Ольга Пашнина – Свидания со злодеем (СИ) (страница 52)
Я закусила губу. От страха слегка подташнивало: взгляд у Генри был совершенно безумный.
— Не знаю. Перемещусь ему на голову или доведу до истерики, мигая туда-сюда.
— В ВОИД! — рыкнул Габриэл, и меня как ветром сдуло.
Мы с Сибиллой одновременно приникли к окнам, боясь лишь того, что воид сдвинется с места и унесет нас прочь от станции, в неизвестность. Но Генри махнул рукой распорядителю — и тот поднял над головой скрещенные руки. Запрет движения. Нас не отпустят, пока он не разрешит.
— Ничего не слышно! — раздраженно буркнула Сибилла.
Окно в воиде, кажется, открывали редко, но все же нам удалось сдвинуть его на несколько сантиметров и впустить в салон звуки улицы.
— Здравствуй, Генри, — миролюбиво улыбнулся Габриэл. — Рад видеть тебя.
— Куда-то собираешься?
— Провожаю невесту в отпуск.
— Вот как. Невесту. — Генри хмыкнул. — С каких пор ты доедаешь за другими?
— А мне кажется, ты даже не успел надкусить.
— Я вам что, банан?! — возмутилась я.
Сибилла нервно хихикнула.
— Я успею все, когда разберусь с тобой. Привезу ее в дом и продержу пару месяцев на цепи. Думаю, она будет очень послушной и ласковой.
— Генри, что ты творишь… — Габриэл покачал головой.
— Давай, попробуй меня уговорить. Ну же, дядя, скажи, что поможешь мне. Скажи, что вылечишь меня. Давай-давай, побудь заботливым папочкой.
Габриэл молчал. Мрачно смотрел на Генри и молчал, будто оттягивал момент решающих действий. Даже мне было больно смотреть на то, во что превратился улыбчивый парень, с которым мы гуляли вечерами. Пусть он и притворялся, но делал это мастерски.
— Господа! — Габриэл повернулся к охране. — Нужно напоминать, кто стоит перед вами? Поскольку с меня сняты все обвинения, я все еще ваш хозяин, а следовательно любая попытка выйти против меня приведет к последствиям.
Охранники переглянулись. Не знаю, что сказал им Генри, какой был изначальный приказ, но появление Габриэла их явно насторожило. Завещание Габриэла вступило в силу после его ареста, но теперь его отпустили, и стража явно не знала, к кому кинуться.
— Это семейное дело, — кивнул Габриэл. — Оставьте нас.
— Что они творят? — покачала головой Сибилла. — Они не могут устроить магический бой…
Она не договорила — Габриэл выбросил вперед руку, и огненный шар полетел в Генри. Ударился ему прямо в грудь и отбросил на несколько метров назад. Народ завизжал и бросился прочь от станции, а распорядитель в панике даже не запер дверь своей каморки. С упавшим сердцем я подумала, что Генри больше не встанет, но он поднялся. Усмехнулся, нарочито театральным жестом смахнул с рукавов черной кожаной куртки несуществующую пыль, и…
Теперь уже в Габриэла полетел точно такой же огненный шар, и он едва успел увернуться! Шар попал прямо в воид, отчего свет в салоне замигал и погас. А Сибилла в ужасе распахнула глаза.
— Нет… не может быть!
— Что?
— У него нет этого дара… он никогда не имел власти над огнем!
— И что? Не мог обучиться?
— Он хамелеон, — раздался голос Лотнера.
До сих пор законник сидел на заднем ряду в гордом одиночестве и ничем не выказывал интерес к происходящему.
— Что такое хамелеон? — спросила я.
— Подстраивается под магию, которую чувствует, — ответила Сибилла. — Редкий дар, очень опасный. У мага нет собственной активной силы, а внутреннюю энергию он облекает в то, что чувствует от других магов. Невозможность обуздать и приручить свою силу приводит к безумию. Мы не думали, что так серьезно…
— Это плохо?
Я снова посмотрела в окно, где Габриэл и Генри схватились врукопашную. Кажется, Габриэл больше не рисковал применять магию и теперь просто пытался скрутить Генри. Я вскрикнула, когда в руке бывшего мужа сверкнул серебряный кинжал, а когда Генри ударил им Габриэла в живот, не справилась с магией.
— Теана, НЕТ! — слились воедино голоса Сибиллы и Харальда.
Но я уже появилась на платформе, готовая броситься к Габриэлу.
— Теана, в воид! — рявкнул он. — Это царапина!
Генри оглушительно расхохотался. Его безумный смех пронесся над станцией, эхом прокатился по пустому тоннелю. Миг — и он исчез, еще миг — стоит позади, сжимая в руках мою косу.
— Привет, любимая. Спасибо за новый опыт. Я еще никогда не перемещался. А ты знала, что я не прощаю измен?
Я захлебнулась криком, когда согретая кровью Габриэла сталь прорезала ткань пальто и вошла в тело. Внутри все взорвалось болью, а Генри вытащил нож и ударил снова. И снова, и снова, пока не подкосились ноги, а на губах не появился привкус крови. Его руки разжались, я рухнула на землю, как бесформенный мешок. Глаза застилала кроваво-красная пелена.
С трудом, едва не задохнувшись от боли, повернулась на спину. С кончика кинжала, что держал Генри, капала моя кровь. Его безумный взгляд станет последним, что я увижу, а если каким-то чудом все же выживу, никогда не сотрется из памяти.
— Скоро увидишь мамочку. Ты же так хотела быть для нее хорошей.
Генри отлично метал ножи, однажды в лунапарке он выиграл для меня большую игрушечную лесную мышку. Я видела, с каким мастерством и азартом он поражает небольшие мишени, с какой точностью лезвия входят в дерево. Доля секунды и нож, бывший еще недавно в руках Генри, со свистом летит в мишень.
Или в мое сердце.
Габриэл сбил Генри с ног, но кинжал уже полетел в мою сторону. И, несмотря на то, что тело оцепенело от боли, я мысленно сжалась в ожидании удара, который оборвет мою жизнь теперь уже раз и навсегда.
Закружилась голова. Все вокруг поглотила тьма, и я почувствовала, как куда-то лечу.
«Будь хорошей девочкой, Теана», — наяву раздался мамин голос.
«Ничего не бойся, милая», — еще один, незнакомый женский.
«Все будет хорошо».
Последний голос принадлежал, кажется, Харальду.
Или Габриэлу?
Я бы хотела услышать его последним.
Здесь было темно, тепло и уютно. Знакомый запах старого дерева и пыли. Я чувствовала теплую кровь, ее запах и липкую вязкость. Вместе с кровью из меня вытекала жизнь, но я была рада умирать дома.
Когда-то давно я уже чувствовала нечто похожее. Только не было так больно. Но я знала, что умру, и знала это сейчас. Давным-давно слушала крики родителей и почти мечтала умереть, оказаться как можно дальше от ожившего кошмара. А сейчас мечтала еще хотя бы разочек услышать бархатистый голос Габриэла. Почувствовать его губы. Согреться в руках.
Я не хотела умирать!
Найди меня, Габриэл. Найди, потому что я будто оказалась в одном из собственных кошмаров.
— Теана.
Я попыталась позвать отца, чей голос так давно не слышала, но вместо этого захлебнулась от боли и захрипела. Вокруг была лишь плотная густая тьма, а внутренности буквально раздирало на части.