Ольга Пашнина – Избранница грозы (СИ) (страница 57)

От его цепкого взгляда у меня по телу прошла дрожь. Вспомнив о том, что Рианнон просила не выходить из образов, я распрямила плечи и надела маску холодной вежливости. Хотя мысленно все спрашивала себя: мне когда-нибудь дадут выяснить, кто прислал платье?!

– Смело, – произнес мужчина.

Его взгляд, которым он осматривал мое платье, был типично мужским. Далеко не на всех подействовал образ Таары. Некоторые видели в нем просто девку, которую, не будь вокруг высшее общество, можно и облапать. Хотя, может, я драматизировала. Бывают же просто неприятные мужчины?

– Арен Уотерторн, – представился он и протянул руку. – Глава Дома Воды.

Так вот ты какой, водный король. Куда опытнее и старше огненного. А ведь Бастиан вращается в этих кругах, и если остальные короли такие же, то парню не позавидуешь. Я даже немного прониклась его вечной раздражительностью. Сложно жить в мире, где каждый сосед по трону норовит намекнуть, что ты еще несмышленый подросток, не понимающий в политике.

– Деллин Шторм.

– Вы студентка, верно? Учитесь вместе с ди Файром?

– Он старше и на другом факультете.

– А вы темная.

– Верно.

– Как учеба? Магистр Крост, говорят, не дает спуска студентам. Мне предлагали отдать сына в его школу. Но я склоняюсь к традиционному образованию. И не доверяю темным.

– Не вы один.

Я сделала попытку сбежать, мне хотелось найти Кеймана и убедиться, что догадка про страховку моей силы на этом вечере верна, но тут заиграла музыка для танцев, и Уотерторн буквально силой увлек меня за собой на площадку. Такая грубость обескуражила. Я украдкой огляделась, но никто этого жеста не заметил. В основном девушки беседовали с гостями или демонстрировали платья.

– Мне кажется, вы ведете себя некорректно.

– В мои обязанности это не входит. Я делаю, что хочу.

– Это отличительная особенность всех королей этого мира?

– Вижу, вы уже познакомились с Бастианом, – усмехнулся Уотерторн. – Приятный юноша, не правда ли? Плохо кончит.

– Это угроза?

– Обещание. Бастиан – кость в горле у большинства из нас. Щенок, получивший власть. Я более чем уверен, что именно он замешан в смерти своего отца. И рано или поздно докажу это.

– Зачем вы говорите это мне?

– Общаюсь с красивой девушкой. Это запрещено?

– Мне неприятно такое общение. Я вынуждена попросить вас уйти…

– Я предложу вам хорошую цену за… индивидуальный показ.

– Что?! Вы ненормальный!

– Полегче с оскорблениями, выходи из образа богини, ты – манекенщица, а я – клиент.

– Вы путаете манекенщиц с проститутками.

– Да нет, это ты путаешь манекенщиц с благородными девицами. Когда я говорю о хорошей цене, я имею в виду очень хорошую цену. Три твоих гонорара за этот показ.

– А я когда говорю «нет», я имею в виду «нет». Отпустите меня!

– А если я скажу «нет»?

Ярость взметнулась внутри пламенем, но на этот раз что-то изменилось: ярость была мне подконтрольна. Сначала я почувствовала на кончиках пальцев покалывание, а потом коснулась ладонями груди Уотерторна – и того как следует приложило током. Так сильно, что он охнул и отшатнулся. Упал бы, если бы не невесть откуда взявшийся Кейман, который подхватил водного короля и нарочито заботливо отряхнул.

– Ну что же вы, Арен? – усмехнулся Крост. – Осторожнее, полы здесь скользкие. Идите, освежитесь. Второй танец с темной богиней мой. Тянет, знаете ли, к коллегам.

– Они все такие болваны? – спросила я, когда мы отошли подальше от центра.

– Они богаты, уверены в себе, сильны, всегда получают то, что хотят. Да, все. За что ты его так?

– Он предложил с ним переспать за деньги.

– Манекенщицы часто это делают.

– Не хочу это знать.

– Ты так стремилась на эту работу. И вдруг не хочешь?

– Я хотела показывать платья, побыть звездой, постоять на сцене и получить за это деньги.

– Деллин, в любой профессии есть грязь. Лекарь имеет дело с самой отвратительной стороной человеческого тела, копается в крови, гное и внутренностях, он вынужден спасать даже тех, кто кроет его бранью или плюет ему в лицо. Преподаватель головой отвечает за детей, которые ему поручены, а иногда эти дети убиваются – и жизнь катится под откос. Ну а манекенщицы – это объект. Они сознательно уничтожают свою индивидуальность, чтобы стать идеальными вешалками для платьев. Поэтому неудивительно, что их воспринимают как вещь, которую можно оплатить на пару часов. И более того, каждая из этих девушек, скорее всего, уйдет с каким-нибудь гостем. Разница в манекенщицах лишь в уровне дохода гостей, среди которых они вращаются. Здесь уровень высочайший. Одну зацепит Уотерторн, вторую – Сайлер, третью мог бы увести я…

– Но не уведете?

– Нет.

– Почему?

Снова заиграла музыка, и Кейман привлек меня к себе.

– Надеюсь получить бесплатно тебя.

– И вы туда же! Как вы меня достали!

Магистр рассмеялся.

– Ладно, я просто шучу.

– Не все модели такие, я уверена.

– Не такие сюда не идут. Посчитай свой гонорар. Коллекция Найтингрин выходит раз в год, модельеров ее уровня в Штормхолде от силы пяток, сколько может заработать элитная манекенщица только на показах? А жить они хотят очень хорошо. Арен Уотерторн им это обеспечивает. Ну и такие, как он.

– Он мне не понравился. Неприятный тип.

– Что, неприятнее ди Файра?

– Они оба в топе.

– На каком месте в этом топе я?

Я сделала вид, что задумалась.

– Сначала были на первом. Сейчас чуть опустились вниз. Но это не ваша заслуга, а господина Уотерторна. Вы хотя бы меня не лапали. Думаю, третье место ваше.

– Вот демон. Для меня не существует другого места, кроме первого.

Я фыркнула, а Кейман крепче сжал руки, невольно напомнив тревожный сон. Я поежилась.

– Что?

– Вы слишком близко.

– Это проблема?

– Мне кажется, да.

– Я не приглашаю тебя после работы в номер, не лапаю за задницу. Просто танцую. Разве не для этого ты здесь? Тебе, Шторм, прямо не угодить. Перебираешь королей, как перчатки. Их осталось не так много, сбавь обороты.

Он говорил что-то забавное, а сам в это время поглаживал кожу на моем запястье, у самого краешка браслета с крупицами. От чего меня бросало то в жар, то в холод. Но, в отличие от водного короля, присутствие Кеймана не вызывало отвращения.

– Я устала. Голова скоро взорвется от всего.

– Но ведь это лучше, чем то, что было у тебя раньше?