Ольга Райская – Личный целитель Его Светлости (страница 30)

Все верно, никто. Только ведь и я говорила вовсе не о стазисе, а о неизвестном плетении, которым Алекс пытался предотвратить катастрофу. Теперь мне стало понятно, что излечить раненого Навилас не стремился, он просто пытался обезопасить всех, кто находился в госпитале.

- Позвольте, я осмотрю Алекса, - попросила я, внутри неприятно посасывало и подрагивало, нагнетая тревожности.

- Прошу, - кивнул Лойс, и я опустилась на колени перед распростертым на полу телом.

Навилас дышал, хоть и был бледен. Уже не скрывая от Эммы и Невера своих способностей, я медленно вела руку в нескольких сантиметрах от кожи главы, внимательно прислушиваясь к своим ощущениям. Лойс его не раздевал, поэтому моя задача усложнялась.

Не могла же я его просить?.. Или все же могла?

- Необходимо его раздеть! Давайте снимем с него хотя бы рубашку, - выпалила я и почему-то устыдилась, словно в безобидной просьбе был тайный, скрытый смысл.

- Раздеть? – растерялась Эмма. – Но я полагала…

- Обычное исследование ничего не дает, - пояснила я. – А любой внешний дефект помог бы сосредоточиться на проблеме.

Мадам Крюк кивнула и посмотрела на Невера:

- Лойс, ты же не думаешь, что этим станут заниматься дамы?

О, все же она знала своего любовника преотлично. Если я думала, что целитель не раздел Алекса, полагаясь на свои силы, то Эмма сразу поняла, насколько Лойсу претит вся неаристократичная работа. Не думала, что он такой сноб, хотя прекрасный маг и дело свое знает.

- Разумеется, нет, - брезгливо поморщился Невер, и сразу стало понятно, именно так он и думал.

И пока Лойс копался с Алексом, я решила проверить одну догадку, в тайне молясь Вершителю, чтобы она не подтвердилась.

Невер не мог видеть проклятье, поскольку даже плетение Навиласа не заметил. Я же намеревалась подробно изучить то, что произошло с телом раненого после того, как странные разрозненные «муравьишки» покинули его. Или не покинули? Или покинули, но не все?

Мне не давал покоя отклик на магию. Целительская магия не действует на тех, чья душа уже поднялась к Вершителю. Получается, наш покойник жив? Как такое возможно?

Я снова подошла к столу и стала вглядываться так, как учили труды отца, медленно продвигаясь от пяток к голове. Когда я дошла до груди, вдруг отчетливо почувствовала, что сердце юноши сократилось. Да, всего один раз, но оно сократилось! Это означало лишь одно – солдат жив, но кто-то или что-то взяло под контроль его тело и в несколько раз замедлило все процессы организма.

А что управляет процессами? Конечно, мозг.

С трудом я перевернула раненого, и стала исследовать его позвоночный столб, плавно поднимаясь к шее, а потом и к голове. Что-то не сходилось. Проклятье всегда, абсолютно всегда оставляет следы и прорастает, здесь же я ничего подобного не видела, а интуиция впервые в жизни притихла, словно притаилась.

Я видела отметину, под которой были «муравьишки», но сейчас там ничего не обнаружила. Впрочем, я и с Алексом рассмотрела не сразу, поэтому смотрела еще и еще. А когда добралась до головы, применила дар, фактически дотрагиваясь пальцами до кожи.

Неожиданно, почти на кромке волос я почувствовала легкое покалывание. Любое проклятье воспринимает целительскую магию вполне нормально, даже если она направлена в нужное место, и лишь ритуалы превращают ее в сокрушительное оружие. Для проклятий, конечно, но если выделить суть, то типовая магия просто меняет свой вид, превращаясь в чистый свет.

К сожалению, я не умела создавать мощный силовой поток, но преобразовать свою энергию в тонкий направленный или рассеянный луч вполне могла.

- Алекса, все готово, - позвал меня Лойс. Как же это было некстати, поскольку нащупав странное место, я не собиралась прерываться.

- Осмотрите его, целитель. Обращайте внимание на любое повреждение кожи. И пусть Эмма вам поможет.

Действуйте осторожно, и ни в коем случае не прикасайтесь к травмированному месту руками, - ответила я. Таким образом, мне удалось выиграть время и облегчить задачу. Тем более, смотреть на обнаженного Алекса я отчего-то стеснялась, хотя на герцога посмотрела бы с удовольствием. Или без удовольствия. Все ведь зависит от увиденного.

Луч света проходил вдоль кромки волос раз за разом, не задевая нужного места. Я же никак не могла его обнаружить, поскольку искала проклятье темных, а не нечто, с которым мы столкнулись. Однако, неудачные попытки только подстегивали мой исследовательский интерес. Не знаю почему, но мне было жизненно важно обнаружить причину странного транса юноши. А еще лучше, если мне удастся обезвредить…

И тут луч коснулся чего-то, которому свет очень не понравился. Оно шевельнулось, и я успела зафиксировать место. Универсальную магию мы изучали на втором году обучения. Знала я ее посредственно, отдавая предпочтение тем видам магии, которые могли пригодиться в практике, но плетение «особого обзора» выучила и, как оказалось, не зря. Это довольно сложное заклинание позволяло смотреть сквозь предметы на какую угодно глубину.

По памяти я закрутила силовые линии так, как меня учили, а потом добавила магии. И слой за слоем стала погружаться в голову солдата. Сначала ничего не происходило, а потом, когда я немного отвлеклась и позволила себе убрать упавшую на лоб прядь, изменился угол зрения, и мне удалось рассмотреть ЕГО. Впрочем, может и ЕЕ. Хотя, возможно, у этих… существ совсем не было пола, но магией они обладали. Хмм… Совсем как Гатто.

Передо мной было вовсе не проклятье, а самое настоящее магическое живое существо. За время моего отсутствия у него отросли лапки, которые оно утопило в тканях мозга юноши.

Интуиция проснулась и теперь подсказывала, что в таком виде существо не опасно для окружающих, ибо достигло своей финальной стадии. Оно наносило вред лишь разуму солдата, но пока незначительный.

Я задумчиво почесала переносицу. Думай, Санни! Думай! Что бы сказал Роан ас Тейли? Впрочем, я ведь прекрасно знала, что он говорит, потому что старалась запомнить все его слова. Любое живое существо дышит, иначе очень быстро превращается в мертвое.

Так вот для чего Алекс создавал то плетение! Он хотел лишить темных «муравьишек» воздуха, надеясь, что те погибнут. Но поймать в сеть пчелиный рой невозможно. Особенно, если пчелы сидят на живом человеке. Тут либо гибнут все, либо никто. А вот одного, как в моем случае, обезвредить вполне можно.

Скорее всего, неосторожность Навиласа породила страх и агрессию у «муравьишек», и те напали на него.

- Лойс, как у вас дела? – спросила я, но ответила мне Эмма.

- Две царапины и странное небольшое пятно на ладони, словно глава ударился незадолго до своего обморока.

- Постарайтесь до него не дотрагиваться, - предупредила я. – И не используйте магию.

- Вы нам хоть что-нибудь разъясните, Алекса? – строго спросил Невер.

Конечно. Конечно, объясню, когда сама хоть что-нибудь пойму. Сейчас же мне нужны были совсем не разговоры, а…

- Нужно раздобыть банку с герметичной крышкой. Это возможно?

- Да, я скоро вернусь, - произнесла Эмма и вышла.

Невер же, напротив, подошел и встал рядом.

- Что вы намерены делать с трупом, сестра Ли? – Лойс устал ждать ответов и злился.

- Это не труп. Юноша жив. Пока. Я же попытаюсь продлить ему жизнь, как надлежит целителю, если только вы не станете мне мешать, - заявила я и…

Невер лишь коротко кивнул, прекрасно понимая как в любом действии целителя важна точность.

Теперь мы с Лойсом поменялись ролями. Я стала целителем, а он моим помощником. Конечно, черновой работы от него никто не требовал, но он все равно морщился и что-то недовольно бурчал под нос. Мне было необходимо, чтобы Невер держал заклинание «особого обзора», поскольку я должна видеть, что происходит со странным «муравьем» и чувствовать состояние юноши.

- Переместите чуть левее, Лойс, прошу вас, - говорила я, указывая пальцем, где именно нужно установить плетение.

- И где вас только учили… - ворчал целитель, но послушно исполнял все, о чем его просила я.

Теперь, когда обзор у меня был, и освободились руки, я начала очень медленно формировать магический кокон, стараясь не задеть темное существо. Вряд ли оно обладало разумом. Скорее всего, руководствовалось инстинктами, и пока не чувствовало агрессии – не нападало. Впрочем, я, разумеется, могла ошибаться, но чувствовала, что на правильном пути.

Когда сияющий купол был создан, еще медленнее, очень осторожно я стала стягивать края полусферы, словно тканевый кошель тесемкой. Только вместо тесьмы использовала магическую нить – тонкую и прочную. Процесс сложный и ошибиться с моментом никак нельзя. Мне предстояло, как можно туже затянуть кокон, не потревожив сущность, а потом резко дернуть, чтобы лапки не успели повредить ткань и весь «муравьишка» оказался внутри.

- Вы сопите, Алекса, как стадо ежей в тесной клетке! – снова недовольно высказался Лойс. Уж не знаю, где ему посчастливилось наблюдать за подобным скоплением, но говорил он со знанием дела, при этом отвлекал меня.

- Помолчите, - нахмурилась я.

- Мне ничего не видно. Я выкинут из процесса впервые в жизни, и это очень неприятное ощущение, - пожаловался Невер.

Ах, вот в чем дело! Я позволила себе легкую и короткую улыбку, потому что операция по спасению юноши подходила к самому ответственному этапу.