Ольга Обская – Жена с условиями, или Три наволочки из свадебного платья (страница 18)

Однако ему удалось добиться, чего он хотел — блеска в её глазах. Ей было приятно настолько, что она даже растерялась. Он и сам не смог бы объяснить себе, почему пообещал именно такой приз — духи, названные в её честь. Ещё ни разу ему не приходило в голову присвоить аромату женское имя. Хотя среди парфюмеров это модно — давать духам имена красивых женщин. История знает много примеров: “Шанталь в сумерках”, “Инесса номер шесть”, “Мадам Дюбуа”.

Поля окружало множество красавиц, но разве их красота тождественна его ароматам? Максимум — рекламным листовкам. Другое дело Натали… Она сама — аромат. Когда во время брачной церемонии он коснулся её губ в мимолётном поцелуе, он успел уловить её неуловимый запах, но не успел расшифровать. Уже тогда он поклялся себе, что у них будет ещё один поцелуй. Настоящий…

Полю снова пришлось унять свои фантазии. Он мысленно усмехнулся. Сегодня он подозрительно мечтателен, как юнец. Так недолго и поверить в легенду об особой живой сущности Вальмонта, которая влияет на его обитателей. Может быть, объяснить легендой и то, что Поль позволил себе излишнюю откровенность с Натали, когда посвятил её в планы по созданию новой коллекции? Он никогда и ни с кем не делился тем, как творит. Этот мир — табу для всех. Пусть так останется и дальше.

Поль собрался, наконец-то, вытянуть руку из мешочка, пальцы скользнули между деревянными бочонками, как вдруг со стороны окна раздался хлопок — резкий и довольно громкий, как для этой поздней и спокойной ночи.

Натали непроизвольно вздрогнула.

Окно распахнулось, створка слегка стукнулась о раму.

— Ничего страшного, сквозняк, — негромко сказал Поль, поднявшись с кресла. — Видимо, было неплотно закрыто.

Он подошёл к окну. Тюлевая занавесь метнулась ему навстречу. Он аккуратно прижал её ладонью, придержал створку и закрыл окно, проверив — уже надёжно.

Мимоходом Поль отметил, в каком идеальном состоянии рама. В этой комнате, вообще, всё было в полном порядке. Он обратил на это внимание, как только вошёл. Пол чист, комод блестит, будто его буквально вчера натёрли воском, ни пылинки на полках.

Поль вспомнил, что Огюстен вскользь упоминал: все эти годы он заботился о нескольких помещениях — исключительно в одном крыле, которое ему удавалось поддерживать. Здесь и водопровод работает, и даже воздух иной — прохладный, но не сырой, как в остальной части поместья.

И если уж быть практичным… возможно, стоило бы пересмотреть свои планы. Кабинет — пусть будет там, на третьем этаже. А спальню выбрать здесь. Поближе к исправным трубам, чистым стенам — и… к своей пусть и фиктивной, но супруге. Он мысленно похвалил себя за прагматичность и снова вернулся к игре.

На этот раз Поль не торопился тянуть бочонок, а задержал взгляд на Натали.

— Хотели бы попробовать вместо меня? — протянул он ей мешочек, улыбнувшись.

Она подозрительно сузила глаза.

— Боитесь вытянуть проигрыш?

— Нет, — усмехнулся Поль, — Просто хочу дать вам шанс почувствовать, каково это — быть в ответе за судьбу партии. К тому же, вы убеждали, что удача вас любит.

— Любит, — подтвердила Натали и с напускной важностью запустила руку в мешочек.

Но в этот момент снова раздался хлопок. Но не такой громкий, как в прошлый раз — будто сквозняк распахнул окно, только не в этой комнате, а в соседней. И тут же — испуганный женский вскрик. Узнать голос не составило труда.

— Виола! — воскликнула Натали, мгновенно вскочив.

Поль тоже встал. Он быстро нарисовал картину случившегося: сквозняк, распахнувшееся с шумом окно, проснувшаяся Виола, которую испугал внезапный резкий звук. Ничего страшного. Но проверить не помешает. Они с Натали переглянулись — и уже без слов быстро направились к двери.

Игровой столик остался позади: открытый мешочек, карточки, пламя свечи, качнувшееся от сквозняка. А на полу, невостребованный, лежал бочонок — тот самый, который Натали так и не успела вытащить…

ГЛАВА 27. Пушки, романтика и потерянная записка

Натали остановилась у двери комнаты Виолы.

— Месье ван-Эльст, подождите здесь, — попросила она. — Боюсь, тётушка сейчас одета не в тот наряд, в котором встречают гостей.

Он понимающе кивнул, при этом не преминул предупредить:

— Если услышу крики или визг зайду без приглашения.

Натали сдержала гримасу и толкнула дверь.

В комнате царил полумрак, окно было широко распахнуто, а занавеска трепетала в ночном ветре, как парус маленького судна.

Тётушка стояла у окна, слегка прижимая к груди книгу. Лицо у неё было задумчивым, глаза блестели, но испуга в них уже не было.

— Виола, дорогая! Что случилось?

— О, милая, прости меня, — сказала она, оборачиваясь. — Я совсем зря напугала тебя. Просто... небольшое недоразумение. Сон, всего лишь сон.

Натали шагнула ближе, бросив беглый взгляд на обложку книги в её руках. Там герой с развевающейся рубашкой держал кого-то в обмороке на фоне корабля и грозы.

— Знаешь, я думала, перед сном немного почитаю, — начала она, понизив голос. — Очень волнующий момент… капитан корабля и простая рыбачка, в которую он влюбился. Так вот! Каждый раз, когда его корабль возвращался в порт, капитан приказывал дать залп из всех пушек — чтобы она знала, что он рядом.

Виола эмоционально всплеснула рукой:

— И вот... очередной залп! Такой громкий! Такой... пронзительный! Я даже вскрикнула. А потом открыла глаза и поняла, что я вовсе не на борту, а у себя в комнате. И это был сон. Я просто заснула с книгой на груди.

Натали с трудом удержалась от улыбки.

— Теперь я поняла, почему доктора не рекомендуют читать в постели.

— Ах, глупости, — махнула рукой Виола, — книга оказалась совершенно ни при чём. Этот громкий звук был настоящим. Это хлопнуло окно.

— Сквозняк, — кивнула Натали.

— Сквозняк? — Виола перешла на загадочный шёпот. — А я думаю, окно распахнулось неспроста. Что если это таинственная сущность дома проявляет себя? Подаёт знак?

— Виола, милая, это только легенда, — усмехнулась Натали. — Смотри, видишь собирается гроза? — она кивнула на тёмное беззвёздное небо. — Поднялся ветер, А окно, видимо, было не плотно закрыто.

— Может быть, — не стала спорить Виола, но всем своим мечтательным видом и многозначительным загадочным взглядом показывала, что осталась при своём мнении.

Натали закрыла окно и помогла Виоле устроиться обратно в кровати. Заботливо поправила одеяло и уже хотела пожелать спокойной ночи, когда взгляд скользнул по полу — и она заметила листок. Он лежал почти у самой ножки стола, как будто выскользнул откуда-то.

— Что это? Кажется, из твоей книги выпала страница, — Натали нагнулась поднять лист.

Книги, которые читала Виола, были такими читанными-перечитанными, прошли через столько рук, что потери страниц, к сожалению, иногда случались. Однако едва Натали взглянула на бумагу, как поняла — это не страница романа.

— Странно… Это, скорее, лист из какой-то записной книжки. Он старый. Пожелтел. И… надпись еле видна.

Виола вытянула шею, чтобы рассмотреть.

— Когда ложилась спать, его здесь не было. Ты думаешь… может, его в комнату занесло ветром? — предположила тётушка.

— Вполне возможно. Окно было открыто…

Виола мгновенно оживилась:

— А если это послание? Забытое… Представь: когда-то в Вальмонте жили двое. Он — влюблённый, но вынужден это скрывать. Она — тоже грезит о нём, но держит всё в тайне. Он прятал для неё записки в дупле дерева. Она вытаскивала их тайком, дрожа от волнения. Но однажды одна из записок потерялась. Провела где-нибудь в щели дерева десятилетия. А сегодня её, спустя годы, нашёл ветер и принёс в мою комнату.

Натали не выдержала и рассмеялась.

— Только ты могла за минуту придумать целую историю, настоящий роман с кипящими страстями, всего лишь увидев листок бумаги.

— Я дедуктивно-романтичная! — с гордостью выдала Виола.

— Хорошо, — Натали аккуратно свернула листок и положила в карман. — Завтра, при свете дня, постараюсь прочесть, что здесь написано. Кто знает — вдруг это действительно история любви?

Виола, закутываясь в одеяло, удовлетворённо улыбнулась.

Когда Натали вышла в коридор, обнаружила у двери не только ван-Эльста, но и Антуана. Видимо, его тоже разбудил голос тётушки.

— Всё в порядке, — поспешила успокоить Натали. — Виоле просто приснился сон.

— Страшный? Может, ей нужна помощь? — тут же предложил Антуан.

— Нет-нет, не страшный, — заверила Натали. — Романтический, просто там стреляли из пушек.

Мужчины озадаченно переглянулись. Им, конечно, сложно было связать романтику с пушками, но пересказывать сон тётушки Натали посчитала лишним.

Пожелав им спокойной ночи, она направилась к себе. Поль проводил её до двери.

— Жаль, что не удалось выяснить, кто победил, — сказал он, усмехнувшись, прежде чем ретироваться. — Но я вернусь завтра. Доигрывать.

Он удалился. А Натали с ужасом осознала, что ей тоже жаль, что они не доиграли, и она будет ждать завтрашнего вечера с нетерпением. Ей не удалось сходу сформулировать, почему её это пугало, но, видимо, лото — опасная игра, хоть Натали никогда об этом не догадывалась.

Она не сразу отправилась в постель, когда вернулась в свою комнату. Ей не давал покоя лист старой бумаги с записями. До утра было ещё так долго, а ей уже хотелось узнать, что на нём. Натали поднесла листок как можно ближе к лампе. Бумага хрупкая, старинная. Чернила будто почти исчезли.