Ольга Пашнина – Ангел шторма (страница 42)

– С кем я ходила на бал?

– Ой-ой… – пробормотала Брина.

Я закусила губу.

– Вот видишь. – Аннабет развела руками. – А как он прошел? Тоже не знаешь? Конечно, тебе неинтересно! Тебе интересно, сколько шума наделал твой штормграм… а знаешь, мне тоже интересно. Только у меня его нет!

С этими словами Аннабет бросила вилку и поднялась. Вилка с грохотом прокатилась по полу, из-за чего на наш столик уставились почти все присутствующие. Народ с любопытством перешептывался, пока мы с Бриной смотрели вслед уходящей Аннабет.

– Она хотела штормграм? Почему не сказала?!

– По многим причинам. У нее нет денег, а ими торговал Сайзерон.

– Я бы взяла для нее одну штуку.

– Ты говорила, что была горничной и жила в нищете. Часто просила у друзей какой-нибудь артефакт? – Брина подняла брови.

Мне захотелось утопиться в графине с компотом.

– Это утро может быть хуже?

– Да, – безжалостно отозвалась она. – Все оценили наши образы для коллекции, и сеть штормграмов скоро разорвет от изображений пижамок. Плюс: Бастиана скоро разорвет от ревности. Минус: только ленивый не обсудит нас во всех деталях. Хотя это они и так делают…

Аппетит пропал, народ все так же шушукался и поглядывал в нашу сторону. За окном медленно, но верно стягивались тучи.

– Опять гроза, – вздохнула Брина. – Раньше они так часто не гремели. Уже по всем законам должен идти первый снег! Когда я была на первом курсе, к Балу Огня во Флеймгорде уже лежали сугробы.

Я угрюмо промолчала. Не рассказывать же, что постоянные грозы – наименьшая из проблем, организованных мной. Таара не просто так была богиней хаоса. Она явно с удовольствием устраивала его при жизни, и будто того было мало – щедро поделилась способностью со мной.

– Пойдешь мириться? – спросила Брина, когда посуда со столов исчезла и причин оставаться в столовой больше не было.

– Сначала схожу в город, а потом добуду штормграм. Придется пообщаться с Габриэлом на этот счет, потому что сама я буду делать его неделю. Вряд ли она у нас есть.

– Да, пожалуй, я поторопилась с местью… – Брина закусила губу.

Мы вышли из школы и вместе направились к городу. Брина – домой, чтобы написать родителям и забрать какую-то посылку от мамы, а я к Марьону. Лично взглянуть на плакаты и добыть то, что поднимет Аннабет настроение.

И испортит его Кейману: билеты на зимний показ.

– Как у тебя с братом? – спросила я. – Сильно орал?

– Терпимо. – Брина пожала плечами. – Запретил участвовать в показе, но я и не подписывала контракт на него. Сказал, что дружба с тобой – плохая идея. Я ответила, что пусть сначала сам разберется в своих привязанностях, а потом указывает, с кем дружить мне. На этом разошлись.

– Он говорил, ты его боишься после возвращения.

Брина нахмурилась и долго молчала, прежде чем ответить.

– Да, возможно. Он изменился. Это неизбежно, и я понимаю, что на него навалилось все сразу: восстановление после пересадки, дела рода, политика, учеба, личная… кхм… жизнь. И я скучаю по тому Бастиану.

– Ты в порядке? Кейман спрашивал, что с тобой, почему ты теряешь концентрацию.

– Я в порядке! – Брина улыбнулась. – В полном. А магистру Кросту стоит вспомнить, что вы учитесь в этой школе с первого курса и привыкли к нагрузке. А вот моя магия была вполне себе управляемой до тех пор… забудь, в общем.

– Забудь… – пробурчала я. – Об Аннабет уже забыла. Сначала она начала воровать, и ее чуть не выгнали, а теперь вот…

– Да ладно, – Брина махнула рукой, – отойдет. Пригласи ее на каникулы к себе. Аннабет некуда пойти, если она останется в школе, то снова будет чувствовать себя лишней.

– Поговорю с Кейманом.

Второе Рождество в его доме. Первое выдалось непростым, явилась проекция Бастиана и перевернула мне только-только устаканившуюся жизнь. Интересно, что случится на этот раз? До каникул еще пять недель. Два испытания с магистрами, занятия с Кейманом, возвращение на пары к Яспере, подготовка к показу у Рианнон и проклятые, выматывающие сны об Акорионе.

Бал Огня кончился, а проблем стало еще больше. В Школе Темных все стабильно.

Кейман снова поднял голову от бумаг и со вздохом на меня посмотрел.

– Долго ты будешь смотреть в потолок?

– Я не могу уснуть.

– Ты не пытаешься.

– Пытаюсь. Но в голове слишком много мыслей.

– Удивительное состояние. Почему оно наступает у тебя не вовремя? На парах бы пригодилось.

Сегодня даже подначки Кеймана не могли меня разозлить. Ему стоило закончить уже эту экзекуцию, по ошибке именуемую занятием. Я не усну сегодня, потому что не уснула в полной темноте под мягким одеялом, после часового полета на крыльях по спортзалу и двух ложек зелья. В конце концов я смирилась, что ничего не выйдет, и просто ждала первых лучей рассвета.

– Зачем вы меня сюда привели? – вдруг спросила я.

– Жизнь скучной была. Решили выстрелить себе в ногу.

– Смешно. А если серьезно?

– Почему тебя волнует этот вопрос?

– Вы все рискуете, если Таара вернется. Акорион делает для этого все и немного больше. Если это случится, Штормхолду придется нелегко. А на Земле я бы тихонько дожила лет до шестидесяти, убираясь в чужих домах, и ничего бы не было.

– Даркхолд следил за тобой на Земле. Думаешь, позволил бы тихонько дожить до пенсии? Забрал бы тебя сам, и все.

– Тогда можно было меня убить.

– Можно было. Только душа Таары сильная, переродилась бы еще. И что? Превращаться в маньяка, убивающего младенцев? Акорион бессмертен, однажды он бы просто нашел тебя раньше нас, итог был бы тем же. Риск так или иначе есть. Но у тебя мало шансов превратиться в Таару. Понимаешь, для того, чтобы быть богиней, нужно обладать особой кровью, телом, силой. Ты все же человек. Так что если сойдешь с ума, то будешь просто бесноватенькой лохматой Деллин, которая воспитывает ананас.

– Ты врешь, я же вижу. Я и в здравом уме могу своей силой дел натворить.

– Да ты и без силы можешь, – отмахнулся Кейман. – Тебе палку выдай, последствий не оберешься.

Я хихикнула, поняв, что он говорит о штормграме. Всеобщее помешательство не прошло, а Брина была совершенно права: наши с ней фото в пижамах и рубашках разлетались с космической скоростью. Уже к вечеру на доске объявлений висела выдержка из директорского приказа. Я опоздала к Кейману на пять минут как раз потому, что с интересом читала новые правила школы.

Вниманию адептов! Просим ознакомиться с изменением школьных правил!

Пункт 12.4 Устава Высшей Школы Темных «Об использовании в стенах школы артефакта “Штормграм”».

12.4.1 Запрещается использование артефакта во время занятий.

12.4.2 Запрещается использование артефакта для списывания.

12.4.3 Запрещается использование артефакта с целью травли, оскорбления, шпионажа и других действий, предусмотренных Сводом Законов Королевства Штормхолд.

12.4.4 Запрещается использование артефакта в провокационных целях, использование чужого артефакта.

12.4.5 Использование артефакта разрешается только с указанием настоящего имени владельца артефакта. Все артефакты неустановленных лиц подлежат уничтожению.

12.4.6 Запрещается приобретать артефакт у сторонних лиц в городе и проносить его в школу.

12.4.7 КАТЕГОРИЧЕСКИ запрещается распространять при помощи артефакта следующую информацию:

– копии ученических работ, семестровых заданий и других учебных материалов, за исключением методических

– изображения эротического или иного откровенного характера

– изображения сотрудников школы, в том числе обслуживающего персонала

С полным перечнем правил учащиеся могут ознакомиться в канцелярии. Для разъяснения отдельных пунктов необходимо обращаться к заместителю директора по воспитательной работе магистру Ванджерии.

Внимание адептам! У администрации ЕСТЬ экземпляр штормграма. И мы ВИДИМ, что вы там создаете. Будьте осторожны и предусмотрительны.

Приятных выходных, с уважением, дирекция.