Ольга Пашнина – Принцесса на замену (СИ) (страница 64)

Останавливало только одно – в случае чего, никто не даст лекарств, не положит в больницу и не убедится, что ты в порядке. Не слишком хотелось умереть в семнадцать от неудачной беременности. Грипп можно было вылечить, отлежавшись где-нибудь, а вот такое… в общем, было не до секса.

У Таяны, очевидно, ситуация была немного получше.

Когда Фортем вернулся и мы направились к кораблю, я невольно наблюдала за дгнарной. Даже уставшая и побитая, она смотрелась настоящей красоткой. Стройная, сильная, необычная. Чем-то очень напоминающая Кейру. Не внешне, нет. Но, как и Кейра, Таяна знала, что хороша. И умело этим пользовалась.

Я была так погружена в невеселые мысли, что почти не рассмотрела корабль – огромную махину размером с жилой десятиэтажный дом. Мы шли по широкому коридору, в толпе из самых разных существ. Здесь каждому было плевать на соседа, и я была вынуждена признать: маршрут оказался идеален. Если кому-то в голову придет выследить нас, он не найдет ни одного свидетеля, а рассмотреть что-то в этой толпе через системы наблюдения – это надо быть гением.

– Вау, второй класс, – хмыкнула Таяна, рассматривая тонкую пластинку с нанесенной голографической надписью. У нее не было эмирта, в который можно было загрузить билеты, так что по кораблю она должна была передвигаться при помощи этой пластинки.

А мне вообще ничего не дали. Хвостиком за Фортемом, что ли, ходить и ждать его с рандеву?

– Что значит второй класс? – спросила я, когда мы встали в последнюю очередь, уже во внутренние помещения корабля.

– Билеты на крупные корабли делятся на четыре класса, – ответил Фортем. – Четвертый предполагает тех, кому лететь не больше суток. Это обычные кресла. Довольно тяжелый, но очень дешевый способ добраться до нужного места. Третий класс – капсулы. Что-то типа гробиков в стене, в которых можно только лежать да музыку слушать. Дешево, сердито и относительно комфортно. Второй класс – капсулы побольше. Не шикарные апартаменты, но хватит места, чтобы сесть, попить чайку или хотя бы не биться головой в потолок. Ну и первый класс – это отдельные каюты со всеми удобствами. Но каюты заметные и дорогие, лишнее внимание. Двойные капсулы третьего класса тесные, я их не люблю. Вторые сойдут. А раз наша спутница присоединилась позже, чем я брал билеты, ее ждет увлекательное путешествие на другом конце корабля. Надеюсь на твое благоразумие, Таяна.

Черт! Я едва не застонала, поняв, что разочарованное выражение лица дгнарны принесло мне мстительное удовольствие. А когда я увидела сам зал с капсулами, настроение вообще резко взлетело вверх.

Это была стена… размеры ее поражали воображение, она уходила высоко вверх. Тонкие светящиеся линии образовывали квадраты, при ближайшем рассмотрении оказавшиеся капсулами, утопленными в стене. По рядам этих капсул пассажиров перемещали скоростные стеклянные лифты. Все пространство было наполнено светом и огнями, а народ суетился, разыскивая свои места.

– То есть в этой капсуле я должна жить с вами? – До меня не сразу дошло, что капсула-то у нас общая.

– А ты как хотела? – хмыкнул Фортем. – С этой я тебя не уложу, одну тоже – как пить дать вляпаешься. Придется потерпеть.

«Таяне», – мысленно закончила я, вконец развеселившись. Чьи-то планы по соблазнению соплеменника только что рухнули и не подлежат восстановлению.

Я хоть и не была телепатом, все равно ощущала ее неудовольствие все то время, что мы шли по главному коридору. Таяна свернула налево, а мы вошли в лифт. К счастью, оказались там одни.

– Вы ей нравитесь, – вдруг вырвалось у меня.

– Значит, ей надо к психиатру. Я двинул ей в лоб. Если она после этого влюбилась, плохи дела.

– А по-моему, Таяна красивая.

– Люк не одобрит.

– Что не одобрит? – нахмурилась я.

– Ваш роман.

– Я вообще-то не о себе!

– Ну, она же тебе кажется красивой.

– Издева-а-аетесь, – обиженно протянула я.

– А ты ревнуешь.

– Я не ревную. Я ей не доверяю.

И тут он… рассмеялся. Чуть пополам не согнулся от безудержного смеха! От расправы лорда-ксенофила спасло лишь то, что лифт остановился и мы ступили на узкий балкон, вдоль которого и располагались входы в капсулы.

– Значит, как упрашивать меня взять ее с собой – так доверие, дружба и вообще. А как конкуренция, так сразу подозрительность проснулась в нашей юной принцессе. Поразительные метаморфозы.

Вот что мне оставалось? Признаться, что Таяна взбесила своими откровениями? Так он ведь докопается, потребует подробного объяснения, а нам еще с неделю лететь. И потом, встать в позу и требовать не вестись на Таянино обаяние – это как-то глупо. Ибо отрицая – предлагай. Предложить в общем-то и нечего.

Мы остановились перед очередной капсулой, и, повинуясь сигналу с эмирта, створки дверей мягко разъехались в стороны.

– Тесновато, – хмыкнул Фортем. – Новые корабли попросторнее.

В общем-то вся каюта, или капсула, как он ее называл, была шириной метра три и максимум два – в длину. У самых дверей была ниша, где можно было снять обувь, а все остальное пространство просто-напросто представляло собой гигантскую койку с двумя подушками. В целом места для двоих было более чем достаточно, можно было спокойно спать, не боясь лбом встретить локоть соседа, но все же я удивилась такому странному дизайну каюты.

Над головами располагалось углубление, куда я убрала куртку. Потом залезла на койку и растянулась, с любопытством рассматривая кнопочки на панели над головой.

– Ого, тут есть экран, можно смотреть фильмы.

– Меня что, ждут два дня непрерывного вещания мелодрам? – скривился мужчина.

«А меня – два дня вещания «Радио „Сарказм“», – подумала я.

– Все, Виккерс, чем меньше ты выходишь из капсулы, тем безопаснее всем жить. Вот, – Фортем сунул мне в руки тонкий полупрозрачный планшет, – книги, вот леденцы. Развлекайся. Я спать. Задолбался, пока летел. Разбудишь раньше ужина – резко повзрослеешь.

– Что вы имеете в виду? – прищурилась я.

– Придумай сама, – пробормотал рептилоид, нагло отворачиваясь к стене.

Пожав плечами, я принялась распаковывать леденцы. Естественно, шурша на всю каюту. По-моему, я отчетливо слышала звук медленно закатывающихся глаз…

Глава девятнадцатая. Дгнарна и другие неприятности

Еще немного, и он начнет проникаться к Хенсему и его заказчикам признательностью. Так хорошо Фортем не высыпался уже очень давно. Чтобы полностью отключиться от реальности, лечь – и спать до тех пор, пока организм сам не решит, что хватит. Пожалуй, такой сон восстанавливал куда лучше всех изобретений медицины космического тысячелетия.

Он потер глаза и перевернулся, чтобы посмотреть на Паулину. Какая-то часть даже ждала, что ее в капсуле не окажется. Шило в мягком месте часто толкало принцессу на необдуманные поступки.

Но нет, сейчас она спала, обняв планшет, словно мягкую игрушку. Уснула там же, где читала. Но вот давно ли? Несколько секунд Фортем колебался, раздумывая, разбудить ее и впихнуть немного нормальной еды или дать еще поспать. Потом бросил взгляд на эмирт и решил, что все-таки пока не стоит. Выздоровление всегда идет лучше во сне. А еще, когда Паулина спит, она не доводит его своим не в меру острым языком. Когда спит, она даже милая.

А вот эту мысль развивать не стоило. Во избежание, так сказать. Почти двое суток наедине, в небольшой комнатке могли свести с ума кого угодно. Симпатичная принцесса, едва не погибшая в серьезной переделке, и без того слишком сильное искушение, а если вспомнить, что однажды они уже проверили, до чего можно дойти, оставшись вдвоем, следовало быть крайне осторожным.

Еще эта Таяна… Она не скрывала своего интереса, принцесса ревновала, сама не понимая, что это за чувство, а Фортем мечтал долететь до Канопуса и спокойно обо всем поразмыслить. Но в этом мире исполнялись все мечты, кроме его собственных.

Стараясь не разбудить Паулину, он вылез наружу.

– Добрый вечер, – услышал голос Таяны.

Мысленно выругался – какого фаргха ей здесь было надо? Следила?

– Что ты здесь делаешь? – Фортем задал вопрос грубее, чем собирался, но дгнарна ничуть не смутилась.

– Жду, когда кто-то из вас проснется. Мне скучно одной.

– Я же не няня на детском празднике. Развлекись как-нибудь, ты взрослая девочка.

– Это верно. Но боюсь, безопаснее мне будет развлекаться поближе к вам. Я достаточно благоразумна, чтобы не профукать единственный шанс получить из побега хоть какую-то выгоду.

Фортем оперся на перила балкона и посмотрел вниз. Там вокруг убогонького фонтана прогуливались те, кому претило всю дорогу сидеть в каюте. Если бы кто спросил его мнение, то он бы сказал, что подобные попытки владельцев кораблей создать видимость заботы о пассажирах – чистой воды фарс. Посадить три куста, две скамейки, прикрыть ими дыры в обшивке и назвать это парком – оскорбление всех, кто имеет хотя бы зачатки разума.

Таяна изо всех сил пыталась уловить его настроение. Фортем чувствовал осторожные попытки залезть чуть дальше, чем у нее получалось обычно. И не удержался от искушения ослабить контроль и пропустить ее на пару шагов дальше. Позволить увидеть не только холодную решимость и легкую усталость, но и кое-что еще. Он незаметно наблюдал, как Таяна хмурится, обдумывая полученную информацию. Она все же была еще слишком наивна – в ее голову и не пришла мысль, что он позволил ей это намеренно.