Ольга Новицкая – Две недели (страница 29)

— Лишь бы что спросить?

— Саш, — примирительно начала Даня, — детей часто водят по местам своего детства, и Васнецов вполне мог водить племянников.

Выслушав эту тираду, Богданов чуть не взвыл.

— Вы издеваетесь? Я серьезно спрашиваю. Дубль два, — он повысил голос, так как все молчали, — вы издеваетесь? Эта тетка, — он указал вслед посетительнице, — дважды лежала в неврологической кинике из-за невозможности зачать, после осложнений перенесенных в раннем детстве, а ты, — палец теперь указывал на Игоря, — ее о детях спрашиваешь! Кроме меня кто-нибудь материалы дела читал? Вы серьезно считаете такими вопросами расположить свидетеля к даче показаний?

Вжавшись в спинку стула, Игорь неотрывно наблюдал за Богдановым, все сильнее мечтая о переводе.

— Значит так, завтра с утра двигаем на плотину и ищем эту чертову времянку.

Богданов выпил воды прямо из чайника, и с тяжким вздохом потер затылок.

— Антону позвони, — робко напомнила Даня.

— Сама звони, — устало огрызнулся Богданов.

Следуя приказу, Даня прошествовала к телефону и набрала номер.

— Алло, Роман Андреевич, это Вострякова. Мне там Антон обещал сделать анализ. Ну да, я помню. Нет, он в порядке, просто таблетки не выпил. Мне не нужен отчет, Роман Андреевич, только результат огласите, и мы отстанем.

Выслушав ответ, она вернула трубку на место и присела на край стола.

— Ну? — подбодрил Богданов.

— Все четыре образца, у Бомжа, Коврова, Ванечки и Аркаши нарисованы кровью. Третья положительная, как у нашего Васнецова, — вздохнула Даня. — И у всех, кроме Бомжа, имеется еще одна, мужская, первая отрицательная.

Господин Васнецов стремительно набирал очки в качестве подозреваемого, вдобавок у него нарисовывался сообщник.

— Вот черт, — зло ругнулся Богданов, — тела нет, дело есть, бывает же такое. Васнецов, зараза, бегает по городу и рисует эти чертовы свечки, а нам остается только ждать, пока кто-нибудь из сущностей кони двинет. Данька!

— Здесь, — быстро отозвалась девушка.

— На кой хрен ты здесь? Идите отсюда оба, и думайте.

— Совсем уйти? — уточнила Даня.

— Брысь сказал! — прикрикнул Богдан.

Даня схватила сумку, и, вцепившись в рукав Игоря, поволокла его на волю.

— Ему лечиться надо, — проворчал Игорь.

— Он лечится, — вступилась Даня. — Идем, по пивку хлопнем, пока Богдан не видит.

— Что, запрещает? — насмешливо спросил Игорь.

— С чего бы это? — высокомерно осведомилась Даня. — Я, знаешь ли, совершеннолетняя. Просто не поощряет. Бывший спортсмен, здоровье бережет. Даже курить на балконе приходится.

— От тебя же пахнуть будет, — предупредил Игорь.

— Плевать, — решила Даня. — Что он мне сделает? Сейчас домой придет, и спать завалится. Ты не торопишься?

— До пятницы я совершенно свободен, — тоном Пяточка заверил Игорь.

— Тогда пошли в «Теремок», — решила Даня. — Там недорого, и я тебе про знаки расскажу.

Долгий день наконец-то закончился, да и неделя стремительно приближалась к концу. Работа, как нехотя признался себе Игорь, оказалась интересной, хотя и бесперспективной. Богданова на нее сослали, по словам Дани как на «понижение с повышением», то есть назначили начальником отдела, дабы не потерять ценного сотрудника, Даня оказалась рядом из-за Богданова, даже практику у него отрабатывала, а Игоря сюда засунули благодаря результатам теста, показавшим, что он психически устойчив и прочел подходящий список литературы. Знал бы, читал только классику, а не фантастику. Как пояснила Даня, когда они сидели в крохотном кафе, потягивая пиво, считалось, что если человек зачитывается фантастикой, он, подсознательно, во все это верит.

— Богдан тоже ее читает? — удивился Игорь.

— Вот еще, — фыркнула Даня, — нашел книгочея. Сашка просто пофигист, ему лишь бы бегать и ловить, а сущность оно или убийца — без разницы. Хотя убийцы предпочтительнее, — подумав, призналась девушка и пояснила. — Их посадить проще. Теперь смотри сюда, и не отвлекайся.

Девушка, порывшись в сумке, вытащила блокнот, и принялась наносить быстрые штрихи.

— Я рисунок этот проверила послойно, все, конечно, выявить не удалось, но тут странное дело получается, — пояснила Даня в процессе рисования. — Тут и руны, и славянская символика, а вот этот знак, похоже, и вовсе собственного изготовления.

— У нас рабочий день закончился, — напомнил Игорь.

— Ну, — разочаровано протянула Даня, — раз тебе не интересно…

Она сделала вид, что собирается убрать блокнот, и Игорь схватил девушку за кисть.

— Интересно! Я просто напомнил.

— Руку убрал, — ровным голосом процедила Даня. Она напряглась, словно готовилась ударить. Показалось, что у нее даже шерсть на загривке дыбом встала.

— Ты чего? — удивился Игорь, но ладонь убрал.

— И не надо больше до меня дотрагиваться, — тем же тоном предупредила Даня, глубоко вздохнула и расслабилась. — Извини, бывает. Детские комплексы, знаешь ли.

Очень Игорю хотелось высказать, что он думает о таких комплексах, но не успел. Даня, стараясь скрыть неловкость, принялась объяснять значения символов.

— Вот этот, скрытый в центральной части, обозначает полный успех в делах, единение и все такое. Это руна. А вот тот, который в «пламени» скрыт, вообще свастика. Символизирует восход солнца и полный позитив. Нет, ну ладно бы она против солнца была нарисована, а то ведь прямая. В основании и верхней планке скрыты еще две руны, всякие там обновления и начинания, тоже весьма благосклонные. Написано их несколько, ну, как узор. Понимаешь? Точное число назвать не могу, рисунок старый и заштрихован, но, судя по всему, их нечетное число. А теперь внимание, вопрос!

— Да, господин ведущий! — быстро откликнулся Игорь.

— Каким образом столь позитивные символы могли вызвать столь негативную реакцию? Минута пошла.

Игорь задумался. Получалось, кругом сплошной позитив, а сущности едва не погибли.

— Согласно законам сохранения энергии, что одному позитив, другому негатив.

— Хорошо. Теперь попробуй шире мыслить, — посоветовала Даня, и принялась увлеченно грызть фисташки.

Игорь попытался. В памяти всплыла первая поездка с Богдановым, бардачок и книга Стругацких.

— Они могли быть связаны закл… — он осекся. Произносить слово «заклинание», да еще применить его к уголовному преступлению язык отказался, — акустическим воздействием?

— Вот и я так думаю, — согласилась Даня, с хрустом разгрызла неподатливую фисташку, и брезгливо стряхнула с языка скорлупку. — Какое именно мы вычислить не можем, полагаю, это знает только автор.

— У вас же есть специалисты по таким вопросам? — предположил Игорь. — Давай у них спросим. Нам дадут хотя бы приблизительный вариант, и это заклинание можно будет обратить вспять.

— Ты фэнтези перечитал, — вздохнула Даня. — Во-первых, специалиста у нас нет. Есть пара человек на весь город, которые действительно разбираются в подобных вещах, и, при определенных обстоятельствах, согласятся помочь, но, для обращения акустического воздействия необходима точная формулировка изначального заклинания, да и то время обращения ограничено двумя сутками.

— Тупик, — постановил Игорь, и оба замолчали.

Пиво закончилось, счет оплатили вскладчину, и, сверившись с часами, Даня предложила пойти по домам.

— Ты не переживай, — сказала она, когда прощались на улице. — Для первой недели ты хорошо отработал, даже Богдан оценил. Главное, завтра не опозорься. В лесу хорошо ориентируешься?

— Нет.

— Тогда просто не теряйся, а то сам понимаешь.

— Что понимаю? — насторожился Игорь.

— Ты где рос? — удивилась Даня. — Даже я, московский житель, знаю, что за лес такой возле плотины.

Пятница

Машину пришлось оставить в ближайшей деревне, так как Богданов наотрез отказался ею рисковать, бросив на шоссе, пусть и возле плотины.

— Ты чего в форму вырядился? — спросила Даня, когда они с Игорем вслед за Богдановым свернули в лес.

— Я при исполнении.

— Ты ноги промочишь, комары закусают, а еще здесь водятся клещи, — удовлетворенно перечислила Даня.