Ольга Райская – Личный целитель Его Светлости (страница 56)

И в этой полной тишине раздался наполненный горечью и отчаянием возглас Актава Навиласа:

- Ас Тейли?.. Она… Она твоя…

- Она моя дочь, Ваша Светлость, - ответил ему отец. – Александриния моя дочь от второго брака. А теперь давайте не будем омрачать церемонию старыми обидами.

Я хотела посмотреть в лицо герцогу Навиласу, но пред ликом Святого Вершителя нужно смотреть лишь на него и молить, чтобы он осветил жизненный путь мудростью и счастьем.

- Является ли ваше желание принадлежать этому лорду в качестве законной спутнице добровольным и искренним? – спросила Дана Эсби.

Я еще раз взглянула в глаза Ирса. Он ждал моего ответа. Ждал. И я… Я не могла ему отказать. Ни в чем.

- Да, - ответила я.

- Отныне эти двое пойдут по жизни рука об руку. Любите и цените друг друга. Нарекаю вас супругом и супругой, - произнесла мать-настоятельница. – Святой Вершитель благословляет вас, дети. Лорд, вы можете поцеловать вашу жену.

И он поцеловал. А я ответила и… И мы целовались и целовались, пока…

- Хватит… Довольно!.. – прошипела тетушка. – Пред ликом достаточно поцелуя, дорогие мои. Все иные таинства оставьте для брачного ложа.

Я смутилась, а герцог достал полный кошелек золота и возблагодарил Вершителя в лице его жрицы, как это принято после обряда.

В принципе, на этом обычная церемония считалась завершенной. Молодые и гости отправлялись за накрытые столы, но к нам это не имело никакого отношения, поскольку обстоятельства нашего воссоединения были иными.

- Уважаемые лорды и леди! – объявила моя сопровождающая. – На лужайке парка у центрального фонтана в честь выздоровления нашего короля Джонатана и свадьбы Его Светлости герцога Таросского накрыты столы.

Некоторые потянулись к выходу, но большинство остались, чтобы досмотреть спектакль – а иначе я не могла назвать свадьбу, на которой главным гостем был Актав Навилас – до конца.

К сожалению, мы пока оставались тоже.

- Одну минуточку, Санни, - произнес Ирс и повернулся к герцогу ас Навиласу. – Надеюсь, Ваша Светлость, вопрос закрыт?

Актав взял себя в руки, он уже не выглядел взбешенным и… даже отослал стражу. Отца никто не преследовал. Гостей, впрочем, тоже никто не задерживал, они оставались в зале по собственной прихоти и к моему огорчению.

Алекс стоял рядом с дедом. Возможно, именно благодаря ему не произошло ничего критичного, что бы расстроило свадьбу и испортило мне главный день жизни.

- Так вопрос закрыт? – повторил вопрос… мой супруг до сих пор молчавщему Навиласу.

- Не совсем, - совершенно спокойно ответил тот. – Вы должны консуммировать брак, Ваша Светлость. Не так ли?

Не знаю, какой очередной реакции ждал этот «паук», но она последовала, и снова не та. Я, разумеется, смутилась, но Ирс лишь усмехнулся.

- С радостью и наслаждением, Ваша Светлость, - ответил он.

Мне кажется, даже отец услышал скрип зубов герцога Навиласа. Зря он так, ибо лишь эмаль зубов не в силах восстановить целители. Ее необходимо беречь с самого детства.

Осознав, что спектакль окончен, а актеры меняют место действия, гости все же потянулись к накрытым столам, и мы смогли обнять тетушку Дану, Мари и… отца. Я переживала за него, но ко мне подошел Алекс.

- Не беспокойся, сестренка, - подмигнул мне он. – Я присмотрю за ним и Гатто. Наслаждайся жизнью, ты это заслужила.

Александр Навилас чмокнул меня в щеку и, подхватив Роана под локоток, повел прочь. Уж я-то знала, что этим двоим есть о чем поговорить. Знала и радовалась.

- Нам пора, Санни, - произнес герцог под благодушные взгляды тетушки и Мари.

Я оробела и едва не спросила «куда». Это выглядело бы глупо и по-детски. Герцог Навилас покинул зал с гордо выпрямленной спиной и подбородком, поднятым настолько высоко, что я испугалась, что он может споткнуться по дороге, поскольку смотреть под ноги у него не было ни малейшей возможности.

Что ж, даже если у него и осталась обида на отца, то Алекс с этим справится. Ведь он, в отличие от меня, любил обоих мужчин: и того, кто его породил, и того, кто воспитал и был рядом всю его жизнь.

Мы же снова направились во дворец и долго шли по коридорам и залам. Я молчала, только сжимала руку герцога. Он молчал, только иногда поглаживал пальцем мою ладонь.

Наконец, Ирс остановился у высоких золоченых дверей и счел своим долгом сообщить:

- Во дворце мне обычно отводят покои, чтобы не отвлекать от дел местными поездками во время деловых визитов. Прошу.

Он галантно придержал дверь, и я вошла в огромную, богато обставленную комнату, где первое, что бросилось в глаза – огромная кровать, застеленная белоснежными простынями.

- Я приказал подать ужин сюда, - улыбнулся Ирс и, заметив мою напряженность при виде кровати, нахмурился. – Санни, послушай, если ты не готова и тебе необходимо время, чтобы привыкнуть ко мне, мы не станем спешить.

Я смотрела на искорки в его глазах, не в силах поверить в только что сказанное им.

- А как же… консуммация?.. И герцог?.. – прошептала в ответ.

- В бездну и консуммацию, и герцога, и все, что может тебя расстроить, моя маленькая Санни! Мы разберемся со всеми проблемами. Вместе.

Стало так тепло, так спокойно, а это его «моя маленькая Санни» укутало меня, словно в теплый плед в морозный зимний вечер.

- А что может расстроить тебя, Ирс? – тихо спросила я.

- Страх и безразличие в твоих глазах, - сразу ответил он.

- Почему?..

Герцог вдохнул и… пожал плечами, а потому улыбнулся.

- Наверное, потому что одна маленькая целительница, только один раз посмотрев на меня, сразу и бесповоротно украла мое сердце. Я люблю тебя, Санни. Люблю с той самой первой встречи в академии. Меня тянуло к тебе так сильно, что сводило все мышцы, но я приказал себе держаться от тебя подальше, поскольку что может дать такой прелестной девушке вояка, подобный мне? Только горе от потери. Я увидел тебя на портальной станции и понял, что проиграл сам себе, что сдался и больше не смогу держаться вдалеке. Санни… Моя Санни…

Он склонился и поцеловал меня. Я же отвечала со всем пылом, со всей нерастраченной нежностью и любовью, которая накопилась к нему за все то время, что мы были так близко, и так далеко друг от друга.

И когда я, наконец, смогла дышать, то прошептала:

- Не надо…

- Не буду… - тут же откликнулся он.

Глупый… Глупый мой герцог, привыкший все держать под контролем и сейчас абсолютно непонимающий меня.

- Не надо ждать! – выдохнула я. – Я люблю тебя, мой вояка!

- Я бесконечно обожаю тебя, моя целительница, - улыбнулся он, подхватил на руки и закружил по комнате.

Жаркая, огненная, наполненная страстью и прерывистым шепотом, объятьями и признаниями ночь закончилась, когда мы усталые и изможденные ласками забылись в коротком сне.

Разбудил меня наглый солнечный луч, проникший сквозь полог кровати. Ирс так и не выпустил меня, продолжая прижимать и обнимать даже во сне. Я слышала стук его сердца, а моя рука покоилась на его широкой груди.

Рука… С ней произошли неожиданные изменения. Да, после консуммации освященного Вершителем брака обычно появлялись небольшие узоры на пальцах, которые побывали в священной воде. Но обычно вязь имела коричневый или рыжеватый оттенок, словно была нарисованна хной. Моя же отметка отливала чистым золотом.

- Ирс… - тихонько позвала я.

- Ненасытная женщина, - простонал он, подмял под себя и горячо поцеловал.

- Да нет же, нет… - поерзала я. – Смотри!

И показала ему руку. Он внимательно рассмотрел каждый пальчик, а потом взглянул на свою ладонь. Его узор был больше, массивнее, но тоже отливал золотом.

- Разве так бывает? – тихо спросила я.

- Конечно, - улыбнулся он. – Только если муж очень-очень сильно любит свою маленькую жену.

И все, что было ночью, повторилось бы снова, если бы в дверь не постучали.

- Именем короля! Откройте!

Глава 31

- Это за мной, - выдохнула я.

- Успокойся, Санни. Наверняка, что-то случилось на границе. Прорывы в последнее время участились.

Муж… Мой муж, герцог Таросский одним рывком поднялся с кровати и стал спешно натягивать штаны. Кто бы мог подумать! Я и ОН…