Ольга Назарова – Снежный дом со свечой на окне (страница 16)

– И где это всё поместилось в такой мааааленькой собачке, а? Эй, муж, а муж… Может, одобришь расход на уборщицу?

– И не подумаю! – повредничал Андрей. – Твоя собака, сама и убирай, жёнушка!

Милана поморщилась – подозревала, что этот паразит будет издеваться, так и вышло!

Нет, она понимала, что лужи – это непорядок, поэтому усилием воли отыскала в доме кладовку со всякими приспособлениями для уборки, обнаружила там забавное ведро на колёсиках и круглую пушистую швабру – такая была у уборщицы в доме родителей, и как ею пользуются, Милана видела.

– Ну с этим я управлюсь! – решила она, волоча за собой ведро, как в детстве слоника-каталку на колёсах.

– Слушай, давай мы это видео Хаку отправим, а? В качестве подарка под Рождество? – алчно переглянулись маляроштукатуры. – Из разряда «чудес не бывает, но они есть».

До сих пор чудесами работали сами Василий и Дмитрий – когда оба супруга покинули коттедж, Вася проник в него, пока Дима караулил, не вернутся ли постояльцы, и включил усиленную вентиляцию комнаты, залитой водой.

– Взрослые люди, и ни один не подумал о том, что в сырости комнату оставлять нельзя! – изумлялся хозяйственный Вася. – Дикие какие-то.

Так что для наблюдателей процесс уборки в исполнении Миланы представлял собой зрелище редкостное и увлекательное.

Андрей тоже вышел полюбоваться, скептически поднял бровь, предполагая, что живая игрушка надоест девице за пару-тройку дней, да и смылся в свою комнату, не заметив, что забавная абрикосовая мелочь увязалась за его ногами и укатилась за ним.

Грохот, вопль, ругательства и писк, которые раздались из комнаты Андрея, заставили Милану бросить швабру и кинуться на звуки.

– Если только он её ударил, или сел на неё, или как-то ей навредил… – Милана рывком распахнула дверь в комнату Андрея и узрела редкое зрелище.

– Слуууушай, а вот это непременно надо Хаку отправить, он же нам без доказательств не поверит! – Вася от восторга чуть из крутящегося кресла не выпал, глядя, как Милана осторожно обходит изумительную по составу конструкцию – посреди комнаты, странно извернувшись, лежал Андрей, словно фигурист, грянувшийся на лёд во время исполнения сложного прыжка, а на нём, прямо на груди, восседала страшно довольная щень и, попискивая, вылизывала его подбородок.

– Ууууууу, – донеслось от «фигуриста», – ууууууууииии!

Милана ловко подхватила свою драгоценную собачищу, прижала к груди и с сочувствием уточнила у дитятки.

– Напугал, да? Нехороший тип! Орал, гремел костями и ругался… Фуууу, просто! Ты не бери с него пример – это деструктивное поведение!

– Ооооеееее, – Андрей сменил звук и попытался расплести конечности.

– Ты нам все гласные предъявишь, или всё-таки что-нибудь умное скажешь? – любознательно поинтересовалась Милана. – И вообще, кто тебе разрешил брать моего щенка в твою комнату? И что это ты такое только что высказывал?

– Да ёшкин кот! – Андрею наконец-то удалось сесть. – Я говорил: «Уйдите обе!» Я из-за твоей псины язык прикусил, отбил себе всё, что только можно, и хорошо, что ничего не сломал! И всё ради чего? Ради того, чтобы не расплющить твоего щена! Кстати, никуда я её не брал – она сама прикатилась. И вообще, какого ты… зелёного крокодила за ней не следишь, а?

– Ты ж смотри… Голос прорезался, речь вернулась, как говорит-то, как говорит… аж закачаться можно! – Милана пренебрежительно дёрнула плечиком, а потом вдруг резко наклонилась, оказавшись нос к носу с Андреем, и прошипела: – Да если бы ты ей хоть на лапку наступил, я бы тебе жизнь испортила отсюда и до конца срока нашего договора! Понял? Не смей на неё орать, пугать, наступать и тем более падать! И смотри под ноги, дылда здоровенная!

Андрей только брови поднял, изумлённо проводив взглядом Милану, торжествующе прошагавшую из комнаты, а потом поморщился от грохота после того, как она пнула дверь в качестве заключительного аккорда.

– Ишь ты, раскомандовалась! Совсем сбрендила! Изначально была того, а сейчас – в кубе! – проговорил он.

– Я всё слышу, дорогой! И об этом ты сильно пожалеешь! – донеслось из-за двери, и Андрей, прислонившись виском к кровати, тяжело вздохнул.

***

У детей, неважно какой породы, есть такой закон – если их куда-то не пускают и что-то от них прячут, то оно и есть самое-самое желанное, интересное и прекрасное!

– Милка! Да убери ты её! Почему она всё время за мной бегает! – то и дело вопил Андрей. – Стоит мне только куда-то пойти – она уже там меня поджидает, причём, если я поворачиваюсь и иду в другую сторону, она тут же мчится за мной и как-то оказывается там, куда я шёл! И вообще, как её зовут?

– Несси, – представила курчавую мелочь Милана.

– Это как лохнесское чудовище? – расхохотался Андрей.

– Нет, это как «Не сядь, не сбей, не снеси, не скинь!» – Милана ловко подхватила жизнерадостное создание и прижала к себе. Несси тут же облизала ей щёку, и Андрей поморщился. – Хотела назвать в честь тебя – Дрюник, только вот это девочка, незачем её так оскорблять!

Андрей и злился, и забавно ему было… Он-то обычно общался или с девами модельной внешности, которые чётко знали, чего хотят, или просто с легкомысленными знакомыми девицами, с которыми можно было ненапряжно проводить время. Регулярно появлялась рядом очередная разумница, которая, решив, что глупо упускать «ничейного богатенького» типа, пыталась его планомерно окрутить Правда, он был крайне осторожен и никаких серьёзных отношений не начинал принципиально – неинтересно ему было.

А тут сходу и жениться пришлось, и жена оказалась неожиданная. На его статус ей было наплевать – у её папаши денег не меньше, чем у его родителя. Мозгов у неё при первом рассмотрении не было вовсе, правда, сейчас что-то проблёскивало, но очень и очень слабенько, зато язвительности, вредности и колючек у девчонки было предостаточно, и как на них реагировать, Андрей пока не очень понимал.

Обнаружив на девственно чистой плите что-то кипящее, Андрей озадачился, нашёл вилку, потыкал в это что-то и даже не сильно удивился, услышав за спиной ядовитым тоном заданный вопрос:

– И что ты там потерял, а?

– Да вот решил уточнить, какую отраву ты варишь?

– Отраву? – прищурилась Милана, – То есть ты думаешь, что для того, чтобы сварить Несси куриную грудку, надо быть повариней?

– Кем? Что ты сейчас сказала?

Слово за слово, и через пару минут в кухне бушевал дивный скандал, по итогам которого Андрей заявил, что теперь он категорически против щенка в местах общего пользования, а оскорблённая Милана решила, что, раз так, пора ей спеть…

Время она выбрала удачное – Андрей как раз собрался выпить кофе.

Когда за его спиной послышались исключительно пронзительные и абсолютно немелодичные завывания, весьма и весьма отдалённо напоминающие какой-то хит сезона, скрещенный с блеянием коз, звуком трубы, больной ларингитом, и явной попыткой разбить все окна в доме путём воздействия на них ультразвуком.

– Ааааа! – взвыл Андрей, вылив на себя от неожиданности кофе, отпрыгнув от кипящего напитка, врезавшись поясницей в столешницу и едва-едва не рухнув. – Чтоэтобыло?! – выдохнул он одним словом.

– Я пою. Не слышал, что ли? – c превеликим достоинством ответила Милана. – Что? Тебе НЕ понравилось? Сразу предупреждаю: тем, кому НЕ нравится, я пою громко и долго, чтобы они прониклись и поняли, как они неправы!

– Мне нравится! – торопливо и крайне опрометчиво заявил Андрей, оттягивая от себя подальше дымящуюся футболку.

– Прекрасно, тогда я продолжаю! – широко улыбнулась Милана и запела ещё что-то примерно такого же звучания.

Андрей понял только одно – бегство! Вот в чём его спасение! Он, забыв про кофе, рванул в свою комнату, не обратив внимания, как насмешливо смотрит на него Милана.

– Дурачок… – хмыкнула она. – Тут прекрасные колонки, да и караоке имеется!

Через несколько минут дом трясся и покачивался от распевки, как Милана называла крайне немузыкальные звуки, голосимые во всю силу лёгких в отличный микрофон.

– Счас помру! – стонал наверху Андрей, пытаясь заглушить это безобразие наушниками, душем, подушкой… – Милка! Хватит выть!

– Как – выть, Дрюнечка? Ты же сказал, что тебе НРАВИТСЯ! – состроив крайне наивную рожицу, уточнила Милана.

– Мил, чего ты хочешь? – он устало опустился на ступеньку лестницы, держась за голову и мимолётно подумав, что его многострадальная голова в последнее время как-то очень уж часто собирается отвалиться.

– Я? Чего же я хочу? А ну-ка, дай-ка подумать… – Милана наморщила лоб и завела глаза к потолку, делая вид, что изо всех сил вспоминает. – Ааааа, точно! Ты же сказал, что Несси в общие помещения нельзя, а мне скууучно, Дрюнечка. Понимаешь?

– А? Так всё это из-за дурацкой псины? Ладно, я снимаю запрет, но пусть под ноги не попадается!

– Дурацкой? Да как ты смел? – возмутилась Милана. – Неужели же ты думаешь, что я выпущу свою лапочку туда, где ходит такой мрачный, вредный и мерзкий тип как ты?

– Не выпустишь? Погоди, но ведь ты хотела… – у Андрея возникло странное ощущение, что он не успевает за просвистевшим мимо поездом, и, более того, поезд-то свистит не просто мимо, а вокруг его бренного тела.

– Я просто не могу позволить невинному созданию видеть такого как ты! – Милана скорбно понурилась – А это значит что?

– Что? – осторожно уточнил Андрей, со слабой надеждой, что ничего такого страшного оно не значит.