Ольга Погожева – Пуля в голове (страница 34)
Ливень пуль прошёлся над их головами; треснуло заднее стекло, осыпая их осколками. А затем страшный удар, от которого Диана непременно вылетела бы из ненадёжного укрытия, если бы её не держал Джанфранко.
«Линкольн» заскрипел, разбрызгав мокрую кашу под колёсами, и натужно пополз вперёд, словно толкая бампером непосильную ношу. Взревел двигатель.
— Охладись, sfigato*! — зло рассмеялся Альтьеро, толкая «Линкольн» вперёд. Заскрипели рессоры, раздался снаружи визг выворачиваемого металла.
— Сзади, Луис! — резко окрикнул Медичи.
Снова автоматная очередь — и дикие крики с моста. А потом «Линкольн» толкнули сзади, так, что Диана до крови прикусила язык и больно ударилась головой о переднее сидение. Перед глазами поплыло, и далёкий всплеск ей, кажется, только почудился.
Альтьеро, верно, вжал педаль газа в пол до упора, вот только «Линкольн», повреждённый после первого удара, ехал неохотно — даже после пинка в багажник.
— Оторвись, — сквозь зубы велел Джанфранко, шаря под сидением.
Диана уже слышала крики преследователей, различимые даже через визг тормозов, сигналы редких машин, кому не повезло оказаться на Бруклинском мосту в это время, и одинокие выстрелы, которыми их доставали со второй машины. Их догоняли, и побитый «Линкольн» уже не ушёл бы от погони.
— Да это же мексиканцы, босс! — вслушавшись в окрики сзади, поразился Луис.
— Выходит, тот страхолюдина, которого вы отпустили в Чайнатауне, таки привёл дружков!..
Диана мутным зрением видела, как Джанфранко выхватил из-под сидения небольшой деревянный ящик, буквально вырывая крышку с петлями.
— Не оборачивайтесь! — резко велел итальянец, приподнимаясь с пола.
Оборачиваться не требовалось: Диана прекрасно видела, что на мягкой упаковочной соломе ящика осталось ещё две гранаты.
Быстрый замах.
— Санта Мадонна! — выдохнул Луис, мельком обернувшись.
Взрыв.
Жаркая волна, накрывшая «Линкольн» и выбившая остатки стёкол в
дверях.
Издалека сигналили машины, кричали люди, а морозный воздух враз пропитался запахом гари и вонью плавленого металла.
— Стой! — так же резко велел Медичи, приподнявшись и выглянув в разбитое окно. — Диана, оставайтесь в машине!
Не дожидаясь ответа, итальянец распахнул покорёженную дверь, как только Луис ударил по тормозам, и выскочил наружу.
Диана медленно распрямилась. В голове звенело, в волосах засели осколки стекла, сильно болел разбитый лоб, а во рту собралась кровь от прикушенного языка. Она помедлила секунду, затем осторожно выбралась наружу.
— Сеньорина Фостер! — встревожился Альтьеро. — Босс сказал…
Диана с трудом утвердилась на ногах, стряхнув с пальто остатки стёкол и клочки кожаного сидения. Затем накинула платок на голову, прямо поверх хрустнувших осколков, и медленно, набирая размокший снег вечерними туфельками, двинулась в сторону горящего автомобиля.
Взрывной волной «Пежо» снесло в сторону, к развороченной ограде моста, и к нему уже подбегал дон Медичи, держа «кольт» на изготовке. Диана обошла строительные блоки, мельком глянув вниз, на беспокойные воды темного, как ночь, Потомака.
Далеко впереди, там, откуда они приехали, ещё расплывались на водной глади огромные пенистые круги, и то и дело лопались гигантские пузыри. Кажется, именно там Луис избавился от юркого «Фиата», к собственному несчастью вылетевшего перед «Линкольном». Выживших искать, пожалуй, не стоило: едва ли кто-то выжил после страшного удара о воду, и вряд ли этот кто-то затем выбрался из автомобиля до того, как его затянуло бы на дно реки.
«Пежо» ещё горел, съехав одним колесом за ограду моста — так, словно готовился последовать за плюхнувшимся в воду «Фиатом».
Джанфранко Медичи вскинул «кольт», вглядываясь в почерневший остов автомобиля. Диана отошла от края моста, подходя к неподвижному «Пежо».
Почудился слабый стон — значит, кто-то внутри, попирая законы смерти, оставался жив.
Диана пригляделась сквозь клубы дыма и вздрогнула: на пассажирском сидении, пробив обожжённой головой стекло, раскинулся человек, которого она знала, как Мачете.
— Я просил оставаться в машине, — коротко обернувшись, бросил итальянец.
— Это Хуан, — сглотнув, вслух признала Диана. — Мачете…
С стороны Манхэттена раздался пока ещё далёкий вой сирен.
— Видите, Диана, — убедившись, что выжившие не собираются ни стрелять, ни приходить в себя, Медичи медленно опустил пистолет. — Я не солгал. Я не хороший человек.
— Они пришли за мной.
Мокрые хлопья снега ложились на ещё горящий «Пежо», падали за ограду моста, покрывали уже спокойную гладь Потомака грустным покрывалом. Снег падал и на них, укрывая плечи, скользя по разгоряченным лицам.
— Если бы они не стреляли, вам не пришлось бы отвечать. Если бы не я…
— Нет, — резко оборвал итальянец. — Довольно. Это не ваша вина!
— Босс, — позвал Альтьеро, подбегая к ним. — Вы тут закончили? Если не хотим разбираться с копами, то нам бы прямо сейчас убраться с моста. Торчим тут, как на витрине…
— Идите, — Медичи мягко коснулся её локтя, бросая взгляд на Луиса. — Вам точно незачем оказываться на месте нового преступления. Вы всё ещё в списке подозреваемых по делу Бэрроуза, лишнее внимание вам ни к чему. Прошу, Диана, подождите в машине.
А она вдруг ясно поняла, что это значит. И тотчас вывернулась из рук Луиса, метнувшись к Джанфранко.
— Нет! — выдохнула она, стиснув напряжённое предплечье итальянца. — Не трогай их, Франко! Они умирают… и, вероятно, без помощи скоро умрут! Не трогай их, не лей кровь, не забирай жизнь… Пожалуйста, Франко…
Медичи застыл, вглядываясь в неё, затем резко сунул «кольт» в кобуру и схватил под локоть, уводя прочь от горящего «Пежо». Они достигли развороченного «Линкольна» почти бегом, и Луис тотчас прыгнул за руль. Автомобиль натужно заскрипел, выезжая на пустую полосу, и помчался по скользкой трассе мимо застывших машин. К счастью, дорога вела вниз, и «Линкольн» почти скользил, уходя с места перестрелки быстрее, чем это позволял повреждённый двигатель. Альтьеро вывернул руль, выпрыгивая с моста в поворот так резко, что их тотчас занесло в безлюдном переулке.
— Под мост, — велел Медичи. — Езжай к Бертоне, оставим машину у него. Домой доедем на такси, «Линкольн» отправим под пресс. Живо, Луис!
— Стараюсь, босс, — возмутился водитель. — Ты видел, во что эти… превратили мою машину?!
— Я живу в Сохо, — обернувшись к ней, уже спокойнее проговорил итальянец. — У меня там дом. Комнат в нём достаточно, а я не готов больше вами рисковать, Диана. Не после того, как вы позвали меня по имени.
Диана вспыхнула, вспоминая ужасную сцену на мосту.
— У вас красивое имя, Джанфранко, — тихо проронила она.
— Франко, — негромко поправил итальянец, глядя ей в глаза. — И я буду рад, если вы будете и впредь так меня называть. Хотя тогда я вряд ли сумею отказать вам в просьбе, даже если сам считаю иначе.
Диана потупилась, кутаясь в платок. Ветер врывался через разбитые окна вместе со снегом и осколками стекла, которые не выдерживали быстрой езды и напора, и срывались то с лобового, то с боковых окон.
— Дома созвонимся с детективом Ллойдом, — уже быстрее продолжил Медичи. — Ему можно рассказать, что тут произошло. Я уверен в Джоне: дальше его ушей это не пойдёт, зато он сможет нам помочь. Потому что если вы желаете, чтобы я не лил крови, Диана, нам потребуются все законники штата Нью-Йорк, чтобы найти мерзавца.
— Кого? — удивилась она, поднимая глаза.
Медичи жёстко усмехнулся.
— То, что на нас сегодня напали ваши знакомые, означает лишь одно. Вас вычислили. А если вычислили — значит, кто-то навёл. Я не заметил слежки, а в доме донны Филомены живут надёжные люди, которые сообщили бы мне, если бы в районе стали отираться незнакомые лица. Найти человека в Нью-Йорке вот так, за пару дней… Нет, они приехали по адресу и ждали, точно зная, что мы там будем. И кто-то им подсказал, где искать. Так кого вы вспугнули, Диана?..
ГЛАВА 13. По горячим следам
«Детектив, загнавший преступника в угол и позволивший ему совершить самоубийство у себя на глазах, ничем не отличается от убийцы»
Детектив Джон Ллойд
Короткая оттепель сменилась резким похолоданием. Ледяные порывы ветра бились в окно, толкали прохожих в спины, носили вдоль тусклых улиц вихри снежной крошки. Близость Рождества пропитала город разноцветными гирляндами, рекламными вывесками, приглашениями на зимние ярмарки, актёрами в костюмах Сайты и озабоченными нью-йоркцами, бросающимися от витрины к витрине.
Диану такие приготовления обыкновенно обходили стороной: кроме коллег и случайных подруг, в Нью Йорке у неё не было никого, кому приходилось бы выбирать дорогие подарки. Зато теперь, похоже, в её жизни появилось даже слишком много людей, готовых окружить заботой, невзирая на слабые протесты.
— Meraviglioso!* — приговаривала донна Филомена, снимая очередные мерки.
Лучия, крутившаяся тут же, рядом с матерью, одобрительно кивала и подсовывала Диане журналы с модными в этом сезоне моделями.
— Мама говорит, она так и чувствовала, что у вас с доном Медичи всё серьёзно!
— убедившись, что донна Филомена отвлеклась, горячо зашептала Лучия. — Сезон-то сейчас горячий, заказов много, но матушка вас сразу вперёд очереди подвинула!