Ольга Николаева – Сюрприз для Босса. Уволить нельзя Жениться (страница 2)
– Лет пятьдесят. Седая. Тощая. С тремя детьми и желательно внуками. – Надька мечтательно закатила глаза. – Маникюр нужен? Да. Нужен. Все-таки, ты приличных людей принимаешь…
– Это что, твоя последняя заказчица? Ты ее собираешься фотошопить? – Еле сдержал рвотный позыв. – Зачем ты берешь таких? Или они хорошо платят?
– Это требования к твоей новой помощнице. Думаю, на такую у тебя точно не встанет…
– Хм… А ты, кажется, права… Наверное, с такой будет попроще…
– Тим. Вот честно. Скажи: ты реально не можешь никому отказать? У тебя что, недержание? Как видишь женщину, сразу все из штанов выскакивает, да?
– Нет, Надюш. Я просто привык, что мои желания всегда исполняются. И если мне что-то так навязчиво предлагают – зачем отказывать?!
– Не понимаю тебя…
– Я тоже не понимаю, зачем ты всем тыкаешь в нос кольцом, которое подарила мама. Оно ведь не обручальное. На кой ляд ты носишь его не на том пальце, а?
– Ты все равно не поймешь. – Этот прием всегда помогал: стоило заикнуться о том, как она мечтает о замужестве, Надя сразу переводила тему.
Она легко поднялась и резво поскакала.
– Ты куда?! Я еще зерен тебе в кружку не насыпал. Давай, погрызи со мной, составь компанию!
– Заказ оформлю. Пускай тебе найдут старую, уродливую грымзу!
– Ты колечко-то надень, как положено! Не распугивай людей! Вдруг, тебе в офисе встретится настоящий принц? – Ну, никак я не мог не подколоть сестрицу, хотя бы на прощание, перед тем, как сбежит из кабинета.
Люблю Надежду.
До безобразия. И простить ей готов – практически все на свете. Любую глупость и гадость!
Но, черт побери… Никогда не поверю, что ее визит и внезапный звонок отца – это просто нелепое совпадение.
– Да, папа. Как вы там? Не соскучились еще по цивилизации?
– Сын. – И многозначительное молчание.
Вообще-то, мама так любит делать. Это ее коронный прием.
Но отец, за каким-то лядом, решил его тоже использовать.
– Ага. Если ты не передумал еще, то – сын.
– Ты что там творишь опять? Мы же договаривались!
– А что не так? Ты же видел наши последние показатели – все растет, все пышет, расширяется, благоухает и пахнет… Вы можете и дальше мотаться по своим кругосветкам, ничего не сделается…
Моя совесть реально чиста: еще не было у компании лучшего директора, чем я.
– У тебя разбегаются сотрудницы! Это нормально, ты считаешь?! – Вот он умел так. Очень спокойно, размеренно… Только я даже позвонками ощущал, как в отце нарастает гнев.
– Первая Надька была! Мне что, нужно было держать ее насильно? Пусть она делает свои фотографии. Девушке нужна самореализация. Она художница, понимаешь? Пускай творит, пока не надоест!
– Три помощницы за неделю, Тимофей! Три! Это что такое?
– Ты сейчас маминым голосом со мной говоришь, или мне показалось?
– Если помнишь, твоя мать работала помощницей директора. А потом сама руководила филиалом. И справлялась с этим отлично!
– Я помню, что моя мама ни на кого сама не вешалась. Наоборот, отбивалась, как могла! А ты ее, между прочим, соблазнил и уломал!
На заднем фоне послышались какие-то недобрые слова.
– Ты что, на громкой связи там? Она тоже все слышит, да? Пап, черт побери, я не маленький, чтобы устраивать тут сеанс семейных разборок, да?!
– Еще одно увольнение сотрудницы – и я вернусь, сынок. И мы с тобой поговорим.
– Еще скажи, что женишь меня насильно…
– Сам женишься. Вот на ком поймаю тебя – ту и поведешь под венец!
– Ха. Мне Надюха сейчас приведет самую страшную, самую бестолковую грымзу. И фиг вы меня пожените, понял?!
Эта пластинка бесконечно играла уже который год: Надьку постоянно уговаривали, что замуж торопиться не стоит. А меня, наоборот, все время гнали под венец.
Кто сказал родным, что я, таким образом, успокоюсь?
И почему они не помнят, что мои отношения с Дедом Морозом до сих пор не изменились: все, что я пожелаю, обязательно исполнится. Вот только, я себе еще никого не пожелал…
Глава 2
– Доброе утро, Андрей Тимофеевич. А я вас жду. Вы всегда так приходите?
– Твою мать! Ты кто такая? Зачем так пугать-то?! – Я даже не обратил внимания, что дверь в приемную была открыта. Летел на всех парах, чтобы не проворонить важную конференцию по видео.
– Мне дали ключ. Сказали пока осваиваться. – Нежный голосок доносился откуда-то из-за дверцы шкафа.
Пришлось притормозить. Крутануться на пятках и подобраться к гардеробу…
Кто это такая? И откуда она тут взялась?
– Куда осваиваться? Ты кто? Привидение с доставкой я не заказывал! Вылезай уже, черт побери! Что ты там прячешься?!
Даже затылок зачесался от нетерпения и любопытства.
Бог с ней, с конференцией. Подождут.
А вот что там за чудо скрылось в шкафу?!
Дернул за дверцу…
На меня смотрела милейшая, круглейшая, очень упругая задница.
Ну, кто виноват, что она сама ее выпятила?!
Руки тут же потянулись, чтобы проверить эти округлости на ощупь. Ну, надо же убедиться, что мой глазомер не подвел и на этот раз?!
– Да что вы себе позволяете такое?! – Упругая. Очень. Успел заценить.
И тут же словил пощечину на своей роже.
Мощную такую, жесткую.
А вместо задницы передо мной оказалось разъяренное лицо фурии.
– А…
Как-то забыл, что хотел ей сказать.
Потому, что словил и вторую пощечину.
– Стоп. Я, вроде бы, не такой уж и христианин. И вторую щеку не подставлял…
– А мне пофигу! Вам кто разрешил меня лапать?!
– А чего ты тут светишь своими прелестями? Разве так начальство встречают? – Щека горела. Приложить бы ледку… Но обе руки были заняты: крепко держал запястья девчонки, чтобы она мне рожу окончательно не расцарапала.
– А нечего врываться сюда! У меня застежка на туфле сломалась. Я пыталась ее починить… – Девица кивнула вниз, указывая на обувь.
Реально. На одной ноге была туфелька на шпильке, на второй – босоножка. И пальчики с ярко-красным лаком на ноготках.