Ольга Райская – Как достать стража. Влюбить и присвоить (страница 18)

И что же получается?

Кайо не тянуло ко мне, и уж точно не шла речь о каком-то мифическом запечатлении. Это артефакт узнал хозяйку — ту женщину, что мирозданием предназначена истинному королю. И это стало для меня совершенно потрясающим открытием!

Одно огорчало… Чтобы заполучить амулет, мне придется подпустить короля к себе, а у меня внутри все переворачивалось, от мысли, что этот негодяй прикоснется ко мне.

— Ну что вы остановились, Ваше Величество? — призывно улыбнулась я и медленно лизнула нижнюю губу.

Кайо взвыл и заговорил часто, отрывисто и… как ему казалось, страстно:

— О, я знал… знал, что твоя холодность напускная, Слана… Что ты горяча, как нагретый камень в знойный летний день… как печка в морозную ночь… — и он приближался и приближался.

Я же прикидывала, смогу ли справиться с ним. Несмотря на то, что в придворной одежде король выглядел довольно изящно, его торс был подтянут и жилист. Когда-то на Земле наш с Женей приемный отец каждую заставил пройти курс самообороны с лучшим инструктором. Сестра, конечно, занималась охотно, а после тренировок еще бежала в свои спортивные секции, я же порой сачковала. Как же сейчас об этом жалела — не передать словами!

Самые простые броски — бедро… плечо… Но как тогда сорвать амулет? Одной рукой я точно не перекину такую неожиданную мощь. Даже на простую подсечку нечего и рассчитывать.

— Любимая!.. — Кайо наступал, я же от безысходности отступала.

И успела почти отчаяться, но светлые боги Леандора сегодня были на моей стороне…

— Багира, я спешу к тебе! — голосом медведя Балу завыл где-то рядом аррел.

И где он нахватался земного жаргона? Нужно расспросить Настасью.

Король же меня вожделел настолько, что его взгляд сфокусировался в районе груди и никак не желал подниматься к моему лицу. Это было, пусть небольшим, но преимуществом, потому что я продолжала отступать, а он не смотрел под ноги.

Глаза Кайо горели каким-то странным огнем. Нездоровым. И чем ярче они горели, тем сильнее сиял камень в артефакте, словно король не сам шел, а его направляла и подгоняла его же собственная магия, полностью подавляя волю и отключая разум.

Лошариуса он, кажется, не услышал. Птиц наверняка говорил только со мной. Кто такой король, чтобы древний фамильяр, обкушавшийся магией, вел с ним диалоги?

— Лоооош… Лооооош… — позвала я.

Кайо трактовал мои слова по-своему. Очевидно, ему послышалось слово «ложь». Меня-то, в отличие от аррела, он слышал прекрасно и отчетливо.

— Нет, это правда, — горячо зашептал правитель. — Я горю… Я схожу с ума по тебе…

И его руки… Они потянулись ко мне. Отступать было уже некуда, спина уперлась в преграду.

У меня же было два выхода: или идти ва-банк или использовать пояс, что было бы крайне нежелательно. Почему? Все очень просто. Амулет власти, еще не приняв меня, усилит магию короля. Отпор будет сильнее, чем я ожидаю.

— Ло-о-ош! — завопила я.

— Правда, птичка моя легкокрылая… — тут же откликнулся Кайо.

— Да здесь я… — хмуро оповестил меня аррел. — В местных портьерах запутаться можно.

— Суп сварю! — предупредила я.

Но король снова все принял на свой счет.

— О, я испытываю голод совсем иного рода… — и его пальцы коснулись моей обнаженной шеи.

Как я не завизжала, не смогла бы объяснить даже самой себе.

— Бросайся ему под ноги! Сейчас! Немедленно! — почти прошептала я, схватившись обеими руками за артефакт, резко потянула его на себя.

Король замешкался, размышляя над моими словами, а вот птиц, наоборот, словно крупное красно-черное ядро на огромной скорости врезался в колени монарха.

— Банза-а-а-ай! Полундра-а-а! Кийя-а-а-а! — орал в полете Лош.

Неизвестно, кого он хотел подбодрить или напугать, ибо Кайо его по-прежнему не слышал, зато очень даже почувствовал. Поскольку я тянула правителя на себя, а резкая боль заставила его остановиться, фактически споткнувшись об аррела, то, не удержав равновесие, король растянулся у моих ног. Артефакт остался в моих руках.

И я бы, наверное, рассмеялась, глядя на ошарашенную физиономию Кайо и абсолютно невменяемого Лошариуса, который валялся на спине, неподалеку от короля, раскинув в стороны крылья и раскрыв клюв. Но, стоило пальцам соприкоснуться с амулетом, как тело пронзила дикая боль. Она все нарастала и нарастала. Мне казалось, что я заживо горю. Я фактически осязала, как плавятся ткани и кости, как вскипает кровь.

Чтобы не кричать, пришлось прикусить губу, и металлический привкус той самой крови теперь я чувствовала во рту. Голубое сияние меркло. В кристалле появились новые оттенки всего магического спектра. Разноцветные полосы множились, клубились, извивались, но не смешивались между собой. Мой оранжевый преобладал, но не доминировал, а лишь слегка оттенял иные цвета.

— Он убьет тебя, глупая… Убьет… — прохрипел Кайо. При этом король продолжал тянуть руки то ли ко мне, то ли к артефакту, хотя так и не смог подняться с пола.

До меня так никто и не дотронулся. Кажется, повелитель Аэрлеи отключился. Я же наблюдала, как амулет в моих руках сияет все ярче. Артефакт пульсировал, словно внутри него билось сердце, словно с моей магией и болью он впитал и саму жизнь, а может быть просто решил разделить ее со мной. Боль становилась терпимее и постепенно, совсем медленно снижалась. Я потеряла счет времени, загипнотизированная блеском магии.

Очнулась я от прикосновения к вискам и лбу чего-то мягкого, пахнущего кухней и… ветчиной…

— Что б вы без меня делали, курицы безмозглые… — бухтел надо мной Лош. — Говорю вам, говорю, что магия — это не духи и шпильки, а вы все равно ручонки свои тянете… Терпи, девонька, сейчас легче станет.

Я чувствовала, как с каждым движением крыльев аррела в меня вливается свежий поток магии. А артефакт? Он, получается, мог выпить меня досуха?

Я открыла глаза и, не увидев его в руках, испуганно спросила:

— А где амулет власти?

— Власти ей захотелось… — проворчал птиц. — То же мне, царица выискалась! Ясное дело где… На шее у тебя. Приняла тебя штуковина. Значит, слушаться будет. И, похоже, ты у него первая, раз такой резонанс.

Я тут же себя ощупала, но артефакта не обнаружила, и тогда снова посмотрела на Лошариуса.

— К зеркалу подползи, Балда Вигмарьевна! Вон оно, там, на туалетном столике, — назидательно, но как-то обидно, посоветовал аррел.

Я снесла его оскорбления. Безропотно. Встав на коленки, поползла к столику, около которого все еще без сознания лежал бледный Кайо.

Голова кружилась, а каждая мышца в теле болела и дрожала так, словно я накануне спортом перезанималась. Пришлось подниматься медленно, кряхтя, как старушка. В зеркале привычно отразилась я — Светка Бурмистрова с Земли, но все же вроде и не я. Что-то во мне неуловимо изменилось. Глаза сияли сильнее, волосы блестели словно их посыпали золотой пудрой, а от шеи к груди спускалась причудливая искусная татуировка с радужным камнем в центре.

Ох, ты ж, ёжки-матрешки!

Лош сказал, что я у артефакта первая. Что это могло означать? Ну, во-первых, что ни одна пара истинного короля до меня не надевала этого амулета. Истинные короли в истории Аэрлеи были, и дамы при них тоже были. Значит, женский артефакт появился во времена последнего короля. Того самого, которого казнили, и на котором закончилось правление Стевов, потому что среди Агиаров истинных королей никогда и не было. Более того, не могло быть, ибо магия, как гены, передается по наследству. Они даже не сумели отличить женский амулет от мужского, посчитав, что он существует лишь в единственном экземпляре и должен принадлежать королю. Ну-ну. В голове родилась еще более странная мысль, но я пока отмела ее, потому что проверить свою догадку могла лишь в лаборатории замка Мидр.

Но существовала и вторая вероятность. Более сказочная и менее правдоподобная. Артефакт принял меня потому, что какая-то леди из рода Фреев когда-то уже была дамой сердца истинного короля. В это мне отчаянно не хотелось верить, потому что тогда выходило, что Китрэн вовсе не предназначен мне мирозданием, он просто мужчина, которого я совершенно случайно встретила на жизненном пути и… почти сразу отдалась. Фи… Второй вариант вычеркиваю.

Первый и точка.

Хотелось бы, как Кит, научиться материализовывать артефакт и снова превращать его в рисунок на коже. Отличная маскировка, между прочим!

Все это время я рассматривала артефакт в зеркало и совсем не замечала, что происходит за моей спиной.

— Ату его! — заорал во все горло аррел.

Я же почувствовала, как кто-то схватил меня за ногу. Обернувшись, обнаружила очнувшегося Кайо. Его тонкие длинные пальцы железной хваткой впились в мою лодыжку и давили с такой силой, что на коже наверняка останутся синяки.

— Отдай мой амулет! — прохрипел он.

В какой-то книге я уже сталкивалась с эффектом привыкания к сильному артефакту, если носить его не снимая. Очевидно, здесь имел место подобный случай. У короля началась ломка, и в таком состоянии неизвестно, чего от него ждать.

— Мышку поймаешь, — ответила я и не удержалась — показала ему язык.

— Я убью тебя, Мидрово отродье! — взревел правитель и, не отпуская моей страдающей ноги, стал подползать.

Что делать в таких случаях я, разумеется, не знала. Лошариус отважно ринулся на обидчика, но что могла сделать птичка против тренированного мужчины?