Ольга Олие – Проводник для призраков (страница 3)

– И когда ты все успеваешь? – удивилась я. – Ты же из номера не выходила. Или все же отправилась без меня гулять?

– Нет, я на балкон выходила покурить, а два знойных красавца мимо проходили, – заулыбалась Ксюша.

– Хм, мы на третьем этаже. Как же ты ночью рассмотрела, что они красавцы? Тем более с твоим зрением? – ухмыльнулась, поглядывая на подругу. Та снова заливисто рассмеялась.

– Мое зрение достаточно острое, когда на горизонте появляются достойные кандидаты, – вышло малость пафосно.

– И ты, конечно же, не дала им пройти мимо, – утвердительно заметила я. Она кивнула. – Ладно, пошли купаться.

Распаковав сумку, развесив одежду, быстро переоделась в купальник, повязала поверх парео, схватила полотенце, и мы с Ксюшей наперегонки помчались к морю. Да, в фойе на нас недоуменно смотрели пожилые пары, расфуфыренные девицы и слишком напыщенные типы, но нам было плевать. Мы приехали развлекаться. И как мы это станем делать, никого не волнует, кроме нас самих.

Стоило примчаться к морю, как я в восторге застыла. Чистое, прозрачное, видны камешки на дне, мелкие стаи рыбок, шугающиеся в разные стороны при малейшем нашем движении. Как же красиво. Блики солнца играли на воде, слепили глаза. Но душа радовалась теплому дню, чудесной погоде, а самое главное, самому морю. И это я не говорю про воздух. Здесь хотелось дышать полной грудью.

Скинув парео, оставив на нем полотенце, я бросилась в воду. Она оказалась теплой. Я поплыла навстречу волнам. Подруга поплескалась на берегу и решила позагорать. Я же, вволю накупавшись, вышла на берег. Рядом с Ксюшей уже сидели двое парней. Они действительно оказались симпатичными: черноволосые, смуглокожие, с хорошей спортивной фигурой. Парни словно сошли с обложки журнала. В груди зазвонили тревожные колокольчики. От таких ничего хорошего ожидать не приходилось. Я покачала головой, посмотрев на Ксюшу, но она ничего не замечала, поглощенная одним из парней. Только когда я упала на полотенце рядом с ней, обернулась, расплылась в улыбке. Блеск ее глаз мне не понравился.

– А это моя подруга Дарья. Прошу любить и жаловать, – представила она меня.

– Любить, это мы всегда пожалуйста, – хорошо поставленным голосом с чарующей бархатинкой отозвался один из парней. – Меня Рустам зовут.

– А я Хаим, – широко заулыбался другой. От обоих повеяло холодом. С чего бы это? Я приклеила на лицо улыбку, с ней и просидела часа полтора, ведя неспешную беседу с новыми знакомыми.

Самое поразительное, они говорили много, но о себе ничего толком не сказали. А ведь я задавала вопросы в лоб: кто такие? Откуда? Чем заняты по жизни? Вместо ответов получила нечто уклончивое и несуразное с переходом на другие темы. Зато о нас они спрашивали много, в том числе и о финансовой стороне вопроса. Вот тут я насторожилась. И зачем им знать наше финансовое положение? Нахмурившись, я разглядывала каждого из парней по очереди. Им мое внимание не понравилось, это можно было судить по их взглядам, что они кидали на меня. По большей части я видела удивление. Странно. Такое чувство, что они в недоумении, почему я еще не пала жертвой их обаяния. Вон как Рустам усилил напор моего очарования. И руки целует, и в глаза заглядывает, и голосом пытается очаровать. Но от этого у меня только голова разболелась.

– Ксюш, я есть хочу, пошли, позавтракаем, – предложила я, когда скулы уже начало сводить от неестественной улыбки. Да и такое внимание уже достало.

– Может, позавтракаем в ресторанчике? В городе есть чудесный русский ресторан, – начал было Хаим. Я видела, подруга хотела согласиться, но я категорично заметила:

– Нет. Ресторан будет позже. А сейчас нам пора, – быстро подхватив свои вещи одной рукой, второй помогла Ксюше подняться и едва ли не пинками погнала перед собой.

– Дашка, ты чего? – уже немного придя в себя, сидя за столом в столовой, поинтересовалась девушка. Я же задумалась и нахмурилась.

– Ксюш, не знаю, правда, но не нравятся они мне. Чем – сказать сложно. От них будто холодом веет, неприятное ощущение. А ещё, если ты не забыла, у меня есть парень, – поделилась я. Но Ксюша, понятное дело, посмеялась надо мной.

– Да ладно тебе, ты просто боишься влюбиться. Твой Сережа… Он явно не герой романа, хотя и красив, как бог. Но мы же здесь как раз для безумств. Почему бы на время не забыть своего правильного и не закрутить курортный роман? – попыталась убедить меня девушка, но я мотнула головой.

– Нет, Ксюш, это страх другого рода, – не согласилась с ней. Но по ее взгляду поняла, что это бесполезно. – И Серёже я изменять не собираюсь, это называется предательство.

Дальнейший день прошел в купании и загорании. Естественно в компании двоих новых знакомцев. Они развлекали нас беседой, продолжали интересоваться нашей жизнью. Слишком живо интересовались, меня данный факт насторожил. Особенно, когда заметила, как загорелись глаза Хаима после того, как подруга призналась, что она сирота. Ее родители два года назад попали в автомобильную аварию. Сбил какой-то пьяный, когда они на остановке ждали такси. Виновного тогда так и не нашли. А Ксюша замкнулась в себе. Только полгода назад она начала оживать.

– А ты? Тоже сирота? – как бы между прочим поинтересовался Хаим.

– Нет, у меня бабушка есть. А к чему эти вопросы? – тут же заинтересовалась я. – Имеете какие-то виды?

– Ну что вы? Нам всего лишь интересно общаться с такими красивыми девушками, – мгновенно открестился мужчина. – Как на счет сладкого и попить?

Причем ни один из мужчин не пошевелился. Подруга вытащила кошелек, сама сходила за мороженым и за соком. Я смотрела на все удивленно. Это как понимать? Всегда считала, что ухаживать должны мужчины, а не девушки. Но подругу ничего не смущало. Она принесла сладкое Хаиму и Рустаму, вручила, как нечто само собой разумеющееся. На мой полный негодования взгляд первый отреагировал странно. Он вперил в меня покрасневшие глаза, я свои сузила, ожидая, что будет дальше. Теперь лицо и второго стало мрачным. Они явно чего-то ждали, но не дождались. Один из мужчин уже даже подался ко мне, но второй его удержал. А Ксюша ничего не замечала, она щебетала о том, куда мы пойдем вечером. То, что платить будет она, ее нисколько не смущало. Судя по всему, это явно не первые ее покупки. И как я пропустила? Хотела возмутиться подобным отношением, но меня опередили.

– Какие планы на дальнейший отдых? – задал вопрос Рустам, глядя именно на меня.

– Прогулки по городу, покупка сувениров, экскурсия и обзор пирамид, – четко отрапортовала я. Парни синхронно кивнули. Они вознамерились сопровождать нас везде. Хотя я бы предпочла избавиться от сомнительного удовольствия видеть эти наглые рожи. Но Ксюша настаивала, пришлось смириться.

На четвертый день мы, наконец, добрались и до пирамид. За эти дни накупили сувениров, посмотрели город. Заходили в кафешки перекусить. Двое сопровождающих нас мужчин вели себя нагло, развязно. Заказывали недешевые десерты, требовали ужинать в дорогих ресторанах. Везде платили мы с подругой. Причем и за себя, и за наших спутников. Ксюша этого не замечала. Она с головой ушла в романтику с Хаимом. Глаз с парня не спускала, когда он говорил, смотрела ему в рот. Меня ее поведение раздражало, но доводы разума уже не действовали. Я несколько раз пыталась возмутиться, но мне и рта не давали раскрыть.

Умом понимала, наших сбережений надолго не хватит. Когда мы летели отдыхать, то рассчитывали строго на себя, а не на двух альфонсов, решивших за наш счет отдохнуть на море. Я уже придумывала план, как поскорее отделаться от этих наглецов.

Оказавшись около пирамиды, остановились возле одной. На ней висела табличка:

Аменхотеп III – фараон Древнего Египта, правивший приблизительно в 1388–1351 годах до н. э., из XVIII династии. Сын Тутмоса IV и царицы Мутемуйи (Мут-ма-уа).

Время правления Аменхотепа III стало одним из величайших периодов расцвета древнеегипетской цивилизации. Свидетельства тому – грандиозные храмовые комплексы и превосходные памятники скульптуры, изящные туалетные вещицы и многие другие произведения искусства, считающиеся шедеврами лучших египетских собраний музеев мира. Несмотря на обилие этих свидетельств, Аменхотеп III всё ещё остается фигурой, во многом, загадочной и противоречивой. С одной стороны, он как никто другой почитал традиционных египетских богов и сооружал им роскошные храмы, с другой стороны, именно в его эпохе, когда царское самообожествление достигло невиданного размаха, лежат корни грядущей амарнской реформы.

– Ну что, пойдем смотреть Аменхотепа? – засияла Ксюша. Я кивнула. – А билеты?

– Два у меня есть, – подмигнула подруге, заставив скривиться наших сопровождающих.

– Даш, а почему два? – удивилась Ксюша. – Нас же четверо.

– Дорогая, тебе не кажется, что это перебор? Я не намеревалась содержать на отдыхе альфонсов, – припечатала я, смело глянув сначала на одного, потом на другого. – Ладно мы платим за них в кафешках. Но билеты не дешевые, я не для того вставала в пять утра, чтобы успеть их приобрести, чтобы еще и этих двоих за собой тащить. Пошли. Нам еще наверх подниматься. Вход во-о-о-он там, – я протянула руку, указывая подруге на виднеющийся высоко вход.

– Вообще-то наше время стоит дороже, – пафосно отозвался Хаим. Дружелюбие слетело с него, как шелуха. Мои брови взлетели вверх. Я недоуменно глянула на парней, потом на такую же прифигевшую подругу и… расхохоталась.