Ольга Райская – Операция "Ы-Ы-Ы" и другие драконьи забавы (страница 50)

Драконья печенка! Конечно, синий был причастен. Разумеется, он был предателем. Он был повинен в гибели наших родных… Но, драконьи боги! Он ведь еще был моим опекуном, моим дядей… В ущелье пожаловал первый помощник Повелителя огненных лорд Альмус Вейтер.

Дракон приземлился. Несмотря на свой размер, он не потревожил ни единой косточки, что само по себе говорило не в его пользу. Да, это говорило о том, что опекун здесь бывал неоднократно. Ему все было знакомо.

Он обернулся, приняв привычный вид. Все же его дракон был эстетически непригляден. Дядя подошел к скале, которая отбрасывала тень на отвесную стену ущелья. И только приглядевшись, я увидела то, чего не замечала ранее – темное пятно входа в пещеру. Она располагалась как раз напротив драконьего храма, а между ними груды останков некогда могучих драконов.

- Госпожа моя, - негромко позвал дядя. Потом еще раз и еще. И когда ответа не последовало, он достал крошечный свисток и стал в него дуть, извлекая негромкие, тонкие трели.

- Син… Син… - толкнула меня в бок Тари. – Это ведь лорд Вейтер? Помощник Дарка?

Я кивнула. Наверное, я всегда чувствовала в дяде Альмусе то зло, что поглотило его душу целиком. И лишний раз говорить о нем не хотелось. Куда больше меня сейчас интересовало то существо, которое устремилось на его зов – могучее, древнее, страшное…

- Синий дракон пожаловал, а где же голубая драконесса? – поинтересовалась Ри.

- Сейчас появится, - пообещала я, поскольку чувствовала каждой магической частичкой, как она приближается.

- Ты-ы разс-с-сочаровал меня, Альмус-с-с-с… - раздался голос, от которого кровь стыла в венах.

Вслед за голосом из пещеры показалась голова драконессы. Огромная. Пожалуй, эта самка могла бы сравниться размерами с любым изначальным самцом. Хотя, если учесть все века ее существования, то за это время можно было и из головастика вырастить гигантскую жабу.

Она несколько отличалась от всех драконов и имела длинное почти змеиное тело. Очень гибкое, толстое, мощное. Четыре короткие лапы и длинный хвост делали ее похожей на ящерицу-переростка.

- Какая же она голубая, - удивилась Тариса. – Она почти белая, хотя я и чувствую ее внутренний огонь. Значит, к ледяным драконесса, отношения не имеет.

- Просто плесень старая, - пояснила Риана. – Чешуя от времени поблекла и выцвела.

Да, я примерно так и думала. Удивительно, что мы слышали ее слова, ведь голубая не перекидывалась. Я вообще сомневалась, что изначальные умели менять ипостась. Хотя… чем же тогда моя прародительница Эльсинтар и ее подруги держали жезл? Не зубами же.

- Я с-с-сохранила тебе жш-шизнь. Я наделила тебя магией С-с-скхи-и-и,  а ты не ис-с-сполнил клятву, - вновь зашипела голубая драконесса.

Меж огромных клыков мелькнул раздвоенный язык, а потом вырвалась тонкая струйка пламени, едва не задев опекуна.

Альмус Вейтер увернулся и тут же бросился на колени, перед древним существом.

- Это не так просто, госпожа моя. Пощади! – взмолился он. – У меня хорошие новости!

- Говори, - приказала древняя драконесса.

- Скхи… - задумалась Тари и нахмурила бровки.

- Самый сильный из изначальных, - подсказала ей я. – Синий. Думаю, это его скелет лежит здесь, его желает оживить голубая.

- А чего она требует от твоего дяди? – спросила Риана, мне же совсем не хотелось отвечать на этот вопрос.

Что ей сказать? Что благодаря моему родственнику мы с ней лишились родителей и еще многие огненные и ледяные не вернулись в свои гнезда? Даже повторяя это мысленно, становилось больно, и слезы наворачивались на глаза. А сейчас не время скорбеть, сейчас нужно ловить каждое слово.

- Эльфы, с которыми у нас союз, настояли на воровстве самки Повелителя. В результате украли трех самок. Ледяные умудрились их упустить, и теперь две армии драконов летят сюда, на их поиски. Я прибыл заранее, госпожа моя, едва получил приказ от Дарка Нербуса готовить и отправлять армию, - доложил опекун. Он не вставал с колен, а его раболепный тон стал еще слаще и гнусавее.

- Две армии?.. – разозлилась драконесса. – Мне не нужш-ш-шны ледяные. Атталактов много. Мне нужны рубины ис-с-с-стины. Только огненные, попадая в мою ловуш-ш-шку, бросаются внизс-с-с, разс-с-сбиваяс-с-с-сь о камни. С-с-с-столько веков и почти нет рубинов!

- Покорно прошу простить ничтожного вашего раба! – дядя распластался на земле, а меня затошнило от волнения за драконов и от отвращения к опекуну.

Древней самке не было до него никакого дела. В ее давно потухших, почти белых глазах вдруг вспыхнул огонь.

- Я зс-с-снаю, что нужш-ш-шно делать. Нужш-ш-шно ус-с-силить ловуш-ш-шку!

И ввысь тут же понесся насыщенный голубой столб магии. Пелена, натянутая над ущельем вспыхнула и заискрилась. Из страшной паутины стремительно исчезал синий цвет, зато голубого становилось все больше и больше.

- Что вы делаете?! – завопил Альмус, подскакивая с места. На его коже стремительно увеличивались в размерах черно-синие пятна из чешуи, но он никак не мог справиться и прекратить внезапный оборот. – Я же обречен! Я погибну! Погибну! Сжальтесь, госпожа!

Уродливый серо-синий дракон взмыл над ущельем и завяз в путах ловушки. Он бился и кричал так сильно, что Тари зажала уши и зажмурилась.

- Зс-с-саодно и проверим ловуш-ш-шку, - прошипела голубая драконесса, без всяких эмоций взирая, как дракон выбивается из сил, как его магия медленно сливается с магией пелены.

И когда Альмус перестал вопить, лишившись всех сил, плетение его отпустило. Грязно-синяя, не подающая признаков жизни туша, летела вниз.

Изначальная подобралась ближе, разорвала когтями плоть, некогда бывшую моим опекуном, долго в ней копалась и, наконец, произнесла:

- Пус-с-стышка, только в отважш-ш-шном и благородном драконе рожш-ш-шдаются камни. А ловуш-ш-шка хорош-ш-ша. Ну, где жш-ш-ше вы? Летите к мамочке. Я жш-ш-шду…

- Ой, мамочки… - пискнула Тари.

- Ну, уж нет! Рунара она у меня не получит! – выплескивая миру свое негодование, произнесла Риана.

- Глупые дракончики погибнут, а я лишусь мяса… - печально заметил притихший Толстяк. Его снежная дымка укутывала нас тонким слоем, надежно скрывая от древней драконессы и не мешая наблюдать.

Мне на секунду показалось, что, там, в вышине, под самыми облаками мелькнула сиреневая точка. Словно филин предупреждал, о приближении Энджея.

Действовать нужно было сейчас или уже никогда.

Нет, жезл не справился бы с пеленой, пока жив дракон, создавший ее. Значит, устранить придется голубую драконессу. Мне никогда не доводилось убивать, и было как-то не по себе. Но если посмотреть правде в глаза, изначальная не жила уже давно, с тех самых пор, как умер Скхи, которого она тщетно с таким отчаянным упорством пыталась воскресить. Что-то мне подсказывало, что ритуал все равно бы не сработал, даже если бы драконессе удалось собрать все камни.

Почему? Потому что любовь не может быть злом, а смерть – это всего лишь смерть, она никогда не сможет стать жизнью.

- Драконы… - выдохнула Тариса.

- Они пришли, Син. Пришли, - с отчаянием прошептала Ри.

Да, они пришли. Стая ослепительно белых, величественных ледяных – с одной стороны, и пестрая стая могучих огненных – с другой. Пелена вспыхнула, и даже мы, находясь в человеческой ипостаси, услышали зов древней самки, которому невозможно было сопротивляться.

- Они погибнут… Дарк… Дарк, не лети туда! Не нужно! - Тари не отводила глаз от неба.

По щекам Рианы текли слезы. Я же чувствовала, что Энджей рядом, он пришел за мной, и не собиралась отдавать его смерти. Уж тем более, не собиралась отдавать его замшелой драконессе.

- Соберитесь, девочки, если хотите еще раз увидеть наших сородичей. Соберитесь, раскройте сердца и думайте о самом прекрасном, что случилось с вами. А главное, не отставайте от меня. Как только голубая обернется, вы должны крепко сжать посох, переплетая свою магию с магией изначальных.

- А разве не с ловушкой нам нужно справиться? – да, Тари, как и я не могла обидеть и мухи.

- Слишком опасно. Можем попасть в Рунара, или Энджея, или Дарка, - ответила ей Ри. Алая для себя все решила. Впрочем, Тарису ее слова убедили тоже.

Мы вышли из снежной пелены, которой нас укрывал Толстяк.

- Леди! – окликнула я драконессу. Конечно, натворила старушка дел и даже, возможно, пережила свой рассудок, но мне почему-то было ее искренне жаль, потому что вечность вместе – это не то же самое, что вечность в ожидании.

Голубая обернулась, посмотрела на нас и произнесла:

- Я вас-с-с не зс-с-свала, драконята. Зс-с-сачем явилис-с-сь?

- Да что ты с ней разговариваешь, Син! Поджарь хвост перезревшей ящерице! Это она убила наших родных! Она! – рычала Ри.

Я знала. Но… Я знала и то, что без помощи самих драконов она никогда бы не преуспела. Дядя Альмус. До него, наверняка, был кто-то еще. И потом, мы ведь не знаем, что произошло когда-то между изначальными.

- Мы сами позвались! – крикнула Тариса.

- Зс-с-солотая, зс-с-селеная, крас-с-сная… - она нас посчитала. – Ваши начала начал когда-то с-с-сделали мне очень больно, рас-с-сбудив чувс-с-ство, а потом зс-с-сабрав любимого.

- Но Скхи хотел властвовать один! – возразила Тариса. Она знала все сказки лучше нас, и сейчас переносила сюжет одной из них в реальность, поскольку он оказался правдив.

- Не один. С-с-со мной.

- Да что с ней разговаривать… - снова завелась Ри.