пустил сюда низшую?
- Когда уже это закончится? Давайте составим коллективную жалобу!
Где-то на задворках слышался голос Власовой.
- Пустите! Да, пустите же! – вопила она, но перекричать толпу, которая и до нас была чем-то весьма недовольна, а потом в моем лице нашла беззащитную жертву, не представлялось возможным.
Я же понимала, что просто так не уйду. И апогей этой милой встречи произошел. Кто-то особенно шустрый и негодующий подскочил и выбил поднос из моих рук. Конечно, герметично закрытые стаканы не пострадали, даже не раскрылись, а вот аппетитные булочки со сливочным кремом вместе с пластиковой тарелкой, на которой лежали, покатились по полу.
Тишина воцарилась ровно на пару секунд, а потом татуированная выкрикнула:
- Так ей и надо! – и… я перестала верить в чудеса и легкое спасение. А зря.
- Что здесь происходит? – громкий, хорошо поставленный, по-военному четкий, а главное знакомый мне голос заставил всех замолчать. – Нарушители порядка будут депортированы со станции в течение получаса!
Говорил офицер Эшуа олс Рок, а вот за его спиной стоял командор Амакир собственной персоной и смотрел на меня сочувствующим взглядом. Жалость – это уже перебор. Любые насмешки можно стерпеть, гордо задрав подбородок, но когда начинают жалеть, внутри словно лопается какая-то пружина, и ты сдуваешься, словно проколотый воздушный шар, а силы на борьбу и противостояние вдруг заканчиваются.
Я опустила глаза и старалась не смотреть на блондина.
- Повторяю вопрос, на каком основании был нарушен порядок в одном из помещений Космической академии? – произнес эльдорец.
Народ заголосил, а Владке, наконец, удалось прорваться в первые ряды.
- Знаете что? – выпалила она, глядя прямо в голубые глаза Эшуа.
- Что? – заинтересовался мужчина и осмотрел ладную фигурку девушки с большим удовольствием, даже прищурился, как кот на солнышке.
- Безопасность у вас тут хромает, вот что! – огрызнулась Власова. Собственно, она и раньше была напористой, но сейчас негодовала на всю катушку. – Утром иштарианин, от которого обещали оградить, сейчас вообще непонятно кто. С таким отношением, уважаемые, будете сами своих эггеров развлекать. Надеюсь это понятно? Тип расы им видите ли не тот, запрещено одним воздухом дышать с неженками. Вы уж определитесь, кто вам нужен, мы или напыщенные снобы, собравшиеся вокруг!
Я прикрыла глаза, а вокруг поднялся невообразимый шум. Потому что оскорбление от землянки звучало втройне оскорбительнее, чем любое другое.
- Кто конкретно? – спросил офицер.
- Все, но начала вон та, заленоглазая с насекомыми снаружи и внутри головного пространства, - и Владка с присущей ей честностью кивнула на татуированную.
- Что? – взвизгнула дамочка. – Я вынуждена находиться с особями низшей расы…
- Насколько я помню, жительница Ксури получила разрешение посетить академию, как гость, - спокойно произнес командор. – Но когда гость начинает себя вести оскорбительно по отношению к хозяевам, его просят удалиться. Или я не прав?
Блондин взглянул на олс Рока. Эльдорец все понял.
- Вы обвиняетесь в оскорблении кадетов академии, находящихся на ее территории и занимающихся делами, согласно расписания дня. Ваш доступ на станцию будет аннулирован. Прошу покинуть ее в течение пятнадцати минут, - ответил он лысой, но она никак не желала успокаиваться, несмотря на то, что даже ее мужчина сейчас пытался утихомирить свою подругу.
- Кто кадеты? Они? – и татуированная показала на нас пальцем.
- Сломаю, - тихо предупредила я, потому что унижение лишь нарастало и не способствовало позитивному настрою.
- Слышали? – спросила ксурианка.
- Прошу взглянуть на экран, - отвлек ее Эшуа.
На голограмме как раз появился список тех, кто прошел странный отбор. Тридцать фамилий. Пятнадцать – девушки, обязанные совмещать отбор с учебой. И пятнадцать – юноши, подписавшие согласие на особо важный для Конфедерации эксперимент.
- Как видите, фамилии девушек числятся под номерами одиннадцать и тринадцать, - подвел итог эльдорец. – Пропуск сдадите дежурному офицеру, и счастливого вам пути.
- Я этого так не оставлю! – вопила татуированная, но ее спутник почти силком тащил ее к выходу, ибо спорить с решением эггеров, все равно, что добровольно отправиться в изгнание без всяких льгот и почестей.
Все остальные, зафиксировав результат отбора, тоже поспешили ретироваться.
И когда столовая опустела, Эшуа серьезно спросил:
- Кто напал на вас утром?
В целом, мы ведь сами справились, несмотря на то, что эльдорец обещал защиту. Поэтому скрывать мне, кроме лисца, было нечего. Я рассказывала, Владка дополняла, а лица мужчин все больше хмурились.
- В чем дело? – насторожилась я.
- Иштарианин Визгард Вийч был депортирован со станции и заключен под стражу вчера. Я сам лично сопроводил его на катер, - ответил Эшуа.
- Подождите, а как же его самки с кладками? И вымирание расы? – удивилась Власова.
- Иштариане живородящая, хотя и довольно редко встречающаяся раса, - ответил командор.
- А оружие джамаков? – уточнила я.
Мужчины переглянулись и… не ответили. Вернее, приказали спешно закончить завтрак, получить форму и бежать на построение, сами же развернулись и ушли.
- А что, собственно, происходит? – нахмурилась Власова.
- Кто-то очень крупно облажался и теперь спешит исправить свои косяки, - пожала плечами я.
Киберы-У уже прибрали испорченный завтрак и нам пришлось спешно загружать подносы снова.
9 глава
Больше на эту тему мы не говорили, потому что космос большой и здесь встречается столько всего по-настоящему шокирующего и удивительного, что подделка Кощеевича кажется неумелым трюком провинциального фокусника. Хотя… Охранники тоже вели себя подозрительно. Или кто-то намеренно ввел их в заблуждение. Ведь не все знают, что иштариане живородящие и млекопитающие, а исказить данные в энциклопедии, по большому счету, смогла бы и я, и Владка. Ситуацию пока оставили в покое, но количество вопросов к пушистому призраку, на которые он категорически не желал отвечать, росло.
Кастелян попросил приложить секвестр к считывающему устройству и потребовал пройти в кабину для создания голографической проекции. Для техников не подбирали одежду с такой тщательностью. Иногда комбинезон оказывался настолько велик, что приходилось пользоваться универсальным клеем для ткани, чтобы уменьшить его.
Здесь же к этому вопросу подходили основательно, и скоро мы стали обладательницами двух комплектов формы, которая идеально сидела, на каждой из нас. Все другое, причитающееся обмундирование, служащий обещал прислать сегодня в каюты. Оказывается, их уже выделили, и теперь мы жили на третьем уровне – почти на самом верху станции. А это значит… Боги космоса! Я даже боялась в это поверить! Это означало, что в моем блоке будет персональное смотровое окно, а не глухая стена.
- Успели, - улыбнулся кастелян. – Вы не похожи на других участниц отбора. Ни упреков, ни претензий, ни жалоб. Приятно работать.
Мы с Владкой переглянулись. Какие жалобы? О чем это он?
Конечно, кастелян – это одна из тех должностей, на которые признанные Конфедерацией расы шли не особенно, но добродушный пожилой мужчина дело свое знал, работал споро, и результат превзошел все ожидания. Ну, а в том, что нашлись, считающие себя выше, круче и лучше, мы не сомневались. Да, что далеко ходить? Вот только что в столовой столкнулись с непониманием.