Ольга Обская – Приговорён любить, или Надежда короля Эрланда (страница 43)
Да, так и было. Маринка ездила на юбилей мамы — пятидесятилетие. Не хотела пропускать такую круглую дату.
Эрланд, не теряя времени, попытался вернуться к поцелуям, но Надя снова улизнула от него.
— Подожди, но кто дописал ту цифру?
— Я уже дал распоряжение придворному алхимику разобраться с чернилами. Он убеждён, что сможет определить, когда примерно сделана поправка.
По лицу Эрланда пробежала серая тень. Надя догадывалась почему.
— Полагаешь, это кто-то из твоих родителей?
Он кивнул. Да, как ни горько, Надежда тоже сразу подумала на них. Они надеялись, что таким образом им удастся исказить волю звёзд, при этом, не делая астролога причастным к своему сложному выбору. Однако, видимо, подправили совсем не ту графу. Она не повлияла на результат. И им всё равно пришлось просить Освальда пойти на подлог.
Да, тогда лишняя циферка ни на что не повлияла, зато теперь повлияла. Выходит, родители Эрланда чуть не сломали сыну жизнь? Как ему тяжело осознавать такое. Нет, они не могли так поступить.
— Это не они, — провела Надя ладонью по мощному плечу своей скалы. — Может, цифры подправили давным-давно, несколько веков назад?
— Может быть, — Эрланд поймал её ладонь, поцеловал. Как щекотно. Опять накатило это щемящее счастье — осознавать, что вот он твой мужчина — рядом. Но насладиться чувством не дал стук в дверь.
Эрланд встрепенулся, поднялся с кровати:
— Кто?
— Ваше Величество, это Джоуэл, — раздалось из-за двери. — Я не посмел бы вас тревожить, но вы распорядились доложить вам о результатах исследования чернил, как только они будут готовы.
Алхимик уже всё сделал? Надя подскочила с кровати и привела себя в порядок за считанные секунды, опасаясь, что Эрланд не позволит Джоуэлу войти и уведёт поговорить в свой кабинет. И тогда она опять узнает всё самое интересное последней.
Эрланд наблюдал за её суетой с улыбкой. Похоже, зрелище доставляло ему удовольствие. Он, конечно, раскусил нехитрый ход Надиных мыслей.
— Входи, — распорядился король, когда его невеста приобрела подобающий вид.
Алхимик зашёл и коротко доложил:
— Ваше Величество. Это современные чернила. Алхимические тесты показывают, что правка была сделана около месяца назад.
У Нади в груди похолодело.
— Ты уверен, Джоуэл? — глянул на подданного Эрланд.
— Да, Ваше Величество.
— Хорошо. Ступай.
Алхимик вышел. А в комнате повисла тишина. Свежие чернила. Это плохо. Это очень-очень плохо. Правки были сделаны недавно. То есть кто-то специально хотел навредить Эрланду, или Надежде, или им обоим. И хотелось бы заподозрить Равелину или Дугласа, повесить на этих двух негодяев ещё один грех, да не получалось. Они невзлюбили Надю уже после того, как она здесь появилась, а правки в таблицу были сделаны раньше.
У Надежды заныло сердце. Получается, нужно заподозрить кого-то из тех, кто уже стал ей дорог? Кого-то из тех, кого любит Эрланд? Базиля, Фредерика, Алисию? Кого?
— Кто это мог быть? — она посмотрела на своего короля.
Она знала, его тоже сейчас терзает этот вопрос.
— Кто подправил цифру в таблице астролога?
— Это сделала я…
Надя вздрогнула. Перевела взгляд на дверной проём. Не поверила глазам.
Идеально прямая спина. Седые волосы — тяжёлые и густые — оставлены распущенными. Бордовое платье изношенное, но видно, что было когда-то дорогим. Огромные глаза, полные безумного блеска. На пороге стояла Сэмюэлла.
— Это сделала я, — повторила она спокойно и величественно.
— Зачем? — Эрланд, похоже, как и Надя не верил своим глазам и ушам.
— Своё счастье вы должны были заслужить…
Глава 52
Зачем?
— Вы точно решили вернуться? — Надя смотрела на женщину, которая сидела напротив, и её терзали противоречивые чувства. Ей было жаль Сэмюэллу. Она слаба и больна, и явно нуждается во врачебной помощи. Но Надежда не понимала её жестокого поступка. Могла объяснить его разве что безумием. Не зря про Сэмюэллу ходили слухи, что после трагедии с её младшей сестрой, она тронулась умом.
Они беседовали наедине. Сэмюэлла попросила Эрланда выйти. И первой фразой, которую она произнесла, было заверение, что долго она не потревожит покой новоиспечённых жениха и невесты — сразу после разговора с Надей вернётся в своё уединённое лесное жилище.
— Да, здесь мне не место, — горько усмехнулась Сэмюэлла. — Алисия не примет моего поступка, не поймёт. Никто не поймёт. Только ты. Не зря же психолог. И, надеюсь, Эрланд… — она вздохнула, — … когда-нибудь. А большего мне и не надо.
— Боюсь, я тоже не пойму. Зачем вы сделали это?
Сэмюэлла вздрогнула от резкости, которая невольно проскочила в голосе Нади.
— Ради Эрланда. Я слишком его люблю, этого гордого непокорного мальчишку, так похожего на отца. И ради тебя. Я хотела, чтобы ты прошла через это. Чтобы оказалась на той острой грани отчаяния, когда осознаёшь, что можешь потерять любимого. Чтобы пережила эту боль и выстрадала эту мысль, что не сможешь без него.
От подрагивающего голоса Сэмюэллы резь пробегала по всему телу.
— Не сделай я того, что сделала, всё могло бы быть иначе. Я могу видеть будущее таким, какое оно будет, или таким, какое оно может быть. Твоя подруга была бы нанята в консультанты Эрланда, а ты дожидалась бы, когда она даст разрешение представить тебя королю.
— Хотите сказать, тогда бы Эрланд влюбился в Марину⁈ Я в это не верю! — выпалила Надя убеждённо. — Мы созданы друг для друга!
— Хорошо, что ты это поняла, — Сэмюэлла прожгла взглядом. — Хорошо, что ты в этом убедилась, прочувствовала, прожила. Но с какими мыслями ты бы шла под венец, если бы тебя сразу назвали его невестой? Думала бы, что Эрланд женится на тебе, чтобы избежать кары небесной. Ты бы никогда не узнала, полюбил бы он тебя, если бы не был приговорён небесами к этому браку. Он бы никогда не узнал, полюбила бы ты его, если бы не приговор звёзд.
Надежда молчала. Это было ужасно жестоко подвергнуть их такому испытанию, но в одном Сэмюэлла права — теперь Надя убеждена в своих и его чувствах. Она знает, что не бывает любви острее, что ни в одном из миров нет мужчины желаннее. Но…
— Но это же был риск. Что если бы всё пошло по-другому? Что если бы не было той подставы от Равелины и Дугласа?
— Я умею видеть будущее. Я верила в вас. Верила в тебя. Подстава ни при чём. Вспомни, когда ты приняла решение остаться и бороться за Эрланда.
Да. Это было до того, как произошла та заварушка, которую устроила Равелина. Надя сидела на скамейке возле замка, смотрела на звёзды. Именно тогда она поняла, что не оставит своего короля. Просто не сможет. Равелина и Дуглас действительно ни при чём — просто два негодяя.
— Вы это имели в виду, когда говорили «Не делай этого!»? В смысле, не уезжай домой? — вдруг поняла Надя.
— Да. И ты приняла верное решение, моя девочка. Надежда короля Эрланда, — в безумных глазах Сэмюэллы блеснули слёзы. — Ты заслужила своё счастье. Вы заслужили…
Она поднялась и вышла из комнаты. Величественно и неспешно, хоть из-за слабости давалось ей это нелегко…
Эпилог
Надежда — мой компас земной
— Лизи, вот не пойму, у кого сегодня свадьба: у меня или у тебя? Чего ты так суетишься? — Надя с улыбкой смотрела, как помощница носится по покоям взволнованная и взмыленная.
— У вас, у вас, Ваше Величество, — отмахнулась Лизи, и не думая сбавлять темп своих метаний. — Вот поэтому и должно всё быть идеально, — добавила назидательно. — Я не должна ничего упустить.
— Какое я тебе Величество?
— Через несколько часов станете, — парировала помощница и ещё раз обежала вокруг Нади, рассматривая её со всех сторон. — С платьем вроде бы закончили, — подвела она подопечную к зеркалу.
Вот всё в этом Тай-Наиле шиворот-навыворот. Модным считается, чтобы у платья были пышные многослойные юбки и узкий лиф. И подвенечное платье, Надя полагала, будет именно таким. Десять слоев ткани внизу, а сверху Лизи затянет завязки так, что дышать будет проблематично.
Но нет. Надя будто вернулась домой. Платье походило на земное вечернее. Нежно голубое — цвета дневного неба, как пояснила Лизи. Оно нежно обволакивало тело, не стесняя движений. Само изящество. Ткань на ощупь гладкая, струящаяся. А сверху был предусмотрен белый невесомый полупрозрачный плащ-разлетайка из чего-то, напоминающего гипюр.
— Жаль, ночью будет не разглядеть всей красоты, — Надя крутанулась у зеркала.
При чём тут ночь? А при том. Ещё одна Тай-Наильская традиция, которая шиворот-навыворот. Таинство бракосочетания короля и будущей королевы проходит ночью. И не где-нибудь в торжественном зале замка, а на вершине самого высокого холма — под звёздами. На этот холм, кстати, новобрачные должны подняться пешком. А это около часа пути. Поэтому, наверно, подвенечное платье и предусмотрено таким удобным.
— Ночью ткань платья начнёт поблёскивать, — пообещала Лизи, — так что будет ещё красивее, чем сейчас.
Она усадила Надю на стул, перед зеркалом:
— Теперь причёска, Ваше Величество.
— Лизи, — нахмурилась Надя, — вот скажи мне, верноподданные должны слушаться свою королеву?
— Разумеется, — принялась та расчёсывать волосы.