Ольга Олие – Нечисть тоже мечтает о любви (страница 23)

– А много у нас таких опасных артефактов? – спросил парень, слишком неприметный и невзрачный. Мимо такого пройдешь – и взгляд не остановится.

– Есть сведения о десяти, но их местонахождение неизвестно, – отрезал магистр. – Только умельцы и слишком амбициозные личности ни перед чем не остановятся, чтобы отыскать то, что, по их мнению, принесет им власть и славу.

– Они настолько же опасны, как и Зеркало? – поинтересовался кто-то с задних рядов.

– Есть намного опаснее. Если Зеркало оставит в живых, выкачав всю силу и захлопнув резерв, то существуют артефакты, от которых можно и жизни лишиться, – ровно отозвался преподаватель. – О них мы сейчас и поговорим.

Мы слушали учителя открыв рот. Я так вообще все писала, так как мне это было поистине в новинку. К концу занятия я узнала, что есть вполне безобидные вещицы, такие, как, например, самая обычная шпилька, но она способна передавать мысли, а также служить проводником направленной ментальной магии, превращая носителя шпильки в самого обычного раба. Стоит милому украшению оказаться в волосах – все, жить магу остается максимум трое суток. Шпилька не только отбирает силу, но и питается энергией, высушивая до дна.

Пыльца фей. Ее еще называют Пыльцой забвения. Хранится, как правило, в перстнях или кулонах. Пока находится в спящем состоянии – почти безвредна, не считая легкого головокружения и рассеянности. Но стоит активировать безделушку кровью, вот тогда требуются жертвы, так как артефакт с Пыльцой слишком прожорлив, ему нужно как можно больше крови. Он как пиявка: пока всю не выпьет – не насытится.

Еще один артефакт – Писчее перо. Казалось бы, что в нем может быть опасного? Но именно это – особенное. Оно способно разорвать пространство и вытащить в наш мир любого монстра. Правда, и плату берет огромную, нужно как минимум пять жертв, чтобы полностью напитать Перо силой.

Фреска неизвестной богини. Этот артефакт почти никто никогда не видел, а кому довелось с ним встретиться, уже ничего не мог рассказать. Фреска – портал в темные миры, где обитают сущности-монстры. Как сказал преподаватель, чуть больше двух тысяч лет назад именно с помощью Фрески избавлялись от неугодных. Просто убить, например, высшего из правящего рода невозможно, а вот отправить в темный мир – никто никогда не найдет и не догадается. Да и виновных не могут найти. Видимо, кому-то все-таки это удалось, потому что артефакт спрятали как можно надежнее.

Ожерелье-убийца. Выглядит умопомрачительно, но стоит оказаться на шее девушки, начинает сжиматься. Всего несколько минут достаточно для того, чтобы убить даже бессмертного. Ведь без головы не смогут и те, кого не берет смерть.

Тетрадь желаний. В нее пишешь то, чего больше всего хочется. Желание исполняется, а вот плата берется в зависимости от сложности. Только сложность неизвестно кто определяет, потому что у того, кто загадывает, отбираются годы жизни. Как гласят легенды, кто-то и через несколько желаний не особо изменился, а некоторым не повезло – уже после первого становились дряхлыми и немощными, и это те, кто может жить несколько тысячелетий.

Кристалл истины. Хорошая штука, если бы не одно «но»: смертельно опасна для того, кто хоть раз соврет. Испепеляет мгновенно. Не делает исключений даже для недомолвок. Потому от него и отказались, спрятав подальше.

Меч тьмы. Или, как его еще называли, Разящий тьму. Независимо от того, в чьих руках находился, с ходу начинал петь, стоило поблизости оказаться темному. И не всегда это были монстры. Вампиры, демоны, дроу – все подвергались смертной казни от Разящего тьму. Именно поэтому и его поторопились спрятать.

– А сейчас я расскажу о десятом артефакте, его следы утеряны еще тысяча семьсот лет назад. Он является самым мощным оберегом для того, кого сам примет, но и смертельной ловушкой для воришки или желающего приручить его насильно. Это два гарнитура: Свет и Тьма. Свет символизирует нежнейшая камея. А вот Тьму – только черный камень в обрамлении мелких бриллиантов.

Каюсь, не удержалась, обернулась и посмотрела на Авриарта и Финару. Мне захотелось увидеть их реакцию на слова преподавателя. Если чернявый ничем не выдал своей осведомленности, то блондинка округлила глаза и с ужасом посмотрела сперва на меня, потом на магистра. Кажется, девушка осознала, какой опасности недавно подвергалась. И страх отчетливо отразился на ее лице. Она уже открыла рот, чтобы что-то уточнить, но ее опередили. С задних рядов спросили:

– А чем же эта пара так опасна? И какие последствия для ее хозяина или хозяйки?

– Хороший вопрос, – кивнул преподаватель. – Для хозяина или хозяйки эта пара, напротив, очень полезна – увеличивает силу, защищает и оберегает, практически даруя неуязвимость. А вот для того, кто рискнет коснуться вещицы, попытаться украсть или, что еще хуже, причинить вред владельцу, – сразу смерть, причем долгая и мучительная, без права помилования.

Финара всхлипнула. Наверняка снова вспомнила свои неосторожные действия. Звук не остался незамеченным. Магистр посмотрел на девушку и насторожился.

– Что-то случилось? Вы сталкивались с этой парой? – участливо осведомился он. – Насколько я знаю, это семейная реликвия вашего рода, только до сих пор никто не мог дать вразумительного ответа, существуют ли еще данные гарнитуры.

И снова Финаре не дали ответить. На этот раз вмешался Авриарт. Не знаю, что хотела поведать блондинка, но чернявому это заочно не понравилось (впрочем, мне тоже такое пристальное внимание показалось подозрительным), поэтому пообщаться с преподавателем решил он:

– Скажите, магистр, все эти артефакты – они ведь наверняка хранятся в каких-то семьях? Как вы думаете, афишируют ли представители рода о том, что у них есть такие реликвии?

– Нет, конечно, это опасные знания. Потому вряд ли бы кто-то стал добровольно рассказывать о наличии вещицы, – ответил учитель, заставив парня ухмыльнуться. И тут же сам сообразил, что сказал. – Вы правы, я снимаю свой вопрос, – быстро нашелся магистр.

Хотя в этот момент на его лице застыла досада. Это как перед хищником мелькнула дичь – и ее тут же увели прямо из-под носа. Ха, а учитель не так-то прост! Наверняка один из тех желающих, о которых только что рассказывал. Недаром глаза азартно сияют. Думаю, магистр уже понял, что искомая вещица где-то близко. Еще и его взгляды на Финару настораживали. Слишком цепкие, хищные, предвкушающие. Мне это не понравилось.

И тут в голову вдруг пришла странная мысль: а ведь совсем не случайно преподаватель завел эту тему. Ему нужно было что-то узнать. И, судя по довольному оскалу, он получил необходимые сведения. Вон как все чаще на Финару поглядывает плотоядно. Наверняка теперь начнет предпринимать определенные шаги, главное, чтобы блондинка не рассказала от переизбытка чувств всю правду. В том, что она не умеет держать язык за зубами, я уже не сомневалась. А это значит – мне головная боль. Не было печали – лишние проблемы прилетели.

А еще до меня дошло, что нам ни слова не было сказано о способах обезвреживания воздействия артефакта, хотя в начале занятия магистр упомянул об этом. Интересно, он намеренно умолчал или забыл? Почему-то кажется, что забыть он не мог, выходит, он и не собирался нам рассказывать о том, как избежать воздействия опасной вещицы или избавиться от встречи с ней. Меня передернуло.

Занятие закончилось, осадок остался. Стоило магистру покинуть аудиторию, как я заметила Авриарта, что-то недовольно объясняющего Финаре. Видимо, учил уму-разуму, что мне показалось совершенно бесполезным. Эта дама явно не умеет хранить секреты. Она поджимала губы, кривилась, но нехотя кивала. Будто ощутив мой взгляд, чернявый резко обернулся, и на его лице расцвела улыбка. Подмигнув, он снова повернулся к кузине, вмиг став серьезным. Задав ей вопрос и получив едва заметный кивок, вернулся на свое место.

– Лайра, ты чего побледнела? – осторожно тронула меня за руку Шайа.

Я вздрогнула от неожиданности.

– Потом расскажу, – бросила еле слышно. – Скажи, а этот магистр – он кто?

– Эльф, – ответила, скорчив рожицу, напарница. – Амбициозный, обращающий внимание только на студентов из правящих родов. Остальные для него – пыль под ногами. И это я не говорю про нас, низших. Будь его воля, лично бы свернул шею.

– Хм, а эльфы бывают без роду и племени? Нищие, например? – спросила и сама удивилась своему вопросу.

– Конечно, ведь кто-то же должен прислуживать знатным аристократам, людей они не признают, а другие расы к ним в услужение не пойдут, – поведала подруга. – А почему ты спрашиваешь?

– Шайа, это же элементарно. Если он пытается обратить на себя внимание только высших аристократок, значит, за их счет желает возвыситься, а это свойственно только тем, кто рос в относительной бедности. Богатым такое не надо. Они живут по другим принципам.

Я не стала добавлять, что это правило действует в мире людей. Как успела понять, многие принципы ничем не отличаются ни там, ни здесь, жажда наживы свойственна всем расам, не только людям, которых не любят, более того, ненавидят.

– А как же поиск пары среди равных? – усмехнулась напарница.

– Уверена, из присутствующих многие обручены еще в детстве, особенно дети из правящей семьи, – пояснила очевидное. – А те, кто не обручен, предназначены для политического брака. По-другому просто не бывает. Да и за неравного никто не пойдет, а этот эльф, каким бы красавчиком ни был, не имеет шансов войти в правящий род. Если каким-то образом одна из дочерей осталась свободна, родители вывернут всю подноготную избранника, изучат его род до десятого колена, только потом уже вынесут свой вердикт по поводу помолвки дочери. Если кандидат в мужья беден или недостаточно родовит, не видать ему богатой невесты как своих ушей.