Ольга Райская – Как достать стража. Влюбить и присвоить (страница 14)

— До смерти моих родителей. До того, как меня обвинили в их смерти. До того, как он занял мое место… — ответил муж.

Да, тут было о чем поразмыслить. Сразу на вопрос Китрэна и не ответишь. Одно я могла сказать точно:

— У меня складывается впечатление, что Таэрт вовсе не Таэрт…

— Хмм… — склонил голову Кит. — Я боялся в этом признаться даже дяде. Он счел бы, что я лишился разума, а мне тоже показалось, что моим дальним родственником словно управляет неведомая сила.

Я все больше и больше убеждалась в том, что Китрэн, как истинный король из сказки Аоры, видит и подмечает намного больше, чем все остальные. Даже больше, чем мы с сестрами.

— Ведомая, Кит… Очень даже ведомая… — тихо ответила я и повела супруга в лабораторию.

Нас ждали неотложные дела: и очередные, и новые.

Моя обитель супругу понравилась. Он долго рассматривал приборы и инструменты, уважительно кивал головой, тайком поглядывал на меня, когда думал, что я этого не замечу, и, наконец, сказал:

— Теперь я понимаю, почему мой семейный кулон заинтересовал тебя едва ли не больше меня самого.

— Глупости, — тут же возразила я, переливая в колбы очередную партию эликсира первородных.

Перья Кита по-прежнему работали исправно и ускоряли процесс еще сильнее, чем вчера. Возможно, такой прогресс был связан с тем, что в замке Мидр находились не только перья, но и сам экземпляр, на котором они, собственно, и произрастали в избытке.

Поскольку больше я ничего не добавила, а приступила к загрузке очередной партии, муж решился уточнить:

— Значит, важнее я?

Ох, мужчины! Иногда слова для них значат больше, чем реальные поступки. Зато потом они в обязательном порядке требуют доказательств этих самых слов. А нелогичными называют нас — женщин! Есть ли у мироздания логика вообще? На этот вопрос никто не ответит, но я могла бы утверждать, что у мироздания определенно имеется чувство юмора, и оно несколько извращенное.

Пришлось доказывать свои слова и поднимать самооценку супруга. Бросив все дела, я с упоением целовала его чувственный рот и получала от этого не только эстетическое удовольствие.

— Свет… — простонал Китрэн. — Вернемся наверх? Или ты предпочитаешь здесь?

Что именно я предпочитаю в это раннее утро знала наверняка. Об этом и сообщила разгоряченному Киту:

— Предпочитаю, чтобы мое тело не досталось королю Кайо.

— А душа? — усмехнулся муж.

— А душа без остатка принадлежит тебе, дурачок! — и я ему подмигнула.

— Ты же понимаешь, что король вернул мне права лишь для того, чтобы получить тебя? — очень серьезно спросил Кит. — Сейчас это в его власти.

Скорее всего, он очень сожалел, что ночью не настоял на спешном отлете, но и у меня имелся план. Начала я с того, что рассказала мужу, как работают его перья, какой силой обладает даже крошечная толика его магии.

— И как моя магия поможет решить нашу проблему? — поинтересовался он.

— Давай посмотрим вместе, — предложила я и раскрыла книгу, переданную Аорой.

Закон мы нашли довольно быстро. Герцогу Агиару в вопросах юриспруденции я доверяла, но ведь и он мог ошибаться. Если никто не пользовался изложенным правом, то зачем его так подробно описали? Да, супруги должны были являться подданными монарха, жаждущего прелюбодеяний с чужой женой, но и его ждали сложности. Женщина могла сама избирать себе наряд, использовать магию противостояния и амулеты. Если до утра король не сможет достичь желаемого, преодолев силой своей магии магию дамы, то право считается утерянным безвозвратно. Заковыристо.

Не важно, кому и зачем пришлось расписывать этот закон. Главное, у нас появился шанс оставить Кайо с носом. Кое-какие идеи у меня появились еще до чтения книги, а сейчас… сейчас я думать ни о чем не могла, кроме как о вытянувшейся физиономии короля, который… Впрочем, обо всем по порядку.

— Особое удовольствие не победить врага, а просто лишить его победы, — с улыбкой сообщила я мужу.

Китрэн моего энтузиазма не разделял, поэтому откликнулся вяло:

— Это как? — спросил он

Как-как… Арсы менее искушенная раса, чем люди в любых мирах, и мыслят они прямолинейно, без изюминки. Даже такие продвинутые, как Лесар и герцог Агиар, а уж мой отшельник и подавно.

Все, что между нами случилось ночью, мне весьма нравилось, и, возможно, поэтому сейчас я абсолютно не знала, с чего начать с мужем довольно интимный разговор.

Начала с азов — с истории Земли, со средневековья и крестовых походов, в которые отправлялись доблестные рыцари, оставляя дома без присмотра жен своих. В качестве присмотра хитрые мужчины использовали некоторые изделия, искусно выполненные кузнецами прошлого, называемые — пояса верности. О, их я описывала подробно: и выемки, и ремешки, и замочки, а уж про ключи просто соловьем пела. И не сразу заметила, как побледнел Китрэн.

— Тебе плохо? — обеспокоенно спросила я мужа.

— По сравнению с женами средневековых рыцарей Земли мне хорошо, — выдохнул он.

Я умилилась — до чего же трепетный супруг мне достался. Король с добрым сердцем, я вам скажу, это прогрессивная находка для любой страны. Особенно, если у него твердый кулак, находчивая жена и куча отважных родственников с ее стороны.

— Не переживай, — рассмеялась я. — У кузнеца всегда имелся дубликат ключа, о котором рыцарь и понятия не имел.

Кит мое веселье не разделял. Наоборот, он был хмур и сосредоточен.

— Не хотел бы я быть средневековым рыцарем, — вздохнул он. — Но мое положение сейчас не многим лучше. Ты ведь что-то придумала, Свет?

Я кивнула и еще шире улыбнулась. Про пояса верности я рассказывала Киту лишь с одной целью — чтобы он понял принцип и оценил коварство моего плана, а главное — во всем поддержал. Не хочешь быть рыцарем — не будь, какие проблемы?

Я вдохновенно рисовала схему артефакта, принцип действия которого сводился к принципу действия пояса верности, только выглядел приятнее. Это были вовсе не бронированные трусы с пудовым замком и амбарным ключом, а тонкий поясок, который я хотела начинить всеми видами магии, встречающимися в нашей семье. Усилить эффект действия такого артефакта должны были перья Кита, о чем я ему и сообщила. Осторожненько, вспоминая слова аррела о том, что перья для птиц священны.

— Если это тебе поможет, Свет, можешь выщипать их все! — тут же кивнул муж, совершенно ничего не понимая в моих схемах и расчетах. Но Фрей советовал его привлекать, что я и делала, следуя воле отца.

— Конечно, поможет! Главное никому об этом не говорить. Пусть будет для Кайо сюрприз!

Только теперь, когда Кит вник в суть моего плана, он повеселел и даже скупо улыбнулся мне в ответ. Я уже хотела приступить к созиданию и тщательно подбирала тонкие полоски кожи, чтобы начать плетение, как дверь бесцеремонно отворилась, и в лабораторию пожаловали Женька с Лесаром.

— Тебе никто не говорил, Светка, что мужчину после брачной ночи кормить полагается, а не заставлять работать? — вместо приветствия спросила сестра.

— Светлого утра, леди Слана, лорд Стев, — кивнул нам Лесар. Вообще, воспитание или есть, или ребенка упустили, это сразу заметно по манерам и поведению.

— И вам того же, — ответила я. Отвлекаться от работы не хотелось, но Кита было жаль, его действительно давно следовало накормить завтраком.

— Вы не будете возражать, если я на несколько часов украду вашего супруга? — спросил Лесар. — Многие стражи корпуса желали бы с ним познакомиться или возобновить былое знакомство.

Кит расправил плечи, словно ему бросали вызов, но подвоха в словах стража не было, я бы почувствовала. Значит, произошло нечто иное.

— Информация о том, что Китрэн больше не проклятый страж, и все обвинения сняты, уже просочилась в массы? — спросила я

— Вся Аэрлея гудит, — кивнула Женька.

— Я должен туда полететь, — произнес супруг и зачем-то посмотрел на меня, словно спрашивал разрешения.

Я понимаю, что выступала сейчас чем-то вроде компаса в незнакомом для него мире, но помощь это одно, а принятие собственных решений — совсем другое.

— Должен — значит, лети, — пожала плечами я. — Но несколько перьев я у тебя все же возьму.

— Сначала завтрак! — напомнила Женька. — Стол уже накрыт.

Да, дела делами, а обед по расписанию. Против еды никто не возражал, поэтому мы дружно направились в столовую.

Глава 8

Мидр был хлебосольным хозяином. Столы на каждую трапезу накрывались обильные, будь то завтрак или ужин. В лаборатории я так увлеклась, что совершенно забыла о времени, как со мной случалось частенько. И только верная Аора спасала от голодной смерти, но сегодня старушка постеснялась нарушать наше с мужем уединение. Если бы не бесцеремонность сестры, сидеть бы Китрэну голодным. И да, весь путь до столовой я корила себя за невнимательность, нечуткость, даже черствость по отношению к нему. Все же чело… арс в чужой дом попал и не может вести себя свободно… Хотя… свободно он себя нигде вот уже десять лет вести не может.

Надо что-то менять…

Все мои мысли сошлись на том, что, кроме производства артефакта личного спасения из лап короля, необходимо спешно изучить родословную Стевов, так любезно предоставленную графом-отцом.

Дальше мысли прервались, потому что нас уже ждали. И я не имею в виду самого Ораса, не имею в виду Настасью и герцога, не имею в виду слуг, стоящих за их спинами со скорбными лицами…

— Кого хороним?.. — вырвалось у меня, и только потом я увидела королевскую делегацию.