Ольга Райская – Как достать стража. Влюбить и присвоить (страница 46)

— Я с тобой, — выдохнула, улыбнувшись мужу.

Он, кажется, снова застонал, но спорить не стал. Видимо, осознал, что бесполезно. Так мы и шагали до самого края, чтобы поставить сосуд и отойти на пару метров.

Только когда руки Кита освободились, арс тут же притянул меня к себе, обняв крепко-крепко.

— Свет… Свет… — повторял он, будто последние шаги стали для него пыткой от мысли потерять меня.

Наивный. Если уж я нашлась, то меня захочешь — не потеряешь.

— Я с тобой, — повторила я. И это была не констатация факта пространственного расположения, а подтверждение духовного единства и… любви. Да-да, именно любви, ибо жизни без своего короля я не представляла.

Сначала на площадке появился каменный осколок. От него так фонило магией, что не возникало сомнений — это и есть часть древнего артефакта. Только потом сосуд растворился в прозрачном теле темного существа, которое на пару мгновений озарилось уже знакомым радужным сиянием, после чего щупальца застыли. Больше ни единым движением монстр не выдавал в себе жизни.

— Он там не умер? — шепотом спросила я, подбирая часть Стража с серых каменных плит… — Вряд ли кровь Эриварда ядовита, но однозначно токсична даже для чудовищ.

— Свет… — улыбнулся Китрэн. — Никак не привыкну к тому, что вы с сестрами разительно отличаетесь от всех женщин Леандора. Разумеется, в лучшую сторону.

— Нисколько не отличаемся, — тут же заявила я и пообещала, многозначительно подмигнув: — Я докажу тебе. Ночью.

Супруг не ответил, но легкий румянец окрасил его щеки и высокие красиво очерченные скулы. Все же трепетные мужчины арсы, несмотря на все их мужество.

— Он не умер, — развеяла мои опасения Женька. — Дрыхнет. Сон у него послеобеденный, даже голоса в голове стихли. Самое время артефакт собирать. Где там Орас запропастился?

Ее вопрос был риторическим и ответа не подразумевал, но он последовал. Правда, совсем не такой, как мы ожидали.

— Вас на минуту одних оставить нельзя! Одна кучка будет лежать на широченной дороге, и каждая из вас в нее вляпается! — орал с небес… Лошариус. — И кто вас учил без меня мир спасать, а? Я уже не при делах? Не герой? Только из-за вас я не получу награду и питомник с самками в вечное пользование…

И столько обиды и упрека было в словах птица, что умиленно улыбнулись не только мы с сестрами, но и все стражи, работающие на площадке.

Но аррела наши улыбки не остановили:

— Пока я, не покладая перьев своих, не жалеючи крыльев, указываю путь светлой жрице, вы так недальновидно поступаете! А как же брат ваш меньший по размерам, но не по значению? Как же я? Я вас спрашиваю! — орал он.

Только сейчас я заметила, как на площадку спускаются родители Лесара и Орас. Наш отец в этом мире раскрыл объятья, и мы с Женькой бросились к нему. И только Настасья замешкалась, ведь по сути, Орас не был ее родственником по крови. Однако сердце графа давно было открыто для всех дочерей Вигмария Фрея.

Он улыбнулся и кивнул Настасье, а шагнула навстречу. Да, семьи много не бывает. А девочкам любовь нужна во всех ее проявлениях, и отеческая — не исключение.

— Живы… — прошептал Орас, и его глаза подозрительно влажно блеснули. Он тут же отвернулся, чтобы не показывать нам свою слабость, а мы… мы сделали вид, что ничего не заметили.

— А как же птичка? Птичку забыли? Забыли птичку! — вопил Лошик, летая над нами.

— Достойная птица обязательно получит достойную награду, — пообещал Китрэн. — Слово короля.

— О! Слово истинного короля и все мне одному! — обрадовался Лошариус и тут же спикировал на каменную площадку. Его поклон должен был произвести впечатление, но вызвал очередную волну улыбок, хотя это нисколько не смутило птица. Аррел, вообще, смущался только когда считал это выгодным. — О, Ваше Величество, служу Отечеству! Разрешите список наград составить собственнокрыльно?

И бросил хитрый взгляд на моего супруга. Ха, а Кит растерялся.

— Составляй, — пожал плечами он.

— Лош! В пределах разумного! — предупредила его Настасья. — Я проверю!

Птиц собирался возразить, но осекся, ибо герцог пообещал ему тоже.

— А я перепроверю, — произнес Агиар, и на этом инцидент себя исчерпал.

— Ладно вам, — усмехнулся Лесар и шагнул навстречу родителям. — Заслуга смелой и гордой птицы неоспорима. Без помощи уважаемого Лошариуса мы бы ни за что не отыскали трех юных стражей у башни первородных, не нашли наших жен, и еще неизвестно, какая участь ждала бы Леандор. Благодарю тебя от всего корпуса стражей! И отдельная благодарность за то, что указал путь моим родителям.

Лесар произнес свои слова и низко поклонился растерянному Лошу, а растерянный аррел, я вам скажу, картина непривычная и доселе мною невиданная. А когда за Лесаром ему поклонились все стражи, а потом и верховная жрица, птиц едва не расплакался.

— Ничего, выживет, — с полувзгляда поняла меня Настасья. — Через минуту привыкнет, еще и наглеть начнет.

Орас тихо посмеивался. Он нехотя опустил руки, чтобы мы могли подойти к Хорилайн и ее супругу.

— Я, а до меня еще несколько жриц, хранили этот артефакт, — произнесла верховная жрица, протягивая мне резную шкатулку. — Теперь пришло время передать его вам, леди Слана, чтобы сила Адана Первородного, как и прежде, защищала Леандор от всех бед.

Хорилайн по-матерински улыбнулась, и я приняла шкатулку. Тяжелая. Конечно, все знали, что там, а Орас уже едва не подпрыгивал от нетерпения. Я понимала, насколько ему не терпелось осмотреть лабораторию Эриварда. Я и сама бы не отказалась, поскольку так ничего толком и не видела.

— Вся Аэрлея желает вам успеха, — напутствовала нас жрица.

Я же посмотрела на Китрэна.

— Справитесь тут без нас? — зачем-то спросила его.

— Главное сейчас, чтобы вы с Орасом справились, Свет мой, — тихо шепнул он.

Собрать артефакт по готовой схеме любой дурак сможет. Особенно, если он обладает навыками, терпением и нужным цветом магии. Прежде чем приступить к работе, мы с отцом немного осмотрелись.

— Да-а-а, — восхищенно выдохнула я. — Неплохо устроился узурпатор! Эту бы мощь да в мирное русло, сколько можно было бы судеб спасти.

— Это не он устроился, — улыбнулся мне Орас, выкладывая на подготовленный стол части Стража врат.

Каждый фрагмент он благоговейно брал двумя руками и перекладывал так осторожно, словно они были не из камня, а из хрупкого тончайшего стекла.

— Как это? — удивилась я, еще раз обведя взглядом огромное помещение мастерской.

— А так, — пожал плечами граф. — Здесь, Слана, перед вратами миров собрана вся мудрость арсов. Ее собирали еще наши прародители и нам завещали. Каждое поколение что-то привносило, дополняло…

— А Ги присвоил и пользовался, — хмуро закончила я отцовскую мысль.

Он чмокнул меня в затылок.

— Светлое ты создание, моя Слана, — сказал Орас. — Каждым поступком, словом и действием свое имя оправдываешь. Все так и не так одновременно. Лорд Ги ничего бы не присвоил, если бы ему не позволили этого. Равнодушие и гордыня — вот причина всего произошедшего, а Эривард просто оружие в руках закономерности. Мироздание щедро одаривает детей своих, но и жестоко карает, когда те забывают о его законах.

Все так. Я была полностью согласна с графом. Однако, кое-что в его словах заставило меня насторожиться.

— Перед вратами миров? — переспросила я.

— Перед ними, — рассмеялся Орас. — Ты собирай-собирай, не отвлекайся. Вон там, посмотри, плетение неровное. С этим артефактом должно быть все идеально.

Я про себя выругалась и стала исправлять указанные недочеты, но при этом внимательно ловила каждое слово отца.

— Ты же, Слана, не ожидала, что врата миров — это такая дверь? — спросил граф. — То есть, это, конечно, дверь, но совсем иного плана. Скорее, портал, а вовсе не арка, увитая плетущимися цветами.

Я задумалась. Вообще-то, именно в виде арки, украшенной цветущими розами и незабудками, мне и представлялся проход в другие миры. Внутри возникает сияние, а потом появляется лестница в облаках, уходящая в небесную высь. И обязательно радуга, и голуби белые с лавровыми ветвями в клювах. Но тут, наверное, земной стереотип сработал.

— И как этот портал выглядит? — поинтересовалась я.

— Как портал, — пожал плечами Орас. — Я-то сам его изображение только в древней книге видел, и то довольно схематичное. Открывается окно прямо в камне, напротив башни вечности. В ней мы сейчас с тобой и находимся.

— А Страж врат где находился?

— Хороший вопрос, Слана, — загадочно улыбнулся отец. — Никто из ныне живущих не знает его истинного места.

— Вот тебе и раз, — удивилась я. Мне осталось присоединить последнюю часть артефакта. — И что мы будем делать?

— Ничего, — ответил Орас. — Все реликвии древности сами знают свое место, поэтому Страж его займет сам, как только заработает снова.

Ох уж эти маги! Ох уж эта магия! Одни странности, неприятности и никакой личной жизни.

Хотя, нет. Магия — это иногда очень красиво и торжественно.

Когда последний кусочек встал на место, а связи снова стали целыми, артефакт вздрогнул и… «ожил». Только что передо мной лежал пласт камня, чем-то напоминающий слегка обработанный песчаник, и вдруг на нем проступили руны, письмена на незнакомых мне языках, орнамент, который наверняка что-то значил, а потом он вспыхнул и засиял. Да-да, тем самым, уже до боли родным и знакомым радужным сиянием, озаряя все вокруг.