Ольга Палагина – Любавинские истории: Хроника одного чрезвычайного происшествия (страница 10)
Так вот, утро, пятница…
Из-за отключения света работа у Петьки в мастерской отменилась – он занимался вытачиванием всяких разнообразных деревянных вещиц из липы. В итоге у него случился неожиданный выходной, и чё-то вдруг захотелось ему этот неожиданный выходной провести как-то по-особенному. Погодка шептала, птички игриво щебетали в саду, безмерно радовало ласковое летнее солнышко, и настроение у него случилось такое же радостное, игривое, можно сказать, даже шкодное.
Узнал Петька, что тёща его за свиной кровью собралась к своим родственникам; они там сегодня свинью заколоть решили и по родне парное мясо сразу же раздать, так как откармливали все вскладчину. Тёща в откорме порося не участвовала, но не прочь была на дармовщинку разжиться свежей кровушкой, так как она единственная среди всей родни обожала домашнюю кровяную колбасу и делать её предпочитала сама, единолично, по своему особенному рецепту у себя на кухне. В этот момент и пришла в Петькину бедовую головушку безумная идея, как над тёщей своей «любимой» покуражиться да душеньку свою отвести за все её надругательства над его мужскими достоинствами.
А тёща была с характером таким, что не дай Бог! Даже родственнички побаивались с ней связываться. Мужа она похоронила рано, видимо, тоже довела в своё время до ручки. Однако фотографию покойного супруга она всегда держала на прикроватной тумбочке и, иногда поглядывая на неё с тоской вселенского масштаба, тяжко вздыхала, приговаривая грудным низким басом: «На кого же ты меня оставил, сволочь?..» – и роняла скупую вдовью слезу.
Единственную родную дочь порой доводила так, что та уже готова была снять квартиру где-нибудь в соседней галактике только б подальше от своей придирчивой мамаши. Каждый раз, когда разгорались бурные сцены, и мамаша отправляла «любимого» зятя вместе с дочерью на все четыре стороны (и даже на пятую и шестую – мысленно), Петька стоически продолжал нести свой крест и, либо тихонько шуршал в мастерской, либо пытался успокоить двух яростных представительниц разных, но непримиримых женских характеров. В итоге, каждый раз, после улёгшейся очередной бури всё и все оставались на своих местах.
Зинаида Ивановна к тому же была большой любительницей по-собачиться с соседями. В некоторых ей не нравилось решительно всё: от невыкрашенных заборов до занавесок на окнах. А уж особенно её раздражали счастливые семейные пары, на которые она смотрела враждебно, прищурившись и констатируя вслух, что это они только на людях прикидываются счастливыми. Нет, у неё было несколько приятельниц, но все они, как и сама Зинаида Ивановна, были безнадёжно одиноки. В общем, ещё тем тираном местного разлива прослыла Зинаида Ивановна в округе.
Зятя она постоянно доставала разными придирками: не так делаешь, не там стоишь, не там сидишь, не так ешь и так далее. А самая любимая претензия у неё была такая: «Голова дана людям на то, чтоб соображать! А ты в свою голову только есть умеешь! Толку от твоей бестолковки нету и никогда уже не будет! Уже скоро за сорок, а ни на чё так и не заработал. Пень безголовый!» Дочка хоть и категорически возражала, что ему ещё и тридцати нет и что он основной кормилец в семье, но толку от этого было мало. Мамаша, как назло, при любом удобном случае трындела одно и то же всем про Петькину голову, а самому Петьке чаще всего. Хотя на самом деле и соображал он прекрасно, и руки из нужного места у него росли, но тёще было на это абсолютно наплевать, она любила, как говорил Петькин родной брат Андрей, «есть мозг чайными ложечками».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.