Ольга Погожева – Когда тают льды: Путь Велены (страница 14)

– Прибыли, – просветил Дагборн, толкая тяжёлую дверь плечом. – Харчевня Мартина!

Оторопь взяла не сразу: в конце концов, мастер Мартин мог быть лишь владельцем злачного заведения. Поскорей бы встретиться с ним лично!

Отец Кристофер придержал для неё дверь, позволяя юркнуть следом за легионером, и лишь затем вошёл сам.

Внутри царил уютный полумрак: с окон под потолком лился свет, теряясь в обширном помещении внизу, очаг только разгорался, но из соседнего помещения уже доносились вкуснейшие запахи: харчевня готовилась к вечернему наплыву голодных гостей.

– Мартин!!! – гаркнул Дагборн, бухая сундуком о пол. – Ты где?!

Велена изумлённо глянула на легионера: совсем ум растерял, что ли? Так обращаться к магу высшего круга! В понимании колдуньи простолюдины трепетали перед кастой последователей Тёмного – ненавидели или обожали, искали или заискивали – но так грубо, как будто по-соседски… как к обыкновенному работяге! Это казалось запредельным.

– Не кричи, – раздался спокойный, как удар колокола, глубокий голос. – У меня тесто в подсобке поднимается.

Вначале показался живот. Солидный, как выразился бы Райко, с трещащей на нём светлой, как будто праздничной рубашкой. Затем взору поражённой Велены явился весь обладатель внушительного телесного богатства целиком. Ростом повыше Дагборна, с широкими плечами, переходящими в почти бычью шею, и на удивление красивым лицом, которое не портил даже крупный подбородок, спрятанный в короткой светлой бороде. Волосы тоже оказались светлыми, как морской песок, зачёсанными назад, чтобы не мешали готовке. Под высоким лбом жили безмятежные зелёные глаза – слишком умные для мясистого лица, со взглядом слишком острым для простого харчевника. Рукава рубашки оказались закатаны под локоть, открывая сильные, крепкие руки с набухшими от грубой работы крупными пальцами. Чистый передник скрывал затёртые штаны, заправленные в гигантские кожаные сапоги.

Велена медленно опустилась на ближайшую лавку.

– Понял, – тут же сбавил тон легионер, осторожно укладывая оставшиеся сумки поверх сундука. – Принимай коллегу, Мартин! Доставил с минимальными неудобствами, по самой прямой дороге.

Кристарский маг и по совместительству харчевник кивнул, тщательно вытирая ладони-ковши о передник. Вышел из-за стойки, тотчас оказавшись ещё больше – как только в собственные двери проходил? – сунул лопатообразную длань Велене:

– Мартин.

Сикирийка нашла в себе силы протянуть свою руку в ответ, но горло словно перехватило судорогой: это и есть тот самый великий маг, трудами которого она так восхищалась? Стонгардский самородок? Бриллиант среди навоза, как называл его мастер Грег?

На глаза едва не навернулись слёзы – от горечи и жалости к себе. Последняя надежда на интересного собеседника погасла.

– Она не слишком разговорчива, так что вы сойдётесь, – усмехнулся Дагборн. – На стол накроешь? Я угощаю, – подмигнул Велене легионер.

– Поселишь у себя? – поинтересовался тем временем отец Кристофер. – Или…

– Разберёмся, – негромко отозвался Мартин.

Духовник помолчал, переводя взгляд с опустошённой Велены на молчаливого харчевника и нетерпеливого Дагборна – время же идёт, в конце концов, а до северной крепости ещё добраться надо – затем благословил собравшихся под крышей и вышел, сославшись на скорую вечернюю службу.

– Вина, чтобы согреться, – скомандовал легионер, нетерпеливо поглядывая на неподвижную колдунью. – Ты, красавица, шубу сними, разложи на лавке у очага – всё не так холодно будет.

Несмотря на приказной тон, Велена последовала совету тотчас; сбросила мокрую одежду почти с остервенением, усаживаясь рядом. Обволакивающее тепло от раскалённых угольев постепенно вытесняло дурной озноб, кровь медленно приливала к щекам.

– Не переживай, – легионер уселся за стол, протянул ладонь, накрывая её сложенные на коленях руки, – я сюда часто залетать буду. Новостей принесу, как там твои друзья устроились. Может, гостинцев каких…

Близость огня вдохнула наконец свежие силы в сикирийскую колдунью. Велена вздохнула раз, другой, обводя харчевню уже почти осмысленным взглядом. Здесь оказалось чисто, тепло и уютно, пахло вином и едой, посетителей пока не наблюдалось, а хозяин не докучал праздными разговорами, скрывшись в подсобке. Колдовские силы постепенно возвращались тоже: сощурившись, Велена разглядела тонкие серебристые нити в воздухе, огненно-жёлтые – над очагом, и зеленовато-синие – над кувшином с водой. Магия стихий проступала явственно, а вот магия разума и духа…

Велена посмотрела на придвинувшегося вплотную легионера и едва не вздрогнула: тело его казалось призрачным, очертания зыбкими, и в просвечивающиеся кости вгрызалось со спины тёмное, липкое… От неожиданности мысли побежали быстро, непокорно; вырвались наружу поспешными словами:

– Избавься от двуручника!

Дагборн резко отстранился, и хрупкая паутина чужой жизненной энергии рассыпалась перед колдовским взором.

– Зачем? – поразился легионер.

– Не тебе подарен, – быстро нашлась Велена.

Помощник иммуна жёстко усмехнулся, выпрямляясь на лавке.

– Верно, красавица, жизнь не так часто баловала меня подарками. Так что будь уверена: если попадётся в руки что интересное, уж я его не выпущу. Белый Орёл сам отдал меч, я силой ничего не отбирал. Оцени моё терпение!

Что-то чужое почудилось Велене в голосе легионера. Яростное рычание, злое нетерпение, отголосок тёмной энергии, пробравшейся в незащищённый разум. Мастер Грег! Знать бы, что делать теперь, когда артефакт попал не по назначению…

Может, написать Райко, чтобы они со Стефаном выкрали проклятый меч? Передать записку с Дагборном? А что, если наглый легионер обучен грамоте? Стонгардский и сикирийский диалект наверняка разумеет, а если писать на бруттском… положа руку на сердце, её товарищи и сами не слишком-то хорошо понимали чужой язык. И кто знает, какие у них там условия, в северной башне? Подобраться к Дагборну будет непросто, но…

Но у неё это получится лучше. Не сейчас – легионер взвинчен и напряжён – но, может, в следующий раз, когда он заглянет в Кристар? Если тёмный дух не сожрёт его к этому времени. Нет, надо срочно что-то придумать… Пусть мастер простит её: отпустить Дагборна со смертоносным мечом за спиной она никак не могла.

– Кушайте, – необъятный хозяин подошёл с полным подносом, поставил на стол дымящиеся блюда. Сам уселся напротив, на жалобно скрипнувшую табуретку. Улыбнулся Велене неожиданно хорошей улыбкой сытого и добродушного человека. – Горячее, согреетесь как раз. Главное – то, что внутри, верно? Если изнутри греет – то какая разница, что снаружи лёд? А если лёд в тебе, то и самый яркий костёр его не растопит…

Пальцы Велены, уже подносившие ароматную настойку к губам, дрогнули.

– Меч у тебя занятный, – снова заговорил Мартин, глядя сквозь Дагборна. – Никак разглядеть не могу…

– Иммуна подарок, – поспешно отмахнулся тот. – А ему господа маги всучили.

– Господа маги, значит… – понятливо протянул харчевник. – Интересно… служащий двум господам верен хотя бы одному?

Страх закрался в сердце Велены ледяной иглой. Мастер Мартин, какого бы магического круга ни был, видел сидевший в артефакте тёмный дух! И уже наверняка сложил два и два в могучем уме! Проклятье…

Выдавать свои знания толстый маг, однако, не спешил.

– Снова эта твоя философия, Мартин, – поморщился Дагборн, запихивая за щёку кусок мяса, – если б ты ни капли в рот не брал, заподозрил бы горячку, а так… Представляешь, – повернулся уже к Велене легионер, – хозяин таверны не пьёт и даже не нюхает! И притом весьма успешен в своём деле. Загадка! Как так?

– Потому что он не хозяин таверны, – не узнавая своего помертвевшего голоса, отозвалась Велена, – а маг. Таверна лишь прилагается.

Мартин вдруг рассмеялся, гулко и сочно, так что даже раздражённый Дагборн заулыбался.

– Верно, – подтвердил легионер, – досталось дельце покойного папаши младшему сыну, всем на удивление. И ведь чего не продал-то? – обратился к Мартину он. – Денег срубил бы – и обратно в гильдию магов. Там твоим опытам да книгам никто не помеха…

– А Рем? – негромко перебил маг-харчевник.

Дагборн заколебался, затем через силу кивнул, словно соглашаясь, и с удвоенной силой налёг на принесённый обед. Как только Мартин поднялся, вспомнив, что тесто давно пора из подсобки перенести в кухню, легионер залпом допил принесённое вино и со стуком поставил стакан на стол.

– Вот же ж не повезло бедняге, – задумчиво проронил Дагборн, мельком обернувшись на пустой зал, – привязан к убогому, хотя душой рвётся прочь. Так себе положение, скажу тебе. На родине его ничто, кроме Рема, не держит…

– Кто такой Рем? – вполголоса поинтересовалась Велена.

– Старший брат, – дёрнул щекой Дагборн. – По слухам, сильно доставал нашего Мартина в детстве и отрочестве… так, что тот с радостью побежал к магам, как только сумел. И если б папаша его, тот ещё запойный пьяница и тиран, не свёл в могилу всех домашних, кроме Рема, так и не вернулся бы. В одну седмицу всех скосило: мать от простуды слегла и не поднялась, средний сын в море на рыбалке утоп, папаша со старшим сыном уселись за горькую, и после той попойки старик отдал Творцу душу, а Рем умом тронулся. Мартину пришлось домой вернуться, разгребать всё это… – Дагборн ругнулся сквозь зубы, махнул рукой. – Хотя, по совести, Рема – ну, того Рема, которого я ещё помню здоровым, а не этого… в общем, было за что удушить. А Мартин не пьёт. Видимо, в детстве насмотрелся, на всю жизнь хватило.