Ольга Павлова – Пустые стулья. Часть первая (страница 9)

– Идите, курносый за вами приехал! Вот окаянный, не даёт покоя! – ворчала Бабуля.

Гулять нам бабка разрешала только до одиннадцати, максимум до часа. Но наша махинация позволяла задержаться до утра. Бабушка ложилась спать, когда мы только начинали собираться гулять. Где-то около восьми вечера. В доме были лишь одни часы – старый будильник на буфете. Телевизор Бабушка не включала, поэтому мы спокойно переводили стрелки на три-четыре часа назад. И когда за окном было уже два часа ночи, на бабкином будильнике показывало 23.00. Мы смело приходили домой, как будто бы вовремя. Бабушка удивлённо смотрела на время, но нас не ругала. Когда она снова ложилась спать, мы возвращали всё на место. Самое главное – не забыть перевести часы на настоящее время. Так делала моя Мама, моя тётя, все мои старшие троюродные сестры, и теперь мы. Это была тайна, передающаяся из поколения в поколение. Сейчас я думаю, Таисия Васильевна, прекрасно знала, что мы её обманываем, но прощала нам всё, потому что сильно любила.

Я не забуду никогда мой деревенский дом, наши лавочки возле него, большой куст «золотых шаров» возле калитки, три больших куста сирени под окном, запах яблок с огорода. Помню каждую мелочь: в каком месте Бабушка сажала лук и в каком углу были кусты смородины. Какой была на вкус вода из колонки, где Бабушка держала конфеты, а где прятала самогон. Все эти моменты пройдут со мной всю жизнь, картинки в голове не сотрутся, ведь я так бережно их там храню.

Именно тут, отдыхая в своей деревне, я узнала, что у Вани есть другая. Я долго не приезжала в центр, и меня решили заменить. Я поехала к нему за объяснениями. Сейчас мне смешно вспоминать, какие ещё мне объяснения нужны были, всё же очевидно. Но тогда мне было больно, и я хотела поговорить с ним. Моё сердце сжигало противное состояние непонимания, удивления, тревоги. Всю дорогу до него я проплакала, не зная, зачем еду, стоит ли мне выслушивать его оправдания. Может, лучше молча уйти? Если вы собираетесь уходить, сделайте это без лишних слов. Это самое больное для другого человека. Молча поставить точку и перевернуть страницу. Но мне было поздно отступать. Объяснения, которые я получила, меня раскололи на две части. Сама себе я говорила: «Он подлый̆, он тебя кинул, он подставил и предал». А влюблённая в него, другая я, успокаивала и говорила, что всё это ерунда, и он от меня никуда не денется.

– Оль, понимаешь, я такой человек, если я один раз с девчонкой позависал, пусть даже по пьяни, я перед ней как-то обязан становлюсь… – слово в слово его оправдания. – Со Снежанной всё получилось чисто случайно… но… ты, я думаю, должна об этом знать… – Ваня на время замолчал. – В общем, я предложил Снежанне встречаться… теперь мы пара, – договорил Ваня.

Нормально, да? ОН ЕЙ ПРЕДЛОЖИЛ ВСТРЕЧАТЬСЯ!! То есть со мной он растягивал удовольствие, а с ней с порога заявил, что они вместе. Ну и ладно.

– Ну что ж, так тому и быть… Кстати, я думаю, ты тоже должен знать… Я помирилась с Денисом и у нас теперь тоже всё хорошо, – сказала я в отместку. По-моему, он даже обрадовался, что я якобы не злюсь на него. И я убедила сама себя, что всё случившееся не трагедия.

Я недолго думала о словах Вани и даже ни капли не расстраивалась. Ваню ни в чём не обвиняла, а даже наоборот старалась оправдать его в своих мыслях, он мне ничего не должен, ведь мы не встречались.

Сейчас сложно воссоздать все мелочи, но было время, когда мы нормально общались с этой Снежанной. Ещё до их интрижки с Иваном. Кстати, Снежанна не знала о моих близких отношениях с ним, ведь мы кругом кричали, что мы друзья. Поэтому первое время она мне даже рассказывала о встречах с Ваней. А я слушала и в душе смеялась. Наверно, все знают, как приятно слушать такие истории, когда знаешь правду. Я даже давала ей советы. Так сказать, экспериментировала над ней. Сделает она так, как я ей скажу, или нет? Сработает мой совет или нет? Меня это забавляло. Она любила прогуливать уроки, и один раз я прогуляла их вместе с ней.

Держи своих врагов ближе, всегда считала я. Мы сидели на крыльце ДК. Болтали с ней на девичьи темы, как вдруг она решила перевести разговор и спросила:

– А ты Ваньку знаешь?

– Его все знают, Снеж! А что такое?

– Да он клеит меня, а я не знаю, что делать. Мне кажется, он такой бабник, – продолжала она.

– Может, и бабник, но я уверена, к тебе он будет относиться серьёзно, – убеждала я её в том, что он хороший. Я хотела, чтобы она в него влюбилась. И чтоб он её бросил. Я была уверена в этой схеме. Снежины рассказы о том, что она ест капусту, чтоб росли сиськи, наверное, знали все. Она всегда гордилась собой. Не спорю, в ней что-то было, но не думаю, что в той степени, в какой она сама про себя думает. Вот так в первый раз Ваня решил обыграть меня. Я была уверена, что он всегда принадлежал мне, но ему временами было скучно. И от этого он позволял себе трепать мне нервы. Чудовище.

С Денисом я на самом деле не мирилась, просто сказала, чтобы не опуститься в глазах Вани. Остаться на его уровне. Но зато теперь был повод написать Денису и поговорить с ним, что я и сделала. Денис, естественно, этому был очень рад, ведь он только и ждал повода для примирения. Я не расстраивалась ещё и потому, что с Ваней-то мы не перестали общаться, всё было, как прежде. Звонки… сообщения… Но только официально уже было известно, что мы не встречаемся. Мы были друзьями, хорошими друзьями, но наша переписка, слова в сообщениях, говорили иначе. Мы не подавали вида, что любим друг друга. Даже Денис со Снежанной не догадывались, в чём дело. Я была уверена в Ваниных чувствах, но объявлять нас парой не хотела, меня и так всё устраивало. Зачем усложнять жизнь? Мы оба вели двойную игру, жили в двух мирах. Днём, вроде бы, всё хорошо, у нас были люди, с которыми спокойно. С ними мы проводили свои перемены в школе, а ночью шли к друг другу. Нас тянуло, мы снова были вместе. Как любовники в самом изощрённом романе. Это странное чувство двойственности не даёт скучать. Вроде, мы вместе, а НАС на самом деле нет. Зато нет и ссор, претензий, выноса мозгов. Нет ничего, кроме ошеломляющей тяги друг к другу. И это наш с ним мир. Второй в это время тихо дремал, думая, что мы рядом.

Но разве можно обмануть целый мир вокруг? Постоянно жить во лжи, обманывать людей, которые вовсе этого не заслужили. Ведь это только наша игра, а Снежа и Ден – лишь пешки в этой партии. Поэтому временами Денис чувствовал неладное и начинал ревновать меня к Ване. Я постоянно выкручивалась, находила оправдания. «Ты хоть видишь, как он на тебя смотрит?» – рычал Денис. Боже, я знаю, как он на меня смотрит, я знаю, что он чувствует ко мне. Но никому другому этого знать не нужно. Денис был безгранично влюблён меня, он на всё был готов пойти ради меня. А как чудесно он предложил мне быть его девушкой? Простоял целую вечность передо мною на коленях, зимой. Вы помните? Он хороший парень, я не хотела, чтобы он влюблялся в меня. Но он невольно стал заложником наших запутанных отношений с Ваней. Ден не был дураком, но и просто так уйти не мог. Отклеиться от меня ему было сложно. Он устраивал мне истерики. От безысходности посылал и обзывал меня. Когда мы ругались, он кричал на всю улицу, что я шлюха. Я не обижалась, знала, что он не со зла, а от боли кричит. От той боли, которую не заслужил. Но это были эмоции. И я ему их подарила, оставила рубец на сердце. После всех оскорблений он сам приходил ко мне, как наркоман за новой дозой.

В то время, как я пила кровь Дена, Иван наливал себе в стакан мою.

Были ситуации, когда он перегибал палку, и я очень злилась на него. Одной ночью мы встретились, на улице шёл дождик. По лужам Ваня прибежал ко мне после Снежаннки. В этот вечер всё прошло не как обычно, он не заставлял меня ждать, он сильно торопился ко мне.

– Куда ты идёшь? Ты можешь идти помедленнее? Ты слышишь, что я тебе говорю?! Оль! Стой! Посмотри на меня, – он встал передо мной, как стена. – Мы можем поговорить? Хотя бы минуту?

– Говори, я слушаю, – спокойно отрезала я, стискивая зубы, чтоб не забыть о том, что я зла на него.

– Вся моя жизнь принадлежит тебе. На что ты обижаешься? Я не рвал для неё цветов. Хулиганы влезли в наш палисадник и сорвали розы, я их остановил, забрал цветы и прогнал. Как бы смешно ни звучало, эти ворованные цветы я не мог тебе подарить. Ты достойна большего, а ей и так сойдёт. Отдал Снеже, пусть радуется.

– У тебя фамилия не Андерсен случайно? Ганс-Иван? Ты сказочник, и я не буду тебя слушать.

– Хочешь, я встану на колени перед тобой?

– Нет, не хочу видеть тебя униженным, я лучше пойду.

В тот момент я разлюбила красные розы, хотя дело было не в цветах, подаренных не мне. Мы всегда ненавидим вещи, которые связаны с болью. Я видела счастливое лицо Снежанны, стоявшей с большим букетом алых роз, и её довольный вид пробуждал во мне жгучее чувство несправедливости. Я получала от него намного больше, чем просто букет цветов, но я хотела получать ВСЁ! Всю его любовь без остатка и не делить её с лёгкими женщинами из его жизни. Я хотела жить спокойно. Как нормальные люди, нормааааальныыыыые! Без странных историй, без пряток, без встреч ночами, без глупых оправданий, без истерик. Без него, без него, без него!