Ольга Пашнина – Принцесса на замену (СИ) (страница 83)
– Изверг.
– Не-е-ет. Это не изверг, это влюбленный мужик. Он тут рвал и метал, когда тебя похитили. Не убил меня исключительно потому, что ластар не дал. Сорвался за тобой буквально через несколько дней.
Я смутилась. Не то чтобы ситуация не подошла к своей развязке, просто говорить о чувствах с Мирной, которая и сама была неравнодушна к Фортему, – это как-то слишком жестоко.
– Жутковато смотрится, да? – Я махнула рукой на окно.
– Разрушитель? Зато его щиты не пробить с орбиты. Лучше так, чем быть открытыми всей галактике. Да и вообще, откуда такой пессимизм? Встряхнись, принцесса! Это еще не война, это меры предосторожности.
– Это война, Мирна, – покачала я головой. – Начало войны. Я каждый день вижу напоминание на своих руках.
– Напоминание о чуде. И о шансе для всей галактики. Градвин и Хэжин выделят антитела в твоей крови и сделают лекарство.
– И примжины об этом знают. Примжины и те, кто им помогает. Они знают, что время на исходе, а загнанный зверь сражается особенно неистово.
– Мы все равно не можем ничего сейчас поделать. Не смотри на него. Давай глянем голофильм.
Мирна решительно опустила шторы, и я не стала спорить. Даже ощутила некую благодарность. Мне надо было отвлекаться, не думать обо всем происходящем, иначе я просто сойду с ума, бесконечно перекручивая в голове одни и те же мысли.
– Переодевайся и пей свой коктейль. Хватит упрощать врагу задачу. Если ты умрешь от тоски, им даже напрягаться не придется.
– Я просто хочу, чтобы эта черная полоса закончилась, – вздохнула я, стаскивая митенки.
В полумраке спальни звездная россыпь на руках светилась особенно ярко.
Глава двадцать четвертая. Императорский долг
После собрания все разбрелись кто куда, а Фортем встретил в коридоре Таяну. Казалось бы – что тут такого? Дгнарне разрешили передвигаться по открытой части дворца, правда, с эмиртом и браслетом слежения. Но Люк обещал ей защиту и обеспечение, пока не появится возможность сплавить ее в город, и слово держал.
Меньше всего сейчас хотелось с ней общаться. Но разве ж она могла упустить такой отличный шанс?
– Как дела у принцессы? – спросила Таяна, догнав его.
– Она в порядке.
– А вы?
– Обо мне не беспокойся, я привык к тому, что все идет не по плану.
– Но примжины…
– Таяна, я не стану обсуждать с тобой дела государственной важности.
Он уловил раздражение и обиду. Да, нелегко вдруг оказаться вне компании. Но чего она хотела? Что войдет в совет? Что Люк будет обсуждать с ней свои решения или хоть как-то общаться? Таяна во многих вопросах была куда наивнее Паулины.
Он вообще постоянно их сравнивал, сам не зная зачем. Обе красивые, обе яркие и смелые, но удивительно разные. Одна буквально предназначена ему судьбой, другая явно послана в наказание. Порой Фортем не понимал, какая именно. Но в мыслях была только мисс Виккерс. Угораздило же так.
Он настолько погрузился в мысли, что не слышал, о чем говорит Таяна. Когда она это поняла, обида стала сильнее.
– Что ж, не буду вас отвлекать. – От ее голоса вокруг даже стало холоднее. – Продуктивной ночи.
Развернулась на каблуках и унеслась прочь. К собственному удивлению, Аднар ощутил укол стыда: надо было быть с ней помягче. Она все-таки дала кое-какую информацию.
Он часто в последнее время думал: то, что Паулина так легко сбежала от Хенсема, – план или случайность? Если был расчет на то, что она вернется во дворец и всех тут перезаражает, то какой-то слишком сложный план. Им не хватает информации, какого-то важного кусочка. Понять бы только, какого именно!
От напряжения начала болеть голова, что вообще было нонсенсом. Чтобы как-то отвлечься, он вспомнил о мимолетной встрече с Паулиной. Добилась ведь чего хотела. Получила свою Мирну и упорхнула, оставив его мучиться от желания. Когда-нибудь она будет сражаться так за него?
Из приятных воспоминаний вырвал сигнал эмирта. Люк велел зайти, причем велел не по официальному каналу, а через личный. Интересно. Но предчувствие ничего хорошего не обещало. Не то время, чтобы вызывать друга для посиделок за бокалом вина.
Двери впустили его в кабинет. Люк стоял у окна, задумчиво всматриваясь в огни Альсахла. Фортем не применял телепатию, но все равно чутко уловил эмоции.
Ярость. Злость. Решимость.
Эти эмоции ему не понравились. Люк редко злился на старого друга, но сейчас весь его гнев был направлен именно на Фортема. Оптимизма это не добавляло, как и то, что от Паулины его отделял сейчас этот разговор. Что бы ни беспокоило Люка, после Фортем отправится к ней. И будь он проклят, если мисс Виккерс его выставит. Он останется на ночь, будет мучить ее до самого утра, как она мучила его последние месяцы. Риск слишком велик, чтобы откладывать все на потом.
– Знаешь, Аднар, все эти годы я безоговорочно тебе верил. Ты был единственным, кому я мог доверять. Представь, как тяжело мне было узнать, что все эти годы ты лгал.
– Прости? – Мысли о Паулине резко потускнели. – О чем ты, Люк?
– О тебе. О дгнарнах. О том, что ты скрыл от меня, но рассказал всем желающим. О том, что для продолжения рода тебе нужна татуировка.
Он выдохнул сквозь зубы.
– Которая убьет Паулину.
– Люк…
– Ты лгал!
– Ты не спрашивал. Я не планировал заводить детей.
– Но сделал моей сестре предложение. Заставил ее… всех нас поверить, что ваша семья возможна.
На это Фортему нечего было сказать. Он и сам не знал, на что надеялся, разыгрывая спектакль со свадьбой. Каждый вечер приказывал себе наутро все закончить и каждый раз не решался. Сначала Паулина Виккерс, эта подставная принцесса, стала частью его работы. Потом – частью его семьи и жизни. Теперь, кажется, она поселилась в мыслях, в образах, во снах.
– Аднар, я не спрашиваю, почему ты не сказал мне. Я не понимаю, как ты мог так поступить с Паулиной? Я не говорю о любви, но неужели она недостойна твоего уважения?
– Паулина знает…
– Ей двадцать! Она не думает о детях, о Канопусе. Она влюблена в человека, который подарил ей сказочную жизнь, спасал от опасностей. Она наивна, как ребенок, Аднар!
Совершенно некстати вдруг подумалось, что Люк крайне плохо знает свою сестричку. Правда, в одном он был прав, ни о чем этом Паулина не думала. Она боролась с тем, что чувствовала, боялась его, хотела, ревновала. Но не думала о том, что будет после. Все ее мысли кончались на рубеже, который никто не решался перейти. Их ночь обещала быть нереальной, но утром… об этом Паулина просто не думала.
– Ты прав. – Чего ему стоили эти слова, знали лишь звезды. – Ты прав, надо это прекратить.
– Именно этим я и собираюсь заняться.
Фортем вскинул голову:
– Что?
– Я не стану больше пускать все на самотек. Ситуация обострена до предела. Мы не знаем, что замышляют примжины, но знаем, что в одиночестве Канопус не выстоит. Паулина взрослая девушка и принцесса. У нее есть долг перед подданными. Она выйдет за принца Денебского.
Люк изменился – с тоской подумал Фортем. Стал жестче, увереннее. Почти исчез тот юнец, что бегал по дворцу в нетерпеливом ожидании сестры. Почти исчез тот веселый мальчишка, который практически боготворил друга отца.
Империя меняет своих правителей. Ломает, пережевывает, и далеко не все сохраняют в себе этот огонек непосредственности.
«Звезды, Паулина, только сохрани его в себе… останься такой же яркой, свети, грей своим светом окружающих и живи. Живи так долго и счастливо, как сможешь. Дыши, смотри на звезды, узнавай эту вселенную, бесконечно прекрасную, удивительную. Роди ребенка, такого же красивого и непосредственного, защищай тех, кого любишь так, как ты защищала их всех».
Он останется рядом. На этом же месте, привычно охраняя эту семью, и теперь кудрявая язвительная принцесса стала ее неотъемлемой частью. Главной.
Он лично проводит ее к кораблю, отпустит на далекую планету и в редкие приезды денебской четы позволит себе увидеть, как сияют и улыбаются синие глаза.
– Ты женишься на Таяне, – огорошил следом Люк.
– Люк, ты можешь забрать у меня Паулину, но я не стану жениться на ком-то просто потому, что тебе захотелось. Брак с Таяной не несет в себе никаких преимуществ.
– И тем не менее это мой приказ. Я хочу, чтобы ты женился на ней и у вас появился наследник. Я слишком долго игнорировал эту часть дворцовой жизни. Пора брать все в свои руки.
Фортем не стал спорить, не хотел. Планы на этот вечер рушились. Он хотел пойти к ней и остаться, а теперь придет, чтобы обидеть так, как еще не обижал. Объяснить девчонке, которую обещал защитить, что в скором времени они расстанутся и она снова окажется среди тех, кого не знает… Он обещал, что будет рядом. И снова подвел человека, который доверил ему жизнь.
– Мирна, пришли ко мне Паулину, – сказал Люк. – Хочу с ней поговорить.
– Я могу идти? – сухо осведомился Фортем.
– Да, ступай. Завтра вечером снова проведем совещание. Хочу услышать последние сводки.
Люк не смотрел в его сторону, хотя Фортем и не надеялся на сочувствие. Он давно привык переживать подобные удары судьбы молча, ни словом, ни жестом не выдав того, что чувствовал на самом деле.