Ольга Райская – Личный целитель Его Светлости (страница 21)

Красавец-блондин считал иначе. Синие глаза потемнели, и взгляд стал холодным. Однако он не возразил.

- Вы правы, Лойс. И вам, и сестре Ли требуется отдых. Увидимся завтра.

И Навилас вышел. А я… Я хотела прыгать от радости, но сдержалась и вежливо поинтересовалась:

- Как Алистер?

- Я полагал, что его проблема весьма масштабная, и дела обстоят намного хуже, - честно ответил он. – Не знаю, какое магическое оружие используют темные, но выживают после него единицы. У нас ведутся работы по изучению подобной магии, но пока мы не преуспели. Однако, в случае с Алистером я ошибся, ему лучше. Он поправится.

Я же сделала вывод, что Невер не видит проклятье в теле зараженного, а лишь ориентируется по признакам. Например, когда не действует магия целителя. А Эмма… Она благодарила меня вовсе не за спасение сына, как я предполагала изначально, а за то, что я заменила ее, позволив матери вознести богам молитву за сына.

- Я очень рада за Алистера, за вас, за Эмму. И… Не беспокойтесь, я никому не выдам ваш секрет даже под пытками, - заверила я Лойса.

- Ох, Алекса, - устало улыбнулся он, и в уголках его глаз появились, похожие на утиные лапки, морщинки. – Доброе у вас сердечко. Однако, бастарда не скроешь. Слишком разительно отличается магический резерв. Исключений нет. Поэтому супруг Эммы давно догадался о нашей связи, но ему удобно делать вид, что в семействе все спокойно. Сослав жену и сына, которого он не мог не признать, на границу, лорд Крюк фактически вычеркнул их из своей жизни. Я же не могу их в свою жизнь вписать. По крайней мере, до кончины супруга Эммы. Вот такая несправедливая жизнь…

Его взгляд сделался таким грустным, что на миг я испытала сочувствие, хотя и не знала, что говорят в подобных случаях. Все будет хорошо? Как-то глупо. Хорошо будет, как сказал Лойс, если умрет муж Эммы. И пожелать Неверу счастья, все равно, что пожелать тому человеку смерти.

Впрочем, целитель и сам хотел сменить тему разговора, а возможно, на какое-то время избавиться от меня, чтобы побыть в одиночестве.

- Вы все еще здесь, Алекса? Быстро отдыхать! И чтобы я вас до утра в госпитале не видел, ясно? – шутливо заругался Невер. Я спорить не стала и развернулась, чтобы выйти. – Хотя, постойте.

Пришлось повернуться вновь.

- Вот вам листок. Садитесь и пишите список трав для ваших чудеснейших конфет, - приказал он.

Мне же было несложно, ибо всего пять наименований, не считая воды, сахара и сливочного масла для карамели, написать недолго.

- Вот, - я протянула ему листок, кивнула на прощанье, подхватила коробочку Донис и отправилась кормить своего окмалиона.

Глава 12

В этот раз я добралась до своей комнаты без приключений. Гатто не соизволил повернуться, но вяло помахал хвостом.

Ну и ладно. Потом разберемся.

Взяв смену белья и чистое полотенце, выданное, кстати, вместе с медицинской формой, я отправилась в купальню. В этот раз помещение оказалось пустым, прибранным и благоухающим луговыми травами. В раздевалке появился новый шкафчик с надписью «Алекса Ли». На верхней полке лежали чистые комплекты белья и полотенец, нижнее отделение предназначалось для грязного белья. Удобно и продуманно. Выходит, зря я из комнаты свое чистое прихватила.

Может, Алекс прав, и Гертруда на своем месте? Даже у меня, привыкшей в монастыре к идеальному порядку, не было к ее работе нареканий. Просто ей не стоит влезать в те вопросы, в которых она ничего не смыслит.

На подставках у больших деревянных лоханей обнаружилось различное мыло и составы для волос. Не самые дорогие, но качественные, моя тетушка тоже предпочитала именно эту парфюмерно-магическую сеть. В этот раз можно было набрать дубовую емкость и просто полежать в горячей воде, ни о чем не думая. Хотя… Все равно думалось. Об Алексе, о герцоге. Такие во всем разные, лорды, а вот надо же, оба проявили знаки внимания к простой девчонке.

Об Ирсе думалось больше. И дело было вовсе не в поцелуе и моих эмоциях, которые я в тот момент испытала. Дело было в той опасности, которая вот-вот начнет угрожать ему или уже… угрожает…

Я прикрыла глаза и вознесла молитву Вершителю, от всего сердца желая лорду Войтеру удачи и скорейшего возвращения.

Мне оставалось натянуть чулки и туфли, когда в купальню вошла сестра Арш. Она снова улыбнулась. Мне нравились ее спокойствие, рассудительность, доброта и желание прийти на помощь. Кроме того, судя по тому, как та общалась с Лойсом, у женщины за прожитые годы накопилось немало опыта общения с трудными больными и особо трудными целителями, чьи капризы она сносила со смирением и великим терпением. Наверное, я бы так не смогла. В любом случае, мне очень нравилась ее милая, теплая улыбка, способная согреть всех вокруг.

- Ох, сестра Ли, - кивнула она мне и стала раздеваться. – Я уж думала, вы давно спите. Ну как вам наш центр хаоса? Целитель Невер не сильно вас загонял? Уж вы на него не обижайтесь. Нервный он, но маг отменный. Я знаю, о чем говорю.

Я тоже была уверена, что она-то точно знает кто есть кто, и тем интереснее мне было ее расспросить.

- Он душка и умница, - согласилась я с ней, и глаза доброй женщины удивленно расширились.

- Вы это сейчас про Лойса ас Невера сказали, сестра? – на всякий случай уточнила она.

- Вы ведь про него спрашивали? – понимаю, что вопросом на вопрос отвечать не особенно красиво, но очень уж забавная реакция на мои слова оказалась у сестры. – Мне приходилось работать с разными целителями. В обители главной была сестра Фани. Она и сама работала, не покладая рук, и другим не давала сидеть без дела. Я привыкла. Лорд Невер вполовину не так строг, как моя наставница.

Мне тут же была подарена еще одна согревающая улыбка.

- Вы наше спасение, сестра Ли, - почти пропела Арш. – Ни с кем Лойс не может сработаться. Уж сколько сестер до слез довел. Да что сестер, самые крепкие братья и те от него бегут.

- Мне с ним понравилось работать. Он знающий, чуткий, ответственный и много знает. И зовите меня Алекса, пожалуйста, - попросила я.

- Ну, тогда уж и вы называйте меня Маргарет, - в ответ произнесла она. – А еще приходите завтра в комнату для сестер. Я вас со всеми познакомлю. Мы обычно пьем чай перед сменой, примерно в девять. Потом я вам покажу закрепленные за вами палаты, шкафы с эликсирами и перевязочными материалами, списки назначений. Словом, все, что вам потребуется в работе.

Я еще раз поблагодарила ее и стала медленно натягивать чулки, никак не решаясь спросить Маргарет об Алексе. История его появления здесь, почти на границе королевства, признаться, меня волновала.

- Э-э-эм… - промямлила я.

Опыт не прогуляешь. Сестра Арш сразу меня поняла и томить не стала.

- Хотите расспросить меня о нашем главе? – спросила она.

- Просто удивляюсь, как отпрыск столь знатного семейства сюда попал. Я ведь не ошиблась? Алекс сын герцога Навиласа – главного целителя Его величества?

- Вы правы, - кивнула Маргарет. – Внук и есть. Причем, единственный.

- И что же в таком случае он тут позабыл?

- Любовь… - вздохнула женщина и… почти сразу улыбнулась. – Точнее, нелюбовь. Сватали за него дочку другого герцога, а он ни в какую. С дедом, говорят, разругался в пух и прах. Тот кричал, что лишит его наследства. А Алекс ему тоже очень много наговорил: и что сам себя прокормит, и что интересует его лишь наука, которой можно заниматься и в глуши, и что женится исключительно по любви, даже если у девушки не будет ни капли магии. Но вы ведь понимаете, Алекса, что все это, хоть и известно всем, но страшная тайна!

Она очень хитро на меня посмотрела.

- Разумеется, - со всей серьезностью кивнула я.

- Мне кажется, наш Навилас еще не созрел для женитьбы, - как-то совсем по-матерински, очень ласково сказала Маргарет. – Натура уж очень увлекающаяся. То хозяйка цветочной лавки, то дочка купца-ювелира. Однако, к сестрам он никогда ничего такого, даже если и флиртует с ними напропалую.

Вот как? Надо же в одном человеке ошибиться трижды. Чем больше я узнавала об Алексе, тем сильнее мне хотелось увидеть его в деле, а еще лучше – осмотреть лаборатории. Однако спросила я не об этом.

- А сестра Гертруда…

Впрочем, и спрашивать не пришлось.

- Бедняжка Гер, - покачала головой Арш. – Она дочь кормилицы Алекса. И мне кажется, что девочка влюблена в него с детства. Гертруда почти ни с кем не общается в госпитале, поэтому девочки ее и не любят. А по мне, человека судят по поступкам. Характер здесь ни при чем. Верно? Работник она замечательный. С ее появлением здесь стало чисто и даже уютно.

Я кивнула, еще раз поблагодарила Арш и, натянув туфли, отправилась кормить Гатто. Впрочем, раз уж мне придется пропустить ужин, может быть, тоже разживусь чашечкой чая.

По дороге я осмотрелась, поскольку ранее у меня не было времени разглядеть свое новое временное жилище.

Длинный коридор с двумя рядами плотно запертых дверей. Но в одном проеме, надо признать – довольно широком, дверь отсутствовала, и я туда заглянула. Несколько столов со стульями, буфет, в котором через рифленое стекло виднелись чашки, какие-то баночки и пакеты. Но больше всего удивил пузатый чайник поистине гигантских размеров. Он стоял на магической самоподогревающейся подставке и пыхтел. Подобные артефакты были весьма удобны, но и весьма дороги. Что ни говори, а о персонале госпиталя заботились отлично.