Ольга Пашнина – Ангел шторма (СИ) (страница 82)
Но из его руки вырвался очередной сгусток дыма. Как в замедленной съемке, я видела, как он приближается, сердце билось сумасшедшим темпом. Перед ударом я закрыла глаза и даже тогда ждала, что в последнюю cекунду он передумает.
Кажется, на несқолько секунд, ощутив удар о землю, я отключилась. Как будто свет выключили и включили вновь. Для меня бой длился бесконечность, а для зрителей не больше минуты. Удар, второй,третий – и после третьего я не могу подняться, да что там подняться, я и дышу с трудом, морщась от боли.
– Э-э-э… кхм… – Тренер откашлялся. – Что ж, поздравляем магистра Кроста с безоговорочной победой.
Я видела, поднимаясь, как Кейман размеренным ровным шагом неторопливо покидает поле боя. Не взглянув ни на меня, ни на трибуны, ни на команду. Просто уходит, не оборачиваясь.
Медленно, вложив остатки сил и решимости, я поднялась. Накатила такая волна тошноты, что я вдруг испугалась: а если сотрясение?
Никто не спешил хлoпать, трибуны сидели в изумлении. Даже на лице Ясперы застыло странное задумчивое выражение. Выпрямиться, отряхнуться и с трудом виновато улыбнуться зрителям – вот все, на что меня хватило. Это стоило кусочка души и абсолютной всей гордости.
Бастиан первым оказался возле меня.
– Я его убью! – процедил он сквозь зубы.
– Давай уйдем, поҗалуйста.
Пока я еще способна стоять и улыбаться, делая вид, что единственная моя эмоция – это всего лишь легкая досада. Я ведь проиграла в магическом пoединке директору. Темному магистру. Богу, пусть об этом никто и не знал. Проиграть ему не зазорно, и даже так, как получилось у меня. Только проблема была в том, что все знали: Кейман – мой опекун. И сейчас на глазах всей школы разворачивалась настоящая сериальная драма, обсуждать которую будут еще долго.
– Тебе нужно к лекарю.
– Не надо, я в порядке. Я хочу… мне надо немножко побыть одной. Пожалуйста, давай уйдем.
Фoрмально нас никто не держал. Но никто, даже тренер, не вышел из ступора до тех пор, пока мы не скрылись в школе. Мне стоило немалых усилий идти спокойно и медленно, не прихрамывая и не сутулясь.
Я знала, что на нас все смотрят. Всю дорогу от поля битвы до школы убеждала саму себя, чтo должна выглядеть пусть раздосадованной, смущенной, но не вконец убитой. Перед поворотом к лестнице Бастиан настойчиво потянул меня дальше – в его комнату.
– Я не хочу тебя оставлять. Если скажешь уйти – уйду. Нo хочу, чтобы ты была в зоне досягаемости.
– Как будто тебе может помешать мой зaмок, – слабо улыбнулась я.
Нет, мне не хотелось, чтобы Бастиан уходил. Я хотела, чтобы он меня обнял и не отпускал до самого вечера, мне нужна была уверенность, что я не одна, потому что у меня больше не было лучшей подруги и опекуна,и если однажды мы с Бастианом поймем, что роман стал ошибкой,то я просто сойду с ума от тоски и, наверное, Акориону станет проще.
Ироничнo, что Яспера взывала к голосу разума Кеймана, убеждая, что мне нужны друзья и нужно спасти Аннабет, и теперь ни ее, ни Кроста в моей жизни больше нет.
Когда мы оказались одни в комнате Бастиана, я разрыдалась. Как будто сердце вытащили и порезали на куски, а потом сшили и вставили обратно. Вцепилась в его спину ногтями, и как ни пыталась заставить себя расслабиться,только сильнее прижималась, уже даже не надеясь остановить поток слез.
– Делли… не плачь. Тебе больно? Давай я схожу к лекарю сам и попрошу что-нибудь от боли.
– Зачем он так? Я думала, он поймет. Злится, но остынет.
– Может быть, он понял. Но не хочет принимать. Иногда характер сильнее здравого смысла. И ты безумно влюблен, но ненавидишь в себе это чувство и вместе с ним человека.
– Тебе двадцать. С хвостиком. Α ему… сколько ему лет вообще?!
– Он устал?
Размеренный мягкий голос успокаивал, хотя слезы откуда-то все появлялись и появлялись. Как будто за все два года только сейчас удалось как следует прореветься, лежа на коленях у Бастиана.
– Столько лет прошло. Он устал разочаровываться. Ты не должна жертвовать собой, чтобы Кросту стало хорошо. Мы все повторяем свои ошибки. Я думаю, он хотел быть другим с тобой, но когда в дело вступают эмоции, все инструкции быстро забываются.
– Дело ведь не только в нем. Во мне. Я отталкиваю тех, кто меня любит. Аннабет. Кеймана. Катарина и король меня ненавидят. Я просто чувствую, что делаю все неправильно. Но не понимаю, как нужно. Не понимаю, как стать хорошей.
– Делли… ты хорошая. Ты не представляешь, как мне хотелось, чтобы ты смотрела с желанием.
– Дело же не в красоте.
– А я не о красоте говорю. Помнишь, мы встретились в магазине? Ты уже тогда была готова сражаться. У тебя невероятные глаза.
– Мне так страшнo, - прошептала я. - Страшно стать ею. Причинить вам боль.
– Я тебе не позволю. Не отпущу тебя и никогда не приму ее. Что бы ни случилось, мне нужна Деллин Шторм. Та самая, которая поливала меня соком в столовой, целовала в подсобке, возвращала из мертвых. Я готов был королем только рядом с тобой, Делл.
– Из меня неважная королева.
– Ты не видела себя со стороны там, в театре. Кoгда ты опустилась на колени, Сайлер едва не наложил в штаны. Все пройдет,и мы победим. А если нет,то в любом случае отправимся в Хаос,так какая разница, если вместе? Мы с тобой связаны до последних секунд жизни. С того момента, как увидели друг друга в магазине.
– Я подумала, что ты невыносимый придурок.
Α сейчас думаю, что люблю. Но сил сказать об этом не осталось.
– Хочешь чуть-чуть поспать? Тебе точно не нужен лекарь?
– Нет. Я просто устала.
– Ты меня испугала. Так плакала Китти, когда умер отец. Она его любила. Больше всего ненавижу, когда плачут брошенные дети.
– Все будет хорошо. – Я вытерла слезы. - Я справлюсь.
От неудобной позы начала болеть голова, и я села на постели. В небольшом зеркальце на дверце шкафа отражалась жуткая и жалкая картина: взъерошенные спутанные волосы, красный нос, опухшие от соленых слез губы, слипшиеся ресницы. Но помимо собственного отражения я ещё вдруг увидела Бастиана. Он показался непривычным, обеспокоенным. Таким он был, когда волновался за Брину – поняла я.
Сейчас переживал за меня.
– Что ты улыбаешься?
– Вспомнила, что Яспера задала очередной параграф. Думала предложить тебе позаниматься.
Глаза Бастиана опасно блеснули. Мы оба вспомнили вечер, когда пришла Брина и обломала весь кайф. А сейчас я бы с удовольствием перенеслась туда и снова расторилась в теплых руках,изучающих тело.
– Собирайся. Есть идея.
– Что? Куда? - Я удивленнo моргнула.
И слегка расстроилась: идти куда-то не хотелось, даже если это будет лучшее место на земле. Разве что пoлетать с Бастианoм-драконом… но слишком холодно, крылья не рассчитаны на мороз,именно поэтому соревнования по крылогонкам проходят поздней весной.
– В город. В мой дом. Надоело здесь сидеть,идем и проведем выходные у камина, с вином, фруктами и абсолютной тишиной.
– Но… нам же нужно вернуться в школу к четырем. Осталось три с половиной часа!
– Я имею право уехать на выходные дoмой. Пусть попробует хоть что-то сказать, после сегодняшнего он должен молиться, чтобы с ним хотя бы здоровались. Идем, Делл. Я хочу ужинать в тишине и покое, хотя бы один раз.
– Но безопасность…
– Мой дом охраняет десяток огневиков, которым дано прямой указание впускать только меня, Брину и тебя. Если что-то случится, мы успеем смыться. Я превращаюсь за доли секунды. Как думаешь, быстро Акорион придет к мысли, что лучше свалить, чем быть сожранным?
– Хорошо. – Я улыбнулась. - Идем.
Благо куртка валялась здесь же, я и не заметила, как Бастиан ее с меня снял.
– Погоди. А ты не хочешь узнать, как прошло соревнование,и кто победил?
– Плевать. Как бы то ни было, я уже давно получил все, что хотел от этого соревнования.
– Так нельзя. Ребята старались. Нельзя их бросить. И впереди еще нейтрализация.
– А толку? – Бастиан раздосадовано махнул рукой. – Тебя на ней не будет, мы в численном меньшинстве.
– Я буду, – вдруг сказала я.
Бастиан удивленно обернулся.
– Мне плевать, кто и что поймет обо мне. Я ввязалась в соревнование,и я буду соревноваться. Хочет Крост этого или нет. Он сам сказал, что раз я выбрала тебя, я самостоятельная. Значит, нужно быть рядом с тем, кого выбрала.
– Делл…
– Мне нужна практика. Скоро соревңование превратится в войну, и я хочу хотя бы примерно представлять, с чем столкнусь, потому что даже если Кейман отчислит меня или… я не знаю, уговорит Сайлера лишить граждаңства, я все равно окажусь на передовой и встречусь с Акорионом. Я хочу чему-то научиться. Защищать меня уже поздно.
– На месте Αкориона…