Ольга Нуднова – СТРУНЫ (страница 2)
Мужчина за дверью монотонно бубнил: «Не волнуйтесь! Попробуйте еще раз! Вы одна здесь проживаете? Кто-нибудь еще живет на этаже? Не волнуйтесь! Не волнуйтесь!»
Амелия, как сомнамбула, слушала этот мужской голос и постепенно успокаивалась. Раз у мужчины может быть такой приятный, успокаивающий и внушающий надежду голос, то ничего плохого просто быть не может.
Наконец, дверь поддалась слабым рукам Амелии и распахнулась.
На пороге стоял мужчина в форме МЧС. На голове на каске у него был надет фонарик. Но на этаже была темнота по-прежнему. Света не было.
Возраст мужчины Амелия не поняла. Но голос у него был приятный и молодой.
«Собирайтесь!»-сказал мужчина, и еще раз спросил у нее: «Больше на этаже никого нет?»
У Амелии перехватило горло. Она сдавленно прошептала: «Я здесь одна. Напротив, в квартире живет семейная пара. У них трое детей. Они, наверное, уже спят. За стенкой живет молодой парень. У него собака красивая, палевого цвета, порода корги. Но что-то собака не лает. Наверное, его нет дома. Дальше за поворотом еще семейная пара живет, пожилая. Больше, вроде бы, никого нет!»
Она выдохнула.
«Собирайтесь!» – повторил мужчина.
Он так и стоял в дверях. Свет от фонарика был тусклым и горел только рядом с ним.
Амелия заметалась по своей маленькой студии. Она натыкалась на мебель, ударялась об острые углы, ойкала от боли и никак не могла сосредоточиться. Что одевать, что брать и что ей делать вообще.
В одной кружевной ночнушке, со спадающими бретельками, Амелия все-таки нашла джинсы, натянула их, застегнула сапоги, накинула теплую куртку.
«На улице ведь холодно!»-неожиданно вползла в ее мозг растерянная мысль.
Свитер Амелия не надела и держала его в руках. У двери она схватила сумочку и ключи от квартиры. В сумочке были документы. Амелия после пресловутого теракта на Дубровке «Норд-Ост» всегда носила с собой паспорт. Чтобы легче было опознать потом, если что. На всякий случай.
Она перекинула сумку через плечо и вышла в коридор.
«Закрывайте квартиру!» – сказал мужчина и пропал в темноте, где-то в глубине этажа.
Амелия послушно закрыла дверь, положила ключи во внутренний кармашек сумки и двинулась на свет фонарика. Он мелькал где-то впереди. Так, в распахнутой куртке, в кружевной ночнушке с узкими бретельками, заправленной в джинсы, держа в руках свитер и сумочку, она шла на свет фонарика, как бабочка на яркий свет лампы.
Амелия помнила, что где-то за углом, за поворотом, должен быть лифт.
«Куда!» – сильная мужская рука больно схватила ее за плечо, – «Идите на черную лестницу!»
Где черная лестница у них на этаже, Амелия не знала.
Но мужчина с фонариком на лбу уверенно открыл какую-то дверь. Амелия увидела лестничные пролеты и прыгающий от фонарика свет. Мужчина слегка подтолкнул ее к этой лестнице.
Было темно. Но глаза уже привыкали к темноте. И можно было разглядеть перила и ступеньки.
Амелия уцепилась руками за перила, нащупала ступеньки и начала спускаться вниз. Лестничные проемы были целые. Но кое-где обвалилась штукатурка. Она противно хрустела под ногами.
Амелия все шла и шла вниз. Казалось, этот бесконечный спуск никогда не закончится.
Мужчина шел где-то сзади. Фонарик на лбу освещал пространство только рядом с ним. Но уже было не так страшно. Амелия была не одна.
На одном из этажей к ним присоединился какой-то пенсионер, а потом молодая пара с ребенком на руках. Малыш спокойно сосал пустышку и был всем доволен, не плакал.
Все шли молча, сосредоточенно и дружно. Все понимали ситуацию и всю серьезность произошедшего. Все испугались последствий.
Мужчина решил разрядить обстановку и объяснить, что же все-таки произошло, сказать хоть какую-то информацию.
«Это взорвался подземный газопровод. Почему и как? Пока никто не знает. Есть угроза повторного взрыва. Поэтому два ваших дома эвакуируют!»-вещал мужчина, пока все спускались вниз.
«Но у нас в квартирах газа нет. Только электричество!» – робко сказала Амелия.
«Это неважно. Газовая труба взорвалась всего в 150 метрах от дома. Ударная волна была такая, что выбиты стекла до четвертого этажа. Повреждены более тридцати машин. Это совсем не шуточки. Все очень серьезно!» – сказал мужчина.
Иногда все в жизни может поменяться в одно мгновение. И ты даже не знаешь, почему.
Никогда не поздно, никогда не рано. Все всегда происходит вовремя. И в нужном месте.
Чао, бамбино!
«Мир меняется, но и мы не стоим на месте.
Жизнь полна сюрпризов!»
Никто не знает своей истории и того, кто станет в ней Героем. В любой момент жизнь может тебя очень удивить.
Амелия открыла дверь на улицу.
В лицо сразу ударила удушливая волна. В горле запершило. На глаза навернулись слезы.
«Наверное, это и есть газ!» – подумала девушка.
На улице было довольно холодно и морозно. Ночная свежесть и прохлада не смогли перебить запах газа.
Амелия вышла во двор.
Стояла темнота. Уличного освещения нигде не было. Фонари не горели ни во внутреннем дворике, ни по внешнему периметру дома. Было темно, зябко, неуютно, некомфортно и даже страшно.
Появились пугающие мысли: «Что же будет дальше?»
Молодой мужчина в форме МЧС, следовавший за ними, тронул Амелию за рукав куртки. Твердым, сильным голосом мужчина произнес. Этот голос, жесткий и властный, сразу успокоил ее.
«Идите вдоль дома, в арку. Там люди из вашего дома, будет не так страшно!» – он ободряюще улыбнулся, оглядел маленькую группу людей из Амелии, пенсионера и молодой пары с ребенком, и пропал, – «Мне пора!»
Мужчина исчез на выходе из внутреннего дворика.
Там стояли огромные красные пожарные машины, полицейские машины с мигалками, кареты скорой помощи с красными крестами на боку.
Было очень много чужих, незнакомых людей. Все двигались, суетились, что-то оживленно говорили друг другу. Казалось, ночь тихого ужаса только начиналась. Хотя было уже далеко за полночь.
Амелия пошла вдоль дома в сторону арки. По пути она сняла куртку, надела на себя теплый свитер, который до сих пор держала в руках, потом опять натянула на себя куртку, застегнула сапоги на молнию, перекинула сумку через плечо, поправила рукой растрепанные рыжие волосы.
У самой арки она увидела толпу людей.
Все говорили. Каждый сам по себе и как-то все одновременно. Кто-то звонил по телефону, взволнованно кричал в трубку мобильного об угрозе взрыва. Он постоянно повторял: «Там просто быть ничего не может! Это просто газ! Хотя его в доме нет и быть не может!»
Амелия подошла ближе.
Она вслушивалась в слова, реплики, случайные фразы и разговоры. Ей становилось не по себе. Как много мусора, как много всего лишнего, суетного могут внести люди в свои домыслы и фантазии!
Амелия набрала номер Джанки.
Подруга ответила не сразу. Голос у нее был сонный.
Он прозвучал в телефонной трубке глухо и протяжно: «Что случилось, Элечка? Мы уже спим! Завтра трудный день!»
Услышав в трубке родной, знакомый голос, Амелия взволнованно стала говорить подруге. Обо всем.
О том, как дом подпрыгнул на месте, что есть угроза взрыва газа, хотя газа в их доме нет. О том, что в арке дома собралась целая толпа растерянных и взволнованных людей. Все говорят! Никто никого не слушает. Никто ничего не знает. Что надо делать? Что будет дальше? И прочее, прочее…
Джанка деловито сказала: «Давай собирайся и приезжай к нам! Мы тебя встретим, приютим, обогреем, накормим, спать уложим. Все плохое сразу забудется!»
Амелия заулыбалась в телефонную трубку: «Я бы с удовольствием к вам рванула! Но метро уже закрыто. Транспорт не ходит. Да и нас никуда не пускают. Все оцеплено кругом!»
«Ну, тогда до завтра! Я к тебе заеду!» – шепотом сказала Джанка и отключилась.
Амелия прислонилась к стене дома.
Здесь было как-то теплее. Ветер не так задувал. Но руки все же постепенно леденели. Не спасали даже карманы куртки.
Ночь, темнота, взволнованная, неуправляемая толпа, гул голосов наводили тоску и тревогу о бренности жизни. О том, что все в жизни непредсказуемо, что все может поменяться в один момент. От плюса к минусу. Впрочем, и наоборот тоже все может быть.