Ольга Райская – Как достать стража. Влюбить и присвоить (страница 38)

Я же искренне порадовалась за предка Китрэна. Неизвестно, что было бы с мальчиком, попади он в руки к сумасшедшему деду. Возможно, умер бы в детстве, или его выпило бы темное существо. Но озвучивать свои мысли Эриварду я не стала, хотя и спросила:

— Разве у вас тогда было время на внука?

— В очередной раз сожалею, что не смогу оставить тебя в живых, Слана. С моим талантом и твоей догадливостью, мы бы покорили не только Леандор, но и соседние миры!

Этого еще мне не хватало! Уж лучше честная смерть, чем жизнь без совести и чести.

— Вы мне льстите, лорд, — осторожно ответила я, опасаясь сбить его с мысли. — Что же занимало вас в тот момент?

— Мой эксперимент и моя вторая молодость! — с восторгом отозвался маг. — Только познавший старость, может по достоинству оценить время, когда ты полон сил, когда ты бодр и свеж, когда не болят крылья и суставы. Конечно, небольшое существо давало и небольшое количество эликсира жизни, но на одного арса его вполне хватало. При первом опыте его приема я совершил ошибку и выпил слишком много, вернув молодость. А молодость — это время, когда о деле почти не думаешь, поскольку бушующие внутри страсти берут верх над разумом, если ты понимаешь, что я имею в виду…

И тут он многозначительно посмотрел на меня, подмигнул и хихикнул. Стало противно, но откровенно скривиться в этот момент я не посмела, хотя страстно желала поступить именно так.

— Но в дальнейшем вы подобной оплошности уже не совершали? — поспешно спросила я, чтобы перевести тему на более любопытную, чем похоть маньяка.

— О, нет. В бессмертии, как и во всем ином, важна мера! — назидательно изрек он, еще и крючковатым пальцем мне погрозил.

Кто бы говорил о мере! И потом, пережить разум, превратившись в умалишенную древность — так себе перспективка.

— Я возвращал себе молодость ровно до того времени, когда юношеские страсти у мужчин уже не главенствуют над разумом, и просыпается мудрость, — сообщили мне.

Блажен, кто верует. Вот только мудрость наступает не у всех. Вот такой жизненный парадокс: страсти — у всех, а мудрость — нет. Знания, опыт — это сколько угодно, а вот чтобы пробудилась мудрость, для этого, как минимум, должна быть внутренняя доброта и наличие совести, что у лорда Ги отсутствовало полностью.

— Так продолжалось до определенного момента, а потом что-то произошло? — Едва сдерживаясь, уточнила я.

— Темная сущность росла, — скривился Ги. — А в моем окружении магов почти не сталось. Не осталось их по всем провинциям, и только в столице, где при храме все еще работала часть некогда разобранного мной артефакта, все еще была пища для моего питомца. Напомню, его пища — мое бессмертие, эти два понятия тождественны. И вот тогда…

В целом, именно так все себе и представляла, не знала только деталей самого процесса.

— Тогда вы встретили моего отца — молодого и, несомненно, талантливого ученого. Да, в нем уже не было такого количества крови первородных, как изначально было в вас, но его смекалка, ум и интуиция поистине превосходили ваши! — Ги вздрогнул, но кивнул. — И как вы смогли перетянуть его на свою сторону?

— О, всего лишь удобный момент, — тут же откликнулся Эривард. — Когда мозг отуманен горем, он легко поддается любому внушению, которое обещает избавление от накопившейся боли. А ваш отец тогда как раз потерял вас…

— Надо полагать, не без вашего участия? — не знаю, почему у меня возник этот вопрос. Наверное, я просто почувствовала его необходимость всем сердцем, всей душой.

— Ты проницательнее Вигмария, Слана, — прищурился маг, но отрицать даже не пытался. — С моим, разумеется, но иначе я бы не получил вашего отца и его талант!

Как именно тогда, много лет назад погибли я и мои сестры, меня интересовало мало. Кого это интересует? А вот в интригах, которые ловко сплел паук Ги, я по крошечной капельке пыталась разобраться и не теряла надежды докопаться до истины.

— И что вы пообещали величайшему из магов? Бессмертие? — Тут я позволила себе усмехнуться, глядя на то, как Эриварда перекосило от злости. — Не думаю, что отца могла бы заинтересовать такая эгоистичная малость.

— Ты права… — процедил арс. — Права, бездна тебя побери! К бессмертию он отнесся с равнодушием, практически без интереса, в то время как я так отчаянно нуждался в нем!

Ожидаемо. Меня интересовало, на что купился отец. В каждом мыслящем существе есть сильные и слабые стороны. И иногда сильная сторона может обернуться большой слабостью.

— Дело в том, что каждому опытному магу известно, что материя, магия и души не исчезают. Да, они видоизменяются, перетекают из одного состояния в другое, меняют места обитания, но не исчезают. Я всего лишь намекнул о возможности заглянуть за грань, что с помощью моего «питомца» было не трудно осуществить. А зная место нахождения сущностей дочерей, Вигмарию оставалось лишь приманить их души в родной мир. И это всего лишь за пустяк, плевую услугу…

Я не выдержала. Несмотря на весь трагизм ситуации, хихикнула, прикрыв рот ладошкой.

— Бессмертие, по-вашему, пустячок? Крошечная услуга? И заметьте, не бессмертие арсов как расы, а лишь ваше персональное, весьма эгоистичное бессмертие.

Нет, Эривард не расстроился и не разозлился. Он словно ждал подобного моего выпада, поэтому изрек спокойно и где-то даже снисходительно:

— Ты плохо разбираешься в политике, девочка. А еще хуже — в арсах с этим их нелепым патриотизмом.

Я пожала плечами. Что ни говори, а политик из меня действительно неважный, зато очень неплохой аналитик. Даже сейчас, пытаясь через тернии поведать мне правду, Эривард по привычке оскорблял свой мир и всех, кто его населял. Как жаль, что боги наделили пытливым умом и хитростью такое чудовище.

— Так вот, — продолжил лорд Ги. — Я сказал Вигмарию, что работаю с темными, чтобы вернуть арсам утраченную магию. При этом раскрыл часть правды. Запомни, девочка, если хочешь вызвать доверие у собеседника, всегда говори правду. А если хочешь получить выгоду и схитрить — не всю правду.

Тут маг спохватился, зачем-то окинул меня взглядом и протянул:

— Ах да-а-а… Тебе же это не пригодится.

Его лживые сокрушения по поводу моей скорой кончины тоже интересовали мало.

— Накопители для сбора магии — это идея Вигмария? — я и без него это знала, поскольку видела в дневнике чертеж подобного артефакта, как и его другую часть — прибор, который отдавал внедренную в него магию новому владельцу. На подобии тех штуковин, что носили на груди низшие арсы из охраны лорда Ги.

— Его, — нехотя признал маг. — В уме ему не откажешь. Цель, которую он поставил перед собой, а также сам процесс работы полностью примирили его с действительностью. Надежда же вернуть дочерей давала неимоверный творческий подъем…

Тут он помолчал немного и добавил:

— К моему огорчению, все это чрезмерно отрезвило его, а с вашей кончиной у меня иссякли методы воздействия на Фрея. Он же стал о чем-то догадываться, а я узнал об этом лишь тогда, когда твой отец, Слана, проник в мою лабораторию и успел изучить мои записи. Да, в тот момент он понял все. Лишь тогда я решился устранить его, хотя, видят боги, сделал это с неохотой.

Мерзавец. Говорит о смерти так, словно именно он демиург этого мира, и в его власти распоряжаться судьбами. Эх, мне бы хоть немного удачи!

— Накопители — это ведь не единственное, что для вас придумал отец?

Ну не верила я, что Эривард смог бы убить курицу, которая вот-вот снесет золотое яйцо. Выходит, курица к моменту своей смерти уже снесла это яйцо, и это позволило Ги продержаться долго.

— Вряд ли его догадку можно полноценно назвать открытием, но она действительно сработала, — откликнулся маг. — Если забирать магию вместе с кровью, дополнительно насытить субстанцию необходимыми видами магии и передать темному, то качество полученного эликсира бессмертия получается выше, а его количество возрастает в разы. Что касается Вигмария, то на его крови — густой и напитанной магией — я продержался более трехсот лет, фактически сведя к нулю количество случайных доноров для моего питомца.

Брезгливость к этому старику сменилась ненавистью. Плохое чувство, но острое и незамутненное. Количество случайных жертв… Да знает ли он, как части его «питомца» лишают магии младенцев в утробах матерей? Как они убивают, душат, порабощают?.. Как погибли стражи… Стоп. А вот тут напрашивался один очень важный вопрос.

— И только магия стражей не по вкусу темному существу? — спросила я, даже не пытаясь спрятать сарказм. Однако, ответ меня не обрадовал.

— Браво, Слана! О, если бы моя дочь хоть наполовину имела то, чем так щедро одарили тебя боги, я бы стал поистине самым счастливым отцом! О, как бы я любил и обожал ее! Твои вопросы бьют прямо в цель, заставляя истину рождаться, а это дорогого стоит!

Любил бы… Как можно настолько цинично говорить о своем ребенке? Впрочем, о чем это я? Слышать о любви, пусть даже неосуществленной, но желаемой, от морального урода и убийцы, мягко говоря, странно. Лучше бы без всего этого пафоса просто отвечал на мои вопросы. Неужели, венец власти в руках не истинного короля теряет силу? А я так на него рассчитывала.

— Так что там с магией стражей?

— Ты права, девочка! — с горящими глазами и с каким-то диким, я бы даже сказала, сумасшедшим восторгом, воскликнул лорд Ги. — Темные боятся магии стражей, они ее не выносят. Более того, эта магия убила бы ту маленькую особь, которую я смог переправить через врата, но сейчас мой питомец вырос и окреп. Заряд должен быть слишком велик, чтобы уничтожить его. Однако, даже небольшое количество накопленной магии стражей позволяет мне держать темную сущность в полном повиновении!