Ольга Пашнина – Избранница грозы (СИ) (страница 36)
Вот так мы и попали к Кейману в кабинет. Снова.
Что-то в его облике подсказывало: придется туго. И часом смахивания пыли с полок в подвале мы не отделаемся. Кейман был так зол, что в воздухе, казалось, пахло электричеством. Хотя вообще это была моя прерогатива – вырабатывать электричество.
– Я просто сейчас восстановлю ход событий. – Кейман встал из-за стола и прошелся туда-сюда по кабинету. – Адепт ди Файр, отдыхая после тренировки, развлекался тем, что мешал адептке Шторм тренироваться летать. Адептка Шторм это заметила и намеренно врезалась в адепта ди Файра на скорости. А потом вы подрались. Я ничего не упустил?
Я опустила глаза. Было очень стыдно. Собственно, мы и не сказать, чтобы подрались: парни из группы Бастиана и тренер разняли нас почти мгновенно. Так что краснеющие на лбах шишки – результат столкновения, а после драки Бастиан разве что чуть почесывался, а у меня на пальце вздулся здоровый пузырь от ожога. На наше счастье, потрепать друг друга сильнее мы не успели.
Кейман взял со стола одну из объяснительных, что тренер заставил нас написать.
– Итак, адепт ди Файр, вы утверждаете, что адептка Шторм из-за испытываемой к вам неприязни намеренно врезалась в вас. И в результате воздействия ее магии, проявившейся в виде разряда электричества, вы испытали – я сейчас цитирую – незапланированные эмоции. Что, позвольте узнать, это значит?
Бастиан, вальяжно развалившийся в кресле, ухмыльнулся.
– Ну… может, я кончил?
– Так быстро? – не удержалась я.
– ХВАТИТ! – Кейман вдруг со всей дури хлопнул по столу, я аж подскочила.
Мой маленький успех – ничего не взорвалось и не щелкнуло – остался незамеченным.
– Вы достали меня. Оба. Похоже, я совершенно напрасно прыгаю перед вами на задних лапах, пытаясь дать образование и превратить в нормальных людей. Вы доводите преподавателей, подвергаете опасности жизни и здоровье своих же товарищей, нарушаете правила и постоянно собачитесь. Мне это надоело, мое терпение лопнуло, ясно вам? Я к обоим обращаюсь.
– И что вы сделаете? – фыркнул ди Файр. – Отчислите меня?
Кейман улыбнулся. Так нехорошо, что мне вдруг стало плохо.
– О нет, Бастиан, я тебя не отчислю. Зачем? Мне выгодно, когда ты здесь. Я просто свяжусь со своим приятелем, магистром Бернсеном, директором Школы огня, где учится Брина. И поверь, сдать экзамены твоя сестра не сможет, даже если вызубрит наизусть каждый символ из каждого существующего учебника. Ясно тебе, ди Файр? Ты больше не будешь отвечать за свои проступки. Это будет делать твоя сестра. Брина будет счастлива, как думаешь?
В руке Бастиана на миг полыхнуло пламя, от которого я в страхе отшатнулась. Парень вскочил на ноги.
– Только попробуй! – рыкнул он.
– И что? – Кейман смерил его насмешливым взглядом. – Подпилишь ножки у моего стула? Пришлешь мне ананас? Сядь!
Я честно надеялась, что меня обойдут стороной, но магистр Крост разошелся не на шутку. Его ярость чувствовалась даже на расстоянии, и я бы отдала многое, чтобы оказаться сейчас как можно дальше от него!
– А тебе я с этого момента запрещаю даже смотреть в сторону крыльев.
Мне показалось, что я ослышалась. Вдруг стало очень тихо, и оставалось только порадоваться, что я сидела – земля под ногами опасно зашаталась.
– Но…
– Что?
– Я просто…
– Что ты просто? – Кейман смотрел в упор, буравил меня взглядом, от которого дрожали руки. – Ты не умеешь обращаться с крыльями. Тебе в руки дали серьезный магический инструмент. А ты использовала его для сведения счетов. Опасные игрушки детям не дают. Можешь забыть о крыльях в моей школе. Раз и навсегда, вплоть до самого выпуска.
На глаза навернулись слезы. Я настолько не ожидала ТАКИХ последствий своей выходки, что теперь меня не пугало даже присутствие Бастиана.
– Но это единственный способ избавиться от головной боли…
– А тебя это волновало, когда ты неслась на всей скорости, игнорируя приказы тренера? – почти ласково спросил Кейман. – Ты вспомнила, что тебе нужны крылья не только для того, чтобы в свалке участвовать? Нет, ты же решила, что с тобой будут возиться, как с маленькой любимой дочуркой, да? Что меня будет волновать твое самочувствие. Что я буду делать тебе поблажки из-за болезни. Зачем думать головой, если Кейман все равно разрешит полетать, даст зелье и переведет все книги на удобный язык, да?
– Нет.
– Не похоже. Я трачу время и деньги, чтобы ты могла учиться. Сижу в свободное время над твоими учебниками, чтобы ты смогла их прочитать и не сдохнуть. А ты, похоже, принимаешь это как должное. Мне плевать, как ты будешь решать проблему со своей головной болью. За драку в моей школе принято платить. Ты заплатила крыльями. Впредь будешь думать, чего еще готова лишиться ради минутного удовлетворения.
Кейман отвернулся от нас и уставился в окно. Его голос звучал бесстрастно и холодно:
– Вы под домашним арестом. Покидать жилой корпус разрешено только для учебных занятий. Бои и крылогонки для вас отныне закончились. А присутствие на Бале Огня – под вопросом. Если до конца блока у меня не будет к вам претензий, получите право посетить праздник. А если возникнут – просидите все время в своих комнатах. Все понятно?
Мне казалось, меня только что пришибло собственной молнией. Даже с Бастиана слетела обычная спесь.
– Еще раз спрашиваю: все понятно?
– Да, – нестройным хором отозвались мы.
– Да, магистр Крост, – поправил Кейман. – Вон отсюда.
Вот блин. Похоже, в этот раз я и вправду перешла границу.
– В следующий раз, когда захочешь быть сверху, раздевайся заранее, я не люблю терять время, – зло сказал Бастиан, едва мы вышли из кабинета Кеймана.
Будто это я виновата во всем!
Но сил спорить не было, я просто продемонстрировала огненному королю средний палец и отправилась туда, куда послали: в комнату. Дабы вволю пореветь и поругать себя за несдержанность.
Неужели все действительно так? И за борьбой со всем миром я не заметила, как обесценила то, что для меня сделали. Кейман предупредил: поблажек не жди, мир встретит агрессией. И я с первого дня была готова защищаться. А теперь вышло, что за войной я не заметила ничего хорошего?
В дверь постучали.
– Делл? Ты здесь?
Мне не хотелось сейчас говорить с Аннабет, так что я притихла и сделала вид, будто в комнате никого.
– Да ладно тебе, – услышала голос Эйгена, – скоро вернется, а мы тут вот…
Дверь вдруг открылась, и я встретилась взглядом с ошалевшим Эйгеном.
– Это что, проходной двор?! Вообще любой может вломиться в мою комнату, что ли?
– Не любой. У меня в арсенале есть пара приемов. Делл, мы ведь от чистого сердца!
– Да к вам у меня нет вопросов, меня пугают перспективы.
– Ну… не все владеют такой магией. Да и посторонним вход в школу запрещен.
Он умолк под моим взглядом и как-то стушевался. Прекрасно! В любую комнату в школе может проникнуть кто угодно, обладающий умением вскрывать замки. Просто потрясающе!
В руках у Аннабет и Эйгена были какие-то бумажные пакеты.
– Сильно влетело? – спросила подруга.
Конечно, о произошедшем между мной и Бастианом уже говорила вся школа.
– Сильно. Крылья запретили.
– Совсем? – ахнул Эйген.
– Совсем. А ди Файру – бои. Еще назначили домашний арест до конца блока и под вопросом Бал Огня.
– Ничего себе. – Аннабет так и села. – Крост с цепи сорвался? Да здесь постоянно кто-нибудь да дерется и ругается!
– Ну, по справедливости, они не просто дрались, они магией сцепились. И Делл снесла Бастиана на крыльях.
– Ну, спасибо, поддержал.
– Извини. – Эйген смущенно поник. – Но мы принесли вкусностей! И земляничного пива.
– Вот да, мне еще пьянки в комнате не хватало! Вы хотите, чтобы меня выгнали? Тогда реально придется пойти уборщицей в трактир. А может, даже и туда не возьмут.
– Брось, Делл, никто не проверяет комнаты. Кейман не дурак, он понимает, что лучше давать послабления в мелочах, чем дергать за каждую ерунду. Поэтому на вечерние чаепития смотрят сквозь пальцы. Ну а пиво… да оно легкое!
Видя, что не убедил, Эйген добавил:
– Я не попру его назад. Серьезно, тебя уже наказали. Я клянусь, если мы услышим шаги, то все это исчезнет в момент.