Ольга Олие – Принцесса из другого мира (страница 4)

Шли недолго, я даже не успела окончательно вспомнить всю свою свою жизнь. Мы вошли в огромное поселение, где нас уже ждали местные жители. На меня тыкали пальцами, выкрикивали ругательства, угрожали кулаками. Наверное, не виси я на плече одного из них, меня бы прямо тут и линчевали.

— Складывайте эшафот, как только солнце окажется в зените, мы ее казним, — отдал приказ тот, на плече которого я висела. Народ тут же разом загомонил и засуетился. А меня отнесли к колодцу и бросили в него, попутно сняв путы и распечатав рот.

Как я материлась, неудачно упав и отбив себе копчик. Еще и сумка больно впилась в бок. Хорошо, я сразу ее на себя повесила, как только вышла из озера. Иначе не видать бы мне моих вещей, как своих ушей. О, я даже стихами заговорила в стрессовой ситуации.

Немного отойдя от боли, посмотрела вверх. Высоковато, но вдруг получится сбежать, главное добраться до верха и под покровом темноты скрыться подальше от этих ужасных личностей.

Мне определенно стоило поторопиться, потому что тьма рассеивалась, наверняка скоро солнце начнет всходить, тогда мне точно не скрыться, я буду как на ладони, еще и перед разгневанными жителями странного поселения.

Я стала ощупывать колодец, а потом выругалась. Ни единого выступа, за который можно было бы зацепиться, а по гладким стенам я не научилась лазать. На меня накатила паника. Быть казненной мне совершенно не хотелось, но и выбраться отсюда не получалось. Несколько раз я все-таки попыталась подпрыгнуть, надеясь повыше найти хоть какую-то зацепку. Ничего, словно стенки обточили и отполировали с особой тщательностью.

Усевшись на землю, задумалась. На плечи опустилась многотонная плита осознания: домой я не попаду, Ричарда больше не увижу. Но тут же едва не подскочила. Мне и не хотелось его видеть. Я вдруг посмотрела на ситуацию с другой стороны. Это, как говорят, глаза открылись, когда розовые очки слетели.

И все эти восемь лет промелькнули для меня совершенно в другом ракурсе. Подготовка к экзаменам в школе. А ведь я тогда на самом экзамене практически все за него и сделала. При этом сама не заметила. Началось с одной подсказки, а закончилось полностью решенной работой. На ЕГЭ? Тоже отлично помогла получить высокий балл. В институте все рефераты, контрольные, курсовые тоже писала я. И выглядело это, как помощь. Он сидел со мной, просил помочь разобраться. Я рассказывала, объясняла, попутно машинально делая основную работу. И ведь тогда этого не замечала, гордилась успехами своего подопечного, как я про себя называла друга. Даже в компании Ричарда он спихнул на меня основную работу не только по моей должности, но и бухгалтерию тоже вела я. Степень доверия? Да сейчас. Выгодный «друг» под боком, сокращенная штатная единица, которой не надо платить.

И я все делала, ни разу не задумавшись над происходящим. Так, наверное, себя чувствуют наркоманы, одержимые дозой. Моим наркотиком был Ричард, он крутил мной, как хотел, а я, наивная, ничего не хотела понимать. И ведь каков актер? Партия сыграна на самую высокую премию.

Слезы потекли по щекам. Тот, кого я все эти годы беззаветно любила, меня просто использовал, а потом как подачки кидал наши ночи любви, чтобы привязать к себе сильнее. А ведь он прекрасно знал о моих чувствах. Знал и открыто этим пользовался. Даже квартиру мне искал скромную и недорогую, вяло предложив оплачивать ее, прекрасно зная, что я откажусь. Мне гордость не позволит пойти на такой шаг. Как же хорошо он меня выучил. Ему не Империю надо было создавать, а в психологи идти.

От осознания стало мерзко и гадко. Ну почему мои глаза не открылись раньше? Почему я этого не увидела тогда, будучи в своем мире? Видимо, так часто и бывает, все иллюзии разбиваются перед ожиданием смерти. Вот только мне совершенно не хотелось умирать. Но и как выбраться из колодца я тоже не имела понятия.

Углубившись в свои нерадостные думы, я не заметила, как уснула. Вот так просто отключилась, несмотря на грозящую мне опасность. А разбудили меня крики. Как оказалось, меня успели не только вытащить, но и привести на эшафот, где около столба была свалена куча веток. Интересно, почему я ничего не почувствовала?

На ум пришли картинки из истории. Прямо как во время инквизиции сжигали ведьм. Получается, меня сейчас будут жечь? Эту новость я приняла отстранено, будто меня накачали литрами валерианы, и я сейчас спокойно разглядывала сельчан.

Что женщины, что мужчины оказались под два метра ростом, массивные, черноволосые. Абсолютно все, словно это одна большая семья братьев и сестер. Но разве так бывает? Хотя больше всего поразило другое, только сейчас при пристальном разглядывании я заметила у них на голове небольшие рога. Мама дорогая, куда я попала? Получается, они не люди? А кто тогда?

В этот момент на эшафот поднялся тот, на плече которого меня сюда доставили. Вокруг мгновенно установилась тишина. Ага, наверное, это их главный, вон как преданно на него смотрят, едва ли не в рот заглядывают. А между тем мужчина заговорил:

— Мы три века берегли наше священное озеро от посягательств людей и нелюдей, спрятали его в чаще, окружили мощнейшей защитой, но появилась она, — палец в мою сторону, причем даже не смотря на меня. — И осквернила своим человеческим телом нашу святыню. За такое кощунство одно наказание: смерть!

— Три века? А вы неплохо сохранились. И как в пыль не рассыпались? — вырвалось у меня прежде, чем я подумала, о чем и кому говорю.

— Это все, что тебя волнует перед смертью? — вкрадчиво поинтересовался главарь.

— А что еще должно волновать? Вряд ли вы меня отпустите, если я пожелаю извиниться и сообщу в который раз, что понятия не имела о вашей святыне. Про таблички я уже сообщала. Не хотите лишних около озера, поставьте их, чтобы никто не шастал, — пожала плечами, открыто глядя на мужчину. — Единственное, от еды бы я не отказалась. Умирать на голодный желудок — не комильфо.

На меня посмотрели таким взглядом, словно я вторично полезла в их священное озеро. Ясно, отказано. И снова данный факт отметила достаточно отстранено. Сама же при этом пыталась сообразить, кто и когда успел так накачать меня успокоительным сверх меры, что у меня в данный момент даже чувство самосохранения отправилось в отпуск. Мне бы промолчать, покаяться во всех грехах, но я просто не могла, так как воспринимала всю эту ситуацию будто со стороны. Будто фильм смотрю.

— Смелая, но глупая, — припечатал еще один мужчина, разглядывая меня.

— Какая есть, — равнодушно пожала плечами, обводя взглядом присутствующих.

— Достаточно разговоров, пора сжечь человечку, — выкрикнул кто-то из толпы. Остальные подхватили:

— Сжечь! Сжечь! Сжечь!

Вот тут-то я впервые и увидела магию во всей ее красе. А именно: меня подняло в воздух и припечатало к столбу, а с рук одного из мужчин вырвалось пламя, охватывая хворост на эшафоте. Широко распахнутыми глазами наблюдала, как занимаются сухие ветки, как трещат, все больше разгораясь. И снова во мне ничего, похожего на страх, не шевельнулось. Где-то на подсознательном уровне кто-то твердил, что все будет хорошо.

Ага, хорошо. Вот сейчас мое тело сгорит, душа вознесется вверх, тогда наверное все и правда будет хорошо, никаких больше волнений, никто не станет меня больше использовать в своих целях, да только я стану немножко неживой.

Подняв глаза к небу, снова заметила парящего в вышине дракона, значит, мне тогда не показалось. Я вздохнула. Так и не успела толком рассмотреть новый мир. А деревенька-то ничего, чистенькая, ухоженная, дороги вымощены камнем, дома все как один высокие, светлые, вот только растительности я почти нигде не обнаружила. Странно, неужели ни одна хозяйка не любит сад-огород-цветочки и деревья? Вместо огородов и газонов все те же булыжники.

А еще я каким-то образом понимаю их язык. Так ведь не должно быть? То, что это не мой родной русский, я поняла еще с первых минут общения, тягучие гласные, немного спотыкательные согласные в связке с чем-то мне пока неизвестным. Речь определенно отличалась. Но теперь подобный феномен я вряд ли разгадаю. Если только не возрожусь, как феникс, из пепла. Интересно, тут такие существа есть? Ну, а что? Если драконы летают, почему бы и фениксам не жить в таком чудесном месте.

О чем я вообще думаю? Ко мне огонь все ближе подбирается, а я думаю о языковом барьере и о непонятных мифологических существах. На миг захотелось захихикать, определенно, на меня вот-вот накатит истерика.

Жар стал ощутимым, языки пламени все ближе подбирались ко мне, но что самое удивительное, они словно ластились, не желая сделать вреда. Да, жарко, от дыма слезились глаза, легкие забивались, но ожогов пока не предвиделось.

— Замечталась? — раздался над ухом голос, заставивший вздрогнуть. Если бы легкие не забились дымом, а горло не перехватил спазм, я бы заорала, потому что рядом никого не увидела. — Не вздумай кричать, — предупредили меня, будто прочитав мысли.

— Ты кто? — одними губами прошептала, решив, что окончательно свихнулась.

— Твой спаситель, — в голосе чувствовалась издевка, я на нее не купилась.

— Или мучитель, — прошипела, вспомнив типа на красном автомобиле. — Чего надо?

— То есть, факт, что я тебя просто так спасаю, ты не рассматриваешь? — ехидно поинтересовался невидимка.