Ольга Орлова – Сталинградское Евангелие архимандрита Кирилла (Павлова) (страница 9)
Юрий Беледин, который много лет сопровождал Якова Павлова на его послевоенных встречах с трудовыми бригадами в Волгограде, пишет о крайне сложных отношениях двух главных защитников дома Павлова: Якова Павлова и Ивана Афанасьева. Герой Советского Союза Яков Павлов ни разу не посетил неформальные встречи однополчан на квартире у Зинаиды Петровны Селезневой. Однако, по словам самой Зинаиды Петровны, ни журналист Юрий Беледин, ни оборонявшие дом Павлова и собиравшиеся у нее ветераны не высказывали сомнений в том, что сержант Яков Павлов защищал дом на улице Пензенской. «Яков Федотович не приходил на наши неформальные встречи, но в Волгоград приезжал. Его в дни Сталинградской битвы и обороны дома прекрасно помнила моя мама», – рассказывает наша собеседница.
В архивах Волгоградского музея-панорамы «Сталинградская битва» хранится самая первая публикация о доме Павлова – очерк фронтового корреспондента Юлия Чепурина в «местной» газете 62-й армии «Сталинское знамя» от 31 октября 1942 г. (то есть в разгар обороны дома). В этой статье упоминается сержант Яков Павлов.
Материал Чепурина «Дом Павлова» в 1943 году был перепечатан и в брошюре «13-я гвардейская в боях за Сталинград»[30]. Эту брошюру, а также еще один экземпляр газеты «Сталинское знамя» нам уже в Москве предоставила вдова Юлия Чепурина – Т. С. Чепурина.
Сегодня известно, что еще до начала обороны дома Павлова Я. Ф. Павлов был представлен к награждению орденом Красной Звезды (получил, правда, только медаль «За отвагу») – за взятие одного из домов в центре города 18 сентября 1942 г. – по мнению экспертов, речь шла о Военторге[31].
Таким образом, имеющиеся на сегодня архивные документы и свидетельства не позволяют сомневаться в том, что Яков Федотович Павлов – участник обороны дома-крепости, официальная история которого – как многое в ту пору – переписывалась в угоду политическим интересам.
В то же время наши встречи и исследования в Волгограде и Можайске не смогли заполнить белые пятна в военной биографии Ивана Павлова. Поиск документов о его боевом пути продолжился уже в столичных архивах.
Проследить путь солдата на войне непросто – порой единственным документом, свидетельствующим о его пребывании в той или иной части, являются раздаточные ведомости на выдачу денежного содержания.
Именно такие документы с подписями рядового Ивана Павлова были найдены в архиве 254-й танковой бригады за период с ноября 1942-го по декабрь 1943-го[32].
К этому времени в Сталинградском котле оказывается огромная группировка немецких войск общей численностью более 330 тысяч человек. На помощь терпящей бедствие армии генерал-фельдмаршала Паулюса идут танковые части генерала Манштейна.
254-я танковая бригада продвигается к Сталинграду с юга, делает марш-бросок в 60 км и в районе колхоза имени 8-го Марта входит в состав 57-й армии Сталинградского фронта. В конце 1942 года она занимает «подвижную оборону» с целью не допустить немцев к Сталинграду[33].
Сам отец Кирилл вспоминал, как брали они в кольцо Сталинград и мерзли в заснеженных окопах: «Два метра снег. Вкапывались лишь на метр, так и мерзли, закутавшись в шинели, да еще в трофейные, немецкие. Еду подвозили только ночью, остывшую, мерзлую. Как выжили?.. Чудом Божиим!»[34]
Рассказывал батюшка, как молился он в холодных траншеях под звездным небом: уходил немного в сторону и читал «Отче наш». И это не вызывало ни смеха, ни удивления – на передовой неверующих не бывает. Ни курить, ни разводить костры тогда не разрешалось. Чтобы как-то согреться, полагалось немного спирта, но его Иван отдавал товарищам. А ночью вражеские грузовые самолеты сбрасывали провизию немецким солдатам, и иногда эти «посылки» залетали в наши окопы, что вызывало ликование бойцов.
В таких сверхчеловеческих условиях они и воевали, не обращая внимания на простуженные легкие, которые напомнили о себе уже после войны. А тогда даже мечтали: «Заболеть бы… Чтобы в госпитале отдохнуть».
Но никакая хворь не брала. «Бежишь, – вспоминал батюшка, – у тебя оружие тяжелое наперевес, прыгаешь через какие-то широченные балки, рвы, канавы. И хоть бы что-нибудь переломал себе или вывихнул».
В найденной боевой характеристике красноармейца Ивана Павлова говорится о его подвиге на юго-западных подступах к Сталинграду, у деревни Цыбенко (он был подносчиком мин и «своевременно обеспечивал расчет, который уничтожил до 90 солдат и офицеров противника, 3 немецких миномета, 4 автоматчика»)[35].
Сразу после окончания Сталинградской битвы – 6 февраля 1943 года – за боевые заслуги Ивана Павлова примут кандидатом в члены ВКП(б).
«Они наметили нас пять человек – дескать, победили под Сталинградом, молодые, дисциплинированные – политрук поручился, прошение написал…» – рассказывал отец Кирилл об этом эпизоде своей военной биографии.
Летом 2019 года в Центральном архиве Минобороны было обнаружено личное дело кандидата в члены ВКП(б) красноармейца Ивана Дмитриевича Павлова, а в нем – следующие документы:
1. Заявление о приеме в партию в партбюро мотострелкового батальона 254-й танковой бригады, датированное 4 февраля 1942 года;
2. Анкета кандидата с перечислением мест его службы в годы войны;
3. Автобиография с личной подписью;
4. Рекомендации от трех членов ВКП(б);
5. Боевая характеристика Ивана Павлова от заместителя командира роты по политической части.
В анкете впервые упоминается место пребывания рядового Ивана Павлова в сентябре-октябре 1942 года (время обороны дома Павлова): госпиталь на станции Кайсацкая Сталинградской области. Проверить полученные сведения мы решили в архиве военно-медицинских документов в Санкт-Петербурге.
В декабре 2019-го по нашему запросу его сотрудники обнаружили историю болезни Ивана Павлова в эвакуационном госпитале № 2904 на станции Кайсацкая Сталинградской области[36].
Из документа следует, что 7 сентября Иван Павлов был ранен и на фронт из госпиталя вернулся только 11 октября. Его новым местом службы и стала 254-я танковая бригада. Еще одно «белое пятно» в биографии отца Кирилла было заполнено. Результаты поисковой работы в 2020 году опубликовал журнал «Фома»[37].
В то же время, как и волгоградский журналист Юрий Беледин, мы далеки от мысли претендовать на «последнее» или даже предпоследнее слово в разговоре с читателем о боевом пути старца Кирилла.
В 1986 году, спустя 40 лет после демобилизации, батюшке был вручен орден Отечественной войны II степени. А на лицевом листе его учетной карточки, хранящейся в Сергиево-Посадском военкомате, кто-то написал: «Герой Советского Союза». Когда и по какой причине появилась эта надпись – неизвестно.
«Запись «Герой Советского Союза» в учетной карточке участника Великой Отечественной войны рядового Павлова И. Д. не подтверждена документально и является ошибочной», – ответил в январе 2018 года на наш запрос В. Баландин, военный комиссар города Сергиев Посад.
В полных списках всех награжденных званием Героя Советского Союза уроженец села Маковские Выселки Иван Дмитриевич Павлов действительно не значится.
Также нет его и в списках лишенных этого звания.
Но вернемся к событиям 1943 года, которые определили весь дальнейший жизненный путь и служение отца Кирилла.
Освобожденный Сталинград встретил советских воинов скелетами разрушенных зданий и улицами, заваленными телами погибших. До конца жизни батюшка не мог забыть странную и страшную тишину и трупный запах, делавшие Сталинград совершенно мертвым городом, вселявшим ужас.
Там, в развалинах одного из разбитых бомбежкой домов, Иван Павлов и нашел Евангелие. Собрал его по листочкам, стал читать и воспрял душой.
Встреча с Евангелием в разрушенном Сталинграде стала ключевым моментом в его биографии, воскресила к новой жизни во Христе. «Был апрель, уже пригревало солнце, – вспоминал отец Кирилл много лет спустя. – Однажды среди развалин дома я поднял из мусора книгу. Стал читать ее и почувствовал что-то такое родное, милое для души. Это было Евангелие! Я нашел для себя такое сокровище, такое утешение! Собрал я все листочки вместе – книга разбитая была, и оставалось то Евангелие со мною все время. До этого такое смущение было: почему война, почему воюем? Много непонятного было, потому что сплошной атеизм был в стране, ложь, правды не узнаешь. А когда стал читать Евангелие – у меня просто глаза прозрели на все окружающее, на все события»[38].