Ольга Павлова – Время огня. Мотыльки (страница 8)

Быстрый изучающий взгляд и вместо приветствия – вопрос.

– Ты можешь обратиться? Сейчас?

Сложно сказать, сумел ли Арко скрыть удивление, старался, во всяком случае. Обратиться он мог когда и где угодно. Вообще-то, такое может каждый хоть сколь-нибудь стоящий маг, но сделать это легко и красиво, без видимых усилий, без подготовки… Для этого нужно немало тренироваться. Арко и тренировался, когда был уверен, что никто не увидит, несмотря на все запреты и предупреждения. Так чего же сейчас добивается отец? Проверяет? Желает убедиться, что сын не нарушал его приказов, не рисковал семейной тайной, практикуясь в запретном искусстве? Может, и так, но врать графу Сигвальду Арко все равно не умел.

– Да, я могу.

Вопреки его опасениям, господин граф не выглядел рассерженным. Напротив, в уголках голубовато-зеленых глаз возникло что-то демонски похожее на улыбку. Он прошелся по комнате и сделал приглашающий жест.

– Я хочу увидеть.

Арко на секунду затаил дыхание, позволил магии выплеснуться наружу, позволил охватить тело. Мир перед глазами вздрогнул и померк, чтобы через мгновение вспыхнуть вновь, став умопомрачительно ярким и четким. Цвета, звуки, запахи – все это нахлынуло разом. Едва уловимый аромат хвои и крепкого твеля, почти не ощутимый прежде, теперь казался плотным и отчетливым. Таким же отчетливым, как осознание собственной силы, пьянящее и волнующее. Сила струилась по телу, заменяя кровь, билась в кончиках пальцев, готовая в любой момент сорваться с них потоком света – огненно-рыжего и льдисто-голубого.

Арко не нужно было зеркала, чтобы знать, что отец и брат видят перед собой. Человеческий силуэт – размытый, нечеткий, почти неузнаваемый, охваченный золотым вихрем. Сильное обличие: чем заметнее меняется тело, тем меньше оно уязвимо и тем более мощные потоки магии способно выдержать. Не приняв обличия, к серьезным заклятиям прибегать нельзя: человеческая плоть попросту не выдержит струящихся сквозь нее потоков силы.

Рене Сигвальд смерил его оценивающим взглядом, провел ладонью по лицу – усталый, совсем не свойственный железному графу жест – и вдруг улыбнулся, на этот раз тепло и открыто. Гордость, благодарность… Так многое проступило на короткий миг на обычно суровом лице. Небесные горы!.. Подобного взгляда нечасто удостаивался и Амат, а уж ходячее семейное разочарование, Арко, вообще забыл, каково это! Раздери демоны, на что он только не был готов ради такой вот одобрительной улыбки на лице самого дорогого ему человека. Когда ж это было в последний раз?.. Наверно, в Виаре во время восстания. И ничего тогда было не страшно, ничего не жалко, лишь бы не разочаровать. Но тогда Арко сумел добраться до командира черно-серебряной конницы, а что такого сделал он сейчас? Раз за разом подвергал семейную тайну опасности, практикуясь в магии?..

– Видишь, я говорил тебе! – отец обернулся к молчавшему до сих пор Амату. – У нас есть кем заменить Эйверика Аритена.

Воздух вышибло из легких, и наследник рода Сигвальдов едва сумел подавить изумленный возглас. Он переводил вопросительный взгляд с отца на брата, ища хоть какого-то объяснения. Похоже, здесь все были в курсе дела, и только он ни беса не понимал. Заменить последнего Феникса? Что за демон?! Как и в чем его вообще можно заменить?..

– Вы… готовите еще одно восстание, отец? – тихо спросил он. Этого юноша ожидал давно, последние месяцы все средства баронства уходили на гарнизон. Отец с Аматом что-то готовили, только не посвящали родственников в свои тайны. Восстание против регентствующего ныне выродка – это Арко очень хорошо понимал и счастлив был бы присоединиться, но причем здесь сын Великого Феникса и, тем более, его замена?!

Рене Сигвальд не терпел лишних вопросов, но сейчас его взгляд остался почти благосклонным.

– Ты прав, готовим. Только на этот раз все сложится иначе, потому что у нас будет законный наследник трона. Им станешь ты.

Арко уже успел вернуть себе прежний облик, и это было хорошо, иначе магия, наверное, вырвалась бы из-под контроля. От изумления и… разочарования. До смерти захотелось ошибиться в своих выводах. Но, твою светлость, а как еще можно истолковать слова отца?!

С тех пор, как пали Аритены, сколько ж их было – тех, кто пытался выдать себя за последнего Феникса! И магов средней руки, и обычных людей. Каждый ублюдок, стремящийся под шумок урвать себе хоть кусочек истекающей кровью страны, так и норовил заявить, что будет биться с узурпаторами во имя благого дела – вернуть трон законному наследнику. Врал, что нашел принца Эйверика, предъявлял толпе ребенка, клялся, что это и есть сын великого короля. Ни один из таких подменышей не был настоящим принцем. Подобные восстания захлебывались одно за другим, только утаскивали с собой жизни тех, кто поверил…

Как же Арко ненавидел подобную гниль! Как можно прикрываться самым святым, самым заветным, отнимая последние искры надежды на чудо?.. И если отец собирается… Небо! Пожалуйста, только не это, только не так!

– Вы… хотите сделать из меня Эйверика? – прошептал он.

– Именно. У нас есть союзники, скоро будет и войско. Но для того, чтобы одержать победу, нам нужно знамя. Цель, которая всех нас объединит, ты должен это понимать, – голос отца стал резче. Едва ли ему самому все это нравится, просто другого выхода он не видит. А безучастно смотреть на то, что творит Сэйгран Ивьен, у него больше нет сил. У Арко тоже их не было, но ведь нельзя же…

– Но подобных попыток было достаточно. Рано или поздно правда раскрывалась. Люди перестают верить.

Как же трудно не сорваться на крик, сохранить хоть какие-то остатки спокойствия. А ведь с отцом вообще нельзя спорить, не то что отказать ему! Демон, вот сейчас улыбка уйдет из зелено-голубых глаз, привычно закаменеют скулы. Из-за него… Как же это мерзко! Но разве можно позволить, чтобы вот так?..

Проклятие, почему Амат молчит? Если кто и мог бы объяснить, так только он.

– Не сравнивай! – отрезал граф. – Толпе совали третьесортных магов, которые ни к огню, ни к Фениксам никакого отношения не имели! А в нас течет их кровь, пусть прямыми наследниками мы и не являемся. Ты один из сильнейших, кто остался после этих треклятых зачисток! Ты тоже отмечен пламенем. Так что не смей сравнивать!

– Не сметь? – голос все-таки предает, проступает в нем тень вызова. Боги, зачем?! Он же не хочет ссоры, он просто должен объяснить! Только и замолчать уже не получается. – А чем мы будем отличаться? Тем, что у нас подделки лучше?.. Отец, ложь правдой не станет, даже если все вокруг примут меня за Аритена! Хотя и это не слишком вероятно: мне скоро исполнится двадцать три, Эйверику – должно быть шестнадцать! Я не обращусь огненной птицей, меня не признают печати… А хоть бы и не было печатей, так нельзя! Заставлять людей подниматься на битву, в которой не сказано, кто выживет, и врать им!

Выдохся, замолчал. Бросил осторожный взгляд на замерших родственников. Амат, отвернувшись, сверлил взглядом кладку стены, кажется, брат больше всего жалел, что не может оказаться где-нибудь в другом месте и не видеть. На красивом лице Рене Сигвальда отвращение мешалось с изумлением, и так от этого было больно!.. Но не мог Арко согласиться на подобное! Хотя его и не спрашивали – лишь ставили перед фактом.

– Отец, я…

– Замолчи. Достаточно. Я слышал твои слова. Если ты отказываешься выйти против тех, кто превратил Эверран в кровавый фарш, я сделаю это без твоей помощи. Надеюсь, тебе хотя бы хватит чести сохранить в тайне мои слова.

Арко задохнулся, словно опять рантом щита схлопотал под дых. Неужели отец считает, что он способен на донос?!

– Я не отказываюсь! – хрипло выкрикнул он. – Я пойду за вами куда угодно! И воевать с черно-серебряными я готов до последнего своего вздоха, клянусь! Только я выйду против них Арко Сигвальдом, а не принцем Аритеном!

– Нет, Орвик. От тебя больше ничего не требуется, иди. Ты свободен.

Орвик… Перейдя на имя, под которым Арко жил последние годы, граф ясно давал понять, что разговор окончен. А после его «свободен» кто же осмелится задержаться? Только уйти вот так Арко не смог.

– Постойте, позвольте мне…

– Я сказал, довольно! – отец поднялся, подошел к столу и принялся перебирать какие-то бумаги. Старшего сына он больше не замечал.

Лиар Нейд Альвир, наследный принц Эверрана.

Орбес

Пожалуй, впервые в жизни Лиар был рад, что пошел на поводу у набившего оскомину этикета и, покидая столицу, взял коня попредставительнее. Шторм – отличный скакун, спору нет, но не его это конь, не Лиара. Его было почти не жаль оставить своим гвардейцам и пешком пересечь границу Орбеса. Заявись принц в Айхан на любимом Нетопыре – невнятно-сером и практически беспородном, но, по мнению Альвира, самом лучшем, вот сейчас бы действительно стало тоскливо.

Впрочем, и так было невесело. Лиар, не удержавшись, обернулся: конечно, Ивер вместе со Штормом давно уже не были видны за холмами. Споткнулся, угодив в очередную яму, в сотый раз проклял голодную спросонок мошкару и ускорил шаг, стараясь не сожалеть о своем внезапном решении. Не так-то это было просто!

Все-таки если что и прикончит Лиара Нейда раньше срока, то будет это отнюдь не чудом выживший потомок Фениксов, а самая обычная самонадеянность. Нет, действительно, надо же было… Одному в незнакомой местности, в придачу имея отличные шансы нарваться на стрелы «лошадников». Прекрасно, ваше высочество! Как уверенно и спокойно, сорвавшись ночью с постоялого двора, он изложил свое решение Иверу, как легко отдал приказы и отверг опасения гвардейца. А, между тем, никакой уверенности в успехе своей авантюры у принца не было.