Ольга Пашнина – Ученье – свет, неученье – смерть (страница 33)

– Сама такая! Мне вреден сквозняк, я жду ребенка.

– Еще пару часов назад, – сказала я Софии, – ты его не ждала, а планировала. Кого следует называть счастливым отцом? Учти, за Харона тебя побьет Лора, за Аида прикопает в садочке Персефона, а за Макса подставит и не моргнет Хелен.

– Я имела в виду, что жду, когда ребеночек появится. И не могу подвергать себя опасности сквозняка.

– А мне душно! – возразила Хелен.

Вечность! Спасибо маме, папе и мизантропии за то, что я не жила в общаге.

– Идемте к Персефоне, попросим у нее переодеться и пожевать.

После короткого душа мы спустились на нижний уровень, который Аид полностью отдал в распоряжение жены. Тут тебе и гардеробная размером с мой дом, и тренажерный зал, и даже небольшая библиотека смертных любовных романов.

Сама Персефона лежала на диване и со скучающим видом листала смертный фэшн-журнал.

– О, девчонки!

При виде нас она оживилась.

– Вы проснулись, супер. Предлагаю подобрать для вас наряды и выпить кофейку.

– Ой, только не кофейку, – быстро сказала я, чувствуя, как тошнота подкатывает к горлу. – Воспоминания еще свежи. Давайте чай с бутербродами. Или с пирожными! Я голодная как волк.

Мы расположились прямо в гардеробной и довольно весело провели время. Персефона предлагала наряды, а мы дружно их комментировали и откладывали те, что понравились. Не забывая, конечно, с аппетитом поглощать еду.

– Почему у нее все такое… агрессивное? – спросила меня шепотом шокированная София. – Она же богиня весны! Я думала, Персефона – это светлая и романтичная девушка.

– Ты забываешь, что она еще и принцесса ада.

– Все мы надеваем в гости к маме скромные платьишки и жемчужные воротнички, – сказала Персефона, услышав мою реплику, – но невозможно быть женой владыки подземного мира и оставаться воплощенной невинностью. Я замужем уже тысячи лет, и если бы не оживляла брак разными способами, давно бы вернулась к маме. Вы хоть представляете, какая это пытка?

Лично я представляла, да и Софи наверняка вспомнила собственную свекровку.

Мы знатно повеселились, рассматривая платья, и определились с выбором только к вечеру. Я остановилась на темно-красном вискозном платьице с золотистым ремешком, София облачилась в траурное черное шифоновое одеяние и трагически вздыхала, глядя на себя в зеркале (на самом деле это платье было единственным более-менее приличным в гардеробе Персефоны). Ну а Хелен не стала себя ограничивать и надела серебряное, сверкающее всеми цветами радуги платье силуэта «рыбка». Оно было бы уместно на красной дорожке церемонии вручения кинонаград, но для вечеринки в аду подходило слабо. Даже Персефона засомневалась, но ничего не сказала.

В облегающем платье из кожи молодого дерматина жена Аида была одновременно сексуальна и очаровательна. Пожалуй, я понимаю, почему он влюбился в нее настолько, что пошел на обман. И пусть порой его тянет сбежать к смертным, пусть он вздрагивает при виде цветущей герани, Аид скорее превратит ад в диснейленд, чем отпустит Персефону.

Хотела бы и я такую семью. И чтобы никто не махал вокруг веслом.

– Дом кажется изнутри больше, чем снаружи, – заметила Хелен, когда мы шли в столовую.

– Это всего лишь магия, – ответила Персефона. – Мы часто меняем интерьеры и внешний вид дома. Что ж, добро пожаловать на праздник.

Втайне я надеялась, что Макс все же придет. Во-первых, мы так и не сходили на свидание, а во-вторых, я бы ему показалась вся такая красивая, в коротком платье и с шикарным начесом на голове. На восхищенные мужские взгляды быстро подсаживаешься, хочется больше и больше.

Но ни его, ни папы, ни даже Войны с четким или Лоры на приеме у Аида не было. Мы рассредоточились по залу и неспешно изучали закуски, когда я вдруг заметила в толпе Алибека.

– А он что здесь делает? – спросила, выловив Аида из гущи народа. – С каких это пор душам разрешено входить к тебе в дом?

– О, ты знаешь, это действительно особый случай. Мне было до ужаса интересно узнать обо всем поподробнее. Ну, о бессмертии. Поэтому я его пригласил.

– Он натворил столько дел!

– Да ладно тебе, кнопка, он всего лишь душа. Поболтаем да отправим восвояси. Чего ты волнуешься?

Я закусила губу. Признаваться было стыдно, но мне действительно не нравилось присутствие Алибека на подземной тусовке. Он слишком много бед натворил, стал неотъемлемой частью команды Голода. Я не доверяла ему даже мертвому.

Никто из бессмертных не умел веселиться круче Аида. Мы поужинали, потом выпили, потом самые стойкие выпили еще, а потом начались танцы. Тверк от эриний не забуду никогда, а страстное танго Аида и Персефоны половина присутствующих записали на видео, и я не уверена, что хочу знать, для каких именно целей.

Как всегда бывает на таких вечеринках, народ разделился на группы и занялся каждый своим делом. Аид, например, играл в литрбол с Хароном, не забывая с космической скоростью поглощать салатик под названием «Гранатовый браслет».

Чтобы хоть немного отдохнуть от музыки и еды, я вышла на балкон и полной грудью вдохнула свежий, чистый пещерный воздух. Говорят, полезно для здоровья. Надо сюда Софку пригнать, пусть оздоравливается перед созданием наследника.

Сколько так стояла, не знаю. На туман можно смотреть бесконечно, он никогда не бывает статичным, постоянно меняется. Можно рассматривать в белых клубах знакомые образы.

– Что, тоскуешь по любовничку?

Ну да, интуиция меня редко подводит, я просто слишком часто вляпываюсь и перестала к ней прислушиваться.

– У тебя аллергия на березу есть? – мрачно спросила я.

– Нет, только на кошек.

– Жаль. Но обязательно подам Аиду идею сделать мурчащий котел специально для тебя.

– Да брось, Джульетта Мор, мы оба – пешки в игре всадников. Голод много о тебе рассказывал. Хорошая девочка, папина дочка, идеальная пара для Смерти. Он был уверен, что тебя готовили для замужества.

Еще летом подобная фраза вывела бы меня из себя, но сейчас я лишь пожала плечами. Какая разница, что думают другие? Мне бы со своими чувствами разобраться. И с Максовыми.

– Нас обоих использовали, – продолжил Алибек. – Меня, для того чтобы я разработал формулу бессмертия, а тебя – для того чтобы выследить Голода. Только не говори, будто не понимаешь, зачем Смерть прикидывался рядом с тобой некромантом.

А вот это уже неприятно. Я почти убедила себя, что он делал это так долго, потому что я клевая.

Но болтливость врача была мне на руку. Никто же в здравом уме не думал, что мне не интересно, какие там планы у их компашки? Если еще немного помолчу, Алибек выложит все как на духу.

– Даже жаль, что я не увижу заката обоих миров. Это будет незабываемое зрелище. Смерть хватается за соломинку, пряча тебя здесь. Скоро Голод пробудит древнее зло, оно доберется и сюда. Я вообще считаю, это своего рода агония: сидеть в аду и знать, что все, кто был тебе дорог, стерты с лица Земли.

– О чем это ты? – не выдержала я.

– Ах да, тебе ведь не сказали. Никогда не задавалась вопросом, зачем все это? Сначала бессмертие, потом Ангел Апокалипсиса.

– Ну так просвети. Это теперь единственное, что тебе доступно.

– Я был удивлен, когда узнал, что бессмертные так сильно похожи на нас. Что и для вас власть – как наркотик, что и вы можете быть одержимыми безумными идеями. Когда я еще был аспирантом, на меня вышла «Aeternum», предложила мне грант, а затем взяла на работу. Я был счастлив заниматься исследованиями и не думать о финансовой стороне вопроса. Знаешь, что случается с наукой, которую не ограничивают в средствах? Она развивается семимильными шагами! Вот и я почти изобрел состав сыворотки бессмертия, но она была такой слабой, что действовала только на отдельные клетки и давала кратковременный результат. Тогда мне было позволено встретиться с Голодом. Он рассказал, что бессмертие – вопрос, скорее, алхимический, и без сильного магического ингредиента ничего не получится.

– И ты, конечно, поверил.

– Не сразу. Но всадники умеют убеждать, мне пришлось принять точку зрения Голода. Мы разработали план: я должен совершенствовать сыворотку, а он достанет недостающие компоненты. Ими, как ты могла догадаться, стали образцы крови всадников. Кровь Войны и Голода мы получили легко, с кровью твоего отца справилась, пусть и невольно, твоя мать, а вот со Смертью вышли сложности. Что случилось дальше, ты помнишь.

О да, меня чуть не затянуло в огненный смерч, а еще коза Нина поцарапала меня моей же косой, ну а через пару неделек Голод ошарашил мир известием о бессмертии.

– Вам казалось, что все – мир уже изменился. Цель Голода достигнута, он получил богатство и может жить так, как захочет. Но правда в том, что Голода никогда не интересовало богатство. Он хотел власти и мира, созданного по его эскизам. Поэтому бессмертие стало лишь первым этапом плана.

– А вторым стала Хелен.

– Мы не знали, что это она. Не сразу нашли ту страницу про секту, потом долго продвигали в руководство своего человека. Нашли трубу, нашли сектанта, который ее охраняет. Только этот гад сначала решил, что ангел – это ты, а потом вообще сбежал. Тогда наши шпионы донесли о Хелен и ее происхождении. Мы поняли, кто нам нужен. Выкрали ее, выкрали трубу вместе с этим вашим Анастасом. А дальше случилось то, что случилось: ты снова нам помешала. Но это не имеет никакого значения. Голод достанет Хелен, она разбудит древние силы – и все свершится.