Ольга Нестерова – Песня топографа (страница 6)
– Спасибо, Нина Ильинична. Вы очень хорошая женщина, хоть и шумливая. Простите меня, если я Вас нервировала. Простите! —, и Люда в порыве чувств, обняла крепко пышное тело заведующей, и поцеловала ее в нарумяненную щеку.
– Иди, – наконец, заулыбалась Вера Ильинична, – Беги в Управление общепитом, пока там отдел кадров не закрылся. Увольняйся как положено. Расчет в бухгалтерии получишь.
Прижав к груди заявление, Люда побежала по коридору столовой. Заглянув на кухню, послала воздушный поцелуй тете Манне. Помахала белым листком заявления Вике, которая стояла на раздаче, замещая Люду на время ее отсутствия. Это было прощание со столовой.
***
Так, за два дня до начала экспедиции, Люда была принята на новую работу.
Трудный выдался денек! Люда старательно выполняла все поручения. Хоть и не довелось в этот день встретить студента Рому, она была в предвкушении чего – то нового и прекрасного. После первого рабочего дня, она пришла домой. Устало отворила деревянную калитку одноэтажного дома. Ее собака громко залаяла от радости и загремела цепью.
Люда потрепала собаку по шерсти и сказала ей, глядя в преданные глаза: – Теперь я тебе не буду носить косточки из столовой. Прости.
Предстоял неприятный разговор с мамой. Как ей объяснить стремительную смену места работы? Разговор будет трудным.
Мама Люды была непростой женщиной. Она имела твердый крутой характер. Работала медицинской сестрой в поликлинике. Но, при этом была председателем профсоюзного комитета и членом коммунистической партии. Свою работу медсестры она совмещала с активной общественной деятельностью. Такие как она люди – выходцы из рабочего класса, пользовались большим общественным авторитетом. Поэтому, мама и смогла устроить Людмилу в столовую, где одноклассница ее Нина Ильинична была заведующей.
– Явилась, дочь? Мама появилась на пороге. – Какие новости мне Нина Ильинична сообщила! Дочь работу поменяла в один день! А с матерью поговорить у тебя времени не нашлось! Сама все решила?
– Мам, ну, сколько мне лет? Вчера ты с дежурства поздно пришла. Я не успела тебе сказать. Я не хочу всю жизнь на раздаче стоять. Хочу на следующий год заочно поступить в строительный техникум. Ты же меня отговорила в Свердловск поступать после школы. Тебе казалось, что местная столовая – это вершина моей карьеры в жизни. – Люда ткнула пальцем в сторону матери.
– Ты забыла, что у меня уговор с Ниной Ильиничной о том, что она сделает тебя своим заместителем. И ждать осталось недолго. В связи с открытием цеха полуфабрикатов и выездной торговлей, штат столовой должен увеличиться в три раза. Разве это не карьера быть Завпроизводством предприятия общественного питания?
– Нет. Не могу и не хочу. Извини, мама.
– И где ты работать хочешь?
– Пока меня взяли помощницей в маршрутный отдел «Картографии». Потом, после экспедиции, пообещали оформить кладовщицей. Мне для этого нужно инструменты и приборы геодезические изучить. Эти приборы хранятся на складе. В экспедиции я и узнаю на практике то, какими приборами работают топографы.
– Какая еще экспедиция?
– В тайгу пойдем недалеко от Туринска. В места, где планируют новые вырубки леса. Я буду отвечать за питание. Утром завтрак готовить – кашу на костре и чай. На обед сухой паек выдавать тем людям, которые на весь день на замеры уходят. А к вечеру ужин готовить. И еще в других делах помогать.
– Надолго? – мама, села на стул, скрестила руки груди и окинула Люду сердитым взглядом.
– На неделю уеду. Вот, сегодня на новой работе задание дали: получить по смете продукты на оптовой базе. И машину выделили с водителем. Я самостоятельно с заданием справилась. Привезла все нужные продукты : сгущенку, тушенку, рыбные консервы. Еще крупы, заварку чая, сахар, пряники и многое другое. Как только мы все это потащим на себе, не пойму? Завтра с Верой пойдем на склад амуницию разную получать: палатки, спальные мешки, спецодежду, геодезические приборы. А послезавтра, рано утром, отправляемся…
Люда увлеченно рассказывала матери о своей новой работе. А мать удивленно качала головой. Она поняла, что дочь стала настолько самостоятельной, что ее не остановишь. Конечно, тайга – это опасно. Но с Людой там будут еще пять человек, четверо из которых – взрослые мужчины. К тому же, Люда имеет опыт хождений в леса и на болота с ночевками в палатках. Отец научил Люду, как собрать укладывать вещи в рюкзак, как правильно одеться в дорогу и какие вещи могут понадобиться.
С вечера, Люда со знанием дела, собрала рюкзак: спальный мешок, полотенце, запасную одежду, резиновые сапоги. В наружных карманах железная кружка, миска. В боковом кармане всякие мелочи. Поставила собранный рюкзак у кровати. На стуле разложила подготовленную к утру одежду: хлопковое белье, футболка, спортивные штаны, кеды, куртка под названием «энцефалитка».
Засыпая, Люда мечтала о времени, которое она уже с завтрашнего утра проведет рядом с Романом. «Ну и что, что в лесу. Главное, что он будет совсем близко…. Не одна я такая отчаянная. Вере, оказывается, ради будущего замужества тоже по лесам и горам пришлось ходить…».
***
В это время, в своей комнате общежития, Роман так же думал о предстоящей экспедиции. Но, он даже не мог предположить, что какая – то девушка по имени Люда Сидорова, страстно мечтает о встрече с ним. Он думал о Кате. Сегодня, прошло уже пять дней с того момента, как он приехал в Верхний Туринск. Сегодня Роман получил письмо от Кати, доставленное на вахту общежития. С радостью, вглядываясь в знакомый Катин почерк, вскрыл конверт. В письме Катя писала, что скучает и ждет. Она закончила сдавать экзамены. Мама посылает ее на дачу на время каникул. Но, Катя будет с нетерпением ждать возвращения Романа. В конце письма Катя написала: «Люблю. Целую тебя через дни и ночи. Через пути и расстояния, которые нас разделяют».
В душе парня зазвучала музыка. Вдохновленный словами любимой девушки, Роман взял гитару. Стал подбирать слова и аккорды к новой, рождающейся в его мыслях, песне.
« Через пути, расстояния…
… целую тебя с рассветом.
Целую тебя не губами,
целую лучами света».
Он посмотрел в открытое окно, где линия далекой тайги сливалась с небом и придумал следующую строку:
« Сквозь утренние туманы,
обняв тебя не руками,
я через все расстояния,
касаюсь тебя ветрами…».
Роман наиграл мотив, который приходил в его мысли, охваченные творческим вдохновением. Затем, отложил гитару. Взял лист бумаги. Торопливо, зачеркивая и набрасывая куплеты, стал записывать слова на бумажный лист :
« …А вечером темно – синим,
ты посмотри на небо.
Тебе подмигну звездою.
Там, где бы я не был…»
Так, в вечер перед экспедицией, родилась новая песня о разлуке с Катей. Набросок текста, с еще не выверенными рифмами, Роман запечатал в чистый конверт. Написал на нем Катин адрес. А черновик песни для себя положил в карман куртки – штормовки. Там в тайге, в свободное время, он закончит сочинять эту песню и совместит ее с аккордами гитары…
Рано утром, выходя из здания общежития с рюкзаком и гитарой в руках, Роман отдал письмо, адресованное в Свердловск Ракитиной Кате, коменданту.
– Я уезжаю на неделю. Передайте, пожалуйста, Кузьма Петрович это письмо почтальону для отправки. Я уже не успеваю дойти до почты. У меня на работе сбор в восемь.
Старый комендант взял письмо из рук Романа. Положил его в стол и тут же, забыл о нем.
Глава 6
А Катя ждала этого письма, которое так бессовестно забыл отправить Кузьма Петрович.
Скучая и тоскуя по своему любимому топографу, она бесцельно ходила по коридорам института. Душу согревали воспоминания. Катя подошла к актовому залу. Посмотрела на раскрытую дверь. Из этих дверей, обычно, после звонка на первую перемену, выходила уборщица. Она протирала влажной тряпкой листья фикуса в деревянной кадке. Катя присела на скамью около фикуса. Здесь они сидели с Ромой во время первой перемены. Почти ежедневно. Они выбрали это место потому, что актовый зал находился примерно на одном расстоянии между двумя факультетами – экономическим, где училась Катя и строительным, где учился Роман.
Катя присела на скамью, погладила ладонью жирные зеленые листья фикуса. Прошло всего восемь дней с того дня, когда они встречались здесь с Ромой. Катя увидела пыль на фикусе. Ей часто приходилось видеть по утрам, как уборщица протирала пыль влажной тряпкой с этих больших листьев. Пыль… В душе заныла струна недоброго предчувствия и беспокойства.
Странно, что дверь зала раскрыта. В опустевшем институте каникулы после сессии. А в зале, видимо, идет какое – то собрание.
Из открытой двери актового зала доносился мужской голос. Катя услышала отрывочные слова : Отряд… Зона… Зараженные районы… Добровольно… Она заглянула в зал и увидела, что в рядах слушателей сидят несколько десятков молодых людей. Ни одной девушки среди них не было. Рядом с выступающим за трибуной мужчиной в военном мундире на сцене стоял письменный стол с табличкой: «Запись добровольцев». За столом сидел человек в военной форме.
Катя стала прислушиваться к тому, о чем говорит выступающий военный. Тут из дверей зала вышла Эмма Захаровна – преподаватель экономики. Она была председателем профсоюзной организации, и поэтому всегда была в курсе всех дел, происходящих в институте. Эмма Захаровна хорошо знала Катю, потому что была куратором ее группы.