Ольга Орлова – Призрак-голос (страница 2)
– Доброе утро. – прозвучало, как только я села в кровати.
– Ненавижу это утверждение. Особенно когда утро очевидно не доброе.
– Я учту на будущее.
– Хм… – надо же, какое вежливое привидение.
– Я честно стараюсь находиться в состоянии покоя, чтобы меньше сводить вас с ума. Но я никогда в этом не практиковался.
– Да что уж теперь.
Не сон.
Так.
Голова ватная, движения заторможенные. Это передаёт привет вчерашний коньяк. Пальчики дрожат. Мне нужен какой-то ориентир, как в фильме “Начало”. Во сне я не чувствую, только вижу и слышу. Соответственно я могу проверять через тело.
Я впилась ногтями в ладони. Что ж одно из двух: или я научилась чувствовать во сне, или я не сплю. Примем второе утверждение, как верное, и будем действовать исходя из него.
Прежде всего нужен кофе. И завтрак.
– Я никогда не любил и не понимал медитации и практики освобождения разума от мыслей. В принципе не понимал – зачем? Я мыслю – следовательно я существую, зачем освобождать разум от мыслей, зачем отказываться от существования? Кто ж знал, что в посмертном существовании мне это может пригодиться. Да признаться честно, даже если бы и знал, ничего бы не предпринял. Тратить столько драгоценного времени жизни для того, чтобы уже после неё доставлять меньше неудобств одному единственному незнакомому человеку я бы не стал, уж извините.
– Да, в этом я вас прекрасно понимаю. Но, уж извините, я до завтрака не разговорчивая.
– Я и не настаиваю на диалоге. Как я уже говорил, вы слышите весь ход моих мыслей. В том числе всё то, что люди обычно не произносят вслух. Это не требует ответа.
– Угу.
Так. Кухня. Пока я варила кофе и жарила себе яйца (а что ещё нужно после коньяка на ночь), я заметила, что призрак-голос продолжал что-то бубнить, но на кухне было меньше слышно. При желании можно не разбирать слова, как телевизор на фоне.
Таааак. Кофе. Горячий, но не обжигающий, идеально. Я позволила себе ни о чём не думать и превратиться в единственное чувство – вкус. Желудок после коньяка требовал чего-то жирного и стоящего. Мой личный номер один – это два яйца и тост с маслом и колбасой. Вкусовые рецепторы каждый раз ликуют, но я не каждый раз отдаю им всё внимание. А вот сейчас получилось, как никогда.
****
Через несколько минут вата покинула пределы моей головы. Но ещё пару минут я просто наслаждалась. Потом вдруг, я резко разобрала слово “ингибитор”, и опять вернулась в реальность. Ну, или что у меня сейчас вместо неё.
Таааак.
Если в кухне слышно хуже, есть надежда, что динамик в комнате. Тогда что? Тогда надо записать диалог на диктофон, это сейчас самое простое. В идеале дать послушать кому-то, но у меня никого нет. А ловить прохожих с фразой: “не могли бы вы послушать, на этой записи два голоса или один?” ну такое. Как минимум, я могу послушать сама, но не здесь. Да, пожалуй хотя бы с этого стоит начать.
Я на секунду прислушалась.
– Это вообще область физики или биологии? Я вообще не представляю, как мутации в генах могут привести к тому, что мозг стал приёмником для энергии. Хотя, конечно, что я больно знаю о мутациях.
Хм, призрак или пранкер, но он хорошо эрудирован. Хотя, если это порождение моего больного сознания, то не удивительно. Тогда он знает всё, что знаю я.
Но что интересно, это то, что я не понимаю ничего об этом голосе. Высокий он или низкий, женский или мужской, детский или взрослый? Ну, окончания в речи были мужские. Но я не знаю ничего о характеристиках голоса. Как и у моего внутреннего голоса… Что это нам даёт? Ничего хорошего…
Но это всё ещё может быть особая акустика, или же моё сознание под саму эту ситуацию нагнало мистики, в итоге я не совсем верно интерпретирую звуковые сигналы.
Так. Сначала эксперимент, потом вывод. Где у меня там в телефоне был диктофон?
******
– Эм…, привет? – я вернулась в комнату.
– Привет. – ответила пустота.
– Так. Неловко это всё.
– Согласен.
– Давай начнём с того, как мне тебя называть?
– Я не помню. Строго говоря, я не уверен, что у меня есть память в классическом представлении…
– Подожди, пожалуйста. Давай устройство твоей памяти обсудим как-нибудь в другой раз. Ты можешь выбрать любое имя. Или я могу тебя называть “призрак”, если это корректно?
– Я боюсь, правил этикета для подобных случаев не придумали.
Не знаю как, но я знаю, что тот, кто сказал это, улыбается. Я не понимаю почему, но я это просто знаю.
– Слово “призрак” меня не обижает.
– Хорошо, как скажешь.
– Аа…
– Что?
– Как мне обращаться к тебе?
– А да. Я Агата. Для друзей, если бы они у меня были, я была бы просто Ата.
– Хм, Агата. До тебя в этой квартире жили Ирина, Максим, Настя. Ну, а ещё раньше – Призрак.
– Итого три жильца.
– Три жильца и все их гости. И никто меня не слышал… Знаешь, я пока не определился, рад я или нет. С одной стороны новизна – впервые за десять лет диалог. С другой, мне правда жаль, что из-за меня ты, ну…
– Не уверена в том – меня разыгрывают или я сплю, или больна, или уже лежу в дурке в мягкой комнате под препаратами?
– Ну, не так жёстко.
– А разве возможно мягче?
– Не знаю.
Повисла тишина. Ну почти. Призрак-голос что-то очень тихо и невнятно бубнил. Звучало совсем как телевизор у соседей. Я молчала. Думала.
А потом, мне пришло сообщение на телефон. Я уже опоздала на работу на 15 минут. Ну, и что мне говорить о причине опоздания?
– Знаешь, все пункты, кроме последнего, требуют, чтобы я шла зарабатывать себе на жизнь.
– Да конечно.
– А ты.. Эм…ну, я не знаю как ты устроен. Ты можешь временно переместиться в кухню? Мне нужно переодеться.
– Ээ, не мог бы. Но у меня нет глаз. У меня в целом нет человеческого восприятия.
Я глубоко вздохнула. Времени на выяснения, что у него там за восприятие (или же есть ли у этих пранкеров камеры) не было. Что ж, не первый раз переодеваемся в общественном месте. Заменить верх, чтобы никто ничего лишнего не заметил – легко. С низом посложнее. Приняв во внимание факт, что в кухне Призрака хуже слышно, я пошла проверять в ванную. В ванной было слышно даже капельку хуже, чем на кухне. Что ж, это радует.
Глава 4
Из квартиры я вышла по привычке не попрощавшись, а вдогонку услышала “хорошего дня”. Забавно чувствовать себя пристыженной пранкером или собственной болезнью.
Сейчас я работаю в продуктовом магазине в графике два через два. Два дня работаю, два отдыхаю. Получается в месяц я работаю две недели. Я выкладываю товары, собираю заказы, перебираю просрочку. Это меня не напрягает, и даёт достаточно денег, если никуда не ходить. А я никуда и не хожу.
День был занятой, и рядом всё время были сотрудники или покупатели. В общем, запись я не прослушала.
После двенадцатичасовой смены, я привычно шагнула за порог и… застыла. Ненавижу подвешенное состояние. Вот что сейчас делать? Идти домой? Наоборот, больше туда не возвращаться без сторонних свидетелей? Слушать запись?
Я выбрала идти. Идти вперёд. Потом налево, вперёд и направо. Там небольшой сквер. Конечно, там можно встретить нариков или несовершеннолетние парочки. Но, если повезёт, то я там буду одна.
Мне повезло. Я села на скамейку с заплёванным асфальтом, вдохнула свежий вечерний воздух и посмотрела на луну. Вид был красивый. Что ж, если сходить с ума, то здесь, как минимум, кинематографично.