Ольга Райская – Операция "Ы-Ы-Ы" и другие драконьи забавы (страница 23)
Однако, отметины от когтей на шее Чаури заметил бы и слепой. Сейчас они напоминали светло розовые полосы, и крови на одежде я не обнаружила. Но у драконов хорошая регенерация, и раны я ей все же нанесла, хоть и совсем неглубокие.
«Жаль…» - промелькнула в голове шальная мысль, и я сама ее испугалась.
Я подошла к Чаури и протянула руку, чтобы помочь ей подняться, но она, опираясь на ладони, пятки и все ту же многострадальную задницу очень живо от меня отползла, в считанные секунды достигнув ряда адепток.
- Не приближайся ко мне, умалишенная Син! – взревела она, и ее страх вовсе не был наигранным.
- Что у нас тут за беспорядок творится? – услышала я голос, который несколько успокоил меня и примирил с ситуацией.
Вполне бодрым для столь пожилого дракона шагом ко мне приближался Бронан Жардис. Ох, если ректор здесь, то очень скоро ситуация разрешится.
- Она!... Она!... – Чу показывала на меня пальцем, продолжая сидеть на полу. Фи, как некрасиво! А еще леди.
- Полноте, адептка Чаури, - отмахнулся от нее ректор. – Помогите-ка ей подняться. Быстренько, девушки.
Сам же Бронан направился прямиком ко мне и неожиданно схватил за подбородок, заставив посмотреть на него.
- Голова кружится? Тошнит? Боль в мышцах спины есть? – стал он задавать вопросы.
Я мотала головой, отрицая все им перечисленное, и никак не могла взять в толк, почему о самочувствии Жардис спрашивает меня, а не пострадавшую Чаури.
- Ну-с, вижу, вы легко отделались, деточка, - наконец, изрек он и, отпустив мой подбородок, развернулся к Чу. Ее как раз подняли на ноги, но с двух сторон поддерживали, ибо противная драконесса всячески изображала недомогание. – А вам, милочка, неуд по драконоведению! Я лично прослежу, чтобы вы пересдали предмет магистру Анаферу.
- За что-о-о-о-о-о? – запричитала Чу и хотела снова упасть, но под грозным взглядом Бронана не посмела. – Это меня чуть не убили! Меня! На меня напали во вверенной вам академии! Вы знаете, кто моя тетушка?
- Да уж знаю, - добродушно хохотнул Жардис. – Главная сплетница двора Повелителя. Не советую вам, леди, уподобляться своей родственнице.
- Но мне нанесли тяжкие телесные раны! – возмутилась Чу.
- Полагаю, вы легко отделались, но в этом виноваты исключительно сами. Ведь это именно вы, леди Чаури, провоцировали адептку Войтер. Не так ли? В то время как сама Эльсинтар могла пострадать по вашей вине куда сильнее. Своими действиями вы нарушили древние непреложные законы, - пояснил Жардис.
- Какие? – выпалила Чу, но сразу утихла под взглядом ректора.
- А вот я у всех вас сейчас и спрошу, - улыбнулся Бронан. – Вспомните все события сего дня и ответьте – какие законы нарушила леди Чаури? Первому ответившему верно до конца учебного года будет выплачиваться повышенная стипендия.
Девчонки загалдели, зашушукались, иногда посмеивались, и только Чаури стояла одна, понурив голову. Где-то в душе мне было ее жаль, но утешать не хотелось, зато я жаждала узнать, что произошло, и какие законы были нарушены. Выходит, и мне следует поставить неуд.
Пока все были заняты, я сама подошла к ректору и призналась:
- Мне не удалось выполнить вашу просьбу, магистр.
Бронан прищурился, лукаво усмехнулся в усы и похлопал меня по плечу:
- Удалось, девочка. Еще как удалось!
- Но… - опешила я. – Поединок все же назначен, и его не избежать.
- Однако твоей вины здесь нет, Эльсинтар. Тут вмешалась судьба, и я не знаю – к добру ли это, - ответил Жардис.
- Магистр, мы не должны допустить этого поединка! – жарким шепотом выпалила я.
Ректор усмехнулся и вдруг подмигнул:
- А ты ведь тоже не имеешь понятия, что тут произошло, так ведь?
Я покраснела, но, по какой-то причине, Бронан не собирался меня журить и, тем более, наказывать. Он вообще обращался ко мне странно, даже бережно. Это одновременно и радовало, и настораживало.
- Спросим у других девушек. Авось истина да приоткроется, - не дождавшись от меня ответа, сказал Жардис. – Итак, леди, я дал вам время на раздумье. Кто готов отвечать? Ну, пожалуй, начнем с вас, Лисси. Что было нарушено в данном случае?
- Нормы этикета, магистр, - ответила адептка.
- Ну-ну, за нормы этикета не наказывают столь сурово, и тем более не прощают гибель жертвы, если таковая имеется, - усмехнулся наш старик. – Арагна, прошу вас.
- Было допущено оскорбление, магистр, - ответила девушка и тише добавила: – И ложь.
- Ложь и оскорбления – это, разумеется, скверно, но применимо к любой расе, я же спрашиваю о нарушении положений кодекса драконов. Ну что? Никто не желает ответить?
Бронан осмотрел собравшихся и остановил свой взгляд на… Тарисе.
- Смелее, леди. Прошу вас, - подбодрил он.
- Я? – испугалась Тари.
Жардис многозначительно кивнул и заверил зеленую драконессу:
- Я отчего-то уверен, что именно вы знаете ответ, леди Ларгус.
Сбитая с толку, вконец запутанная и растерянная подруга замотала головой, отрицая правоту ректора.
- Попробуйте вспомнить мои слова и поразмышлять, Тариса, - наставлял ее Бронан.
- Поразмышлять?.. – в отчаянии повторила подруга.
- Да, - кивнул ректор. – О чем я просил в самом начале?
- Вспомнить все события дня… - пролепетала Тари.
- И?..
Зеленые глаза расширились, в них мелькнуло осознание, и Тари, чуть сбиваясь, заговорила:
- Магистр Энджей Нербус заявил права на Эльсинтар, не придав значения тому факту, что второй претендент – это сам Повелитель, подданным которого и является магистр. Это нарушение статьи кодекса о строгой иерархии…
- Верно, - кивнул Бронан. – Продолжайте, прошу вас.
- К сожалению, из-за обморока я упустила момент, когда лорда Нербуса вызвали на поединок, но почему-то уверена, что причина вовсе не во мне, и даже не в старых распрях между этими двумя драконами, магистру очень не понравилось, что мой обморок испугал Эльсинтар…
- Вы наблюдательны, поэтому логическая цепочка весьма достоверная, - сказал Жардис. – Развивайте свою мысль.
- Драконы слишком малочисленная раса, поэтому поединки по такому прозаическому поводу запрещены общемировым кодексом. То есть, мы снова имеем прямое нарушение.
- Верно, леди. Теперь переходите к другой стороне.
- К другой стороне… - задумалась Тариса. – К другой стороне… К Син! Ах, да. Когда Чаури сказала, что ей ничего не стоит заполучить магистра Энджея, Эльсинтар пошатнулась и прикрыла глаза, а когда она их открыла… они стали огненными. В них полыхало первородное пламя! Клянусь богами, магистр Жардис! Ее руки покрылись броней, а когти стали острыми, словно наточенные кинжалы. Син прыгнула на Чаури с криком «дракон мой»…
- А я говорила вам, магистр, что Эльсинтар напала на меня! – подала голос Чу и показательно громко всхлипнула.
- Помолчите, леди, - насупился ректор. – Я дам вам слово. Имейте терпение выслушать других, более сведущих адептов.
Девушки, которые стояли рядом с Чу, попятились, и мне снова стало ее жаль. Надо же! «Дракон мой»… Подумала, и внутри разлилось что-то теплое, уютное и тягучее. Мой? Филин говорит, что да, сердце с ним согласно и разум, похоже, тоже.
- Так вот, - продолжила Тариса. – Син кричала «дракон мой», но даже в том состоянии контролировала себя, потому что, если бы она пустила в ход отросшие когти, то сейчас вы бы не допрашивали Чаури, а держали бы в руках ее голову и допытывались у нас, кто это сделал.
- Вывод? – невозмутимо спросил Бронан.
- Ага, - кивнула Тари. – Вывода два. Во-первых, Эльсинтар, так уж вышло, неосознанно тоже заявила права на дракона. А во-вторых, напав на Чаури, Син нарушила целый свод законов.
- Вот! А я говорила! – вылезла Чу. – Во всем виновата Эльсинтар! Я требую честного суда!
- Вы испытываете мое терпение, леди, - рыкнул ректор. Бронан вообще редко повышал голос, ему и без того подчинялись беспрекословно, поэтому многие удивились и возможно даже посочувствовали драконессе. – Продолжайте, Тариса.
- А уже и продолжать нечего, - пожала плечами Тари. – Если Чаури требует честного суда, то нужно обязательно удовлетворить ее требования. Вот только в этом случае все обвинения, которые я перечислила выше, утрачивают силу.
- Это еще почему? – зло прошипела Чу.
- Скажите ей, леди. Скажите, - попросил магистр.
- Потому что свод законов о неприкосновенности истинных пар отменяет все прочие. Особенно, в период, когда пара уже создана, но еще не инициирована, ибо в этом случае спонтанная трансформация может повлечь за собой смерть самки, способной выносить магически одаренное, освещенное богами потомство. Наказание виновного – смерть. Статья две тысячи сорок шестая кодекса драконов, - выдохнула Тариса.