Ольга Назарова – Самый лучший не рыцарь (страница 20)
– Ася, а пироги ты пекла или бабушка? – мило улыбаясь, уточняла Надежда. Чисто из вредности. Вот есть такая категория женщин – хлебом не корми, дай настроение кому-то испортить.
– Ну, конечно, Асенька! – бабушка никак не могла позволить, чтобы будущие родственники считали, что её обожаемая внучка – неумеха. Да если честно, Ася действительно умела готовить и делать это вкусно, просто… просто, когда же отдыхать-то девочке, если не сейчас?
– Аааа, ну, тогда понятно, почему она такая измученная! Бледненькая да беcцветненькая! Устала бедняжка наша. Вся в хозяйстве, вся в делах! Ты ж Никитку не избалуй! Он у нас вообще-то этакий деспот по натуре! Всё надо так, как он хочет! Я б себе такого мужа не выбрала! – Надя шаловливо покосилась на брата.
Нина толкнула старшую сестру под столом, а вслух негромко сказала:
– Иногда лучше жевать, чем говорить. Ешь давай!
Элеонора сделала вид, что выступления старшей дочки не услышала, её муж и мама безмятежно уставились в тарелки, Артём хихикнул.
Никита хмуро покосился на сестрицу
– Ты лучше своей жизнью занимайся, а не к моей невесте приставай. Но ты, Ася, и правда, бледненькая… Устала?
Ася изумлённо уставилась на жениха. Она же специально так выглядит, как ему нравится, а он… Сидит за столом с Матрёшкой, запрыгнувшей ему на колени, наглаживает кошку-подлизу и сочувственно ей улыбается.
– Нет! Не устала, – с трудом выговорила она.
– Вот, Мариночка-то как цветёт! – Надя нашла болевую точку у невесты брата и решила поиграть на чужих нервах ещё немного. – Прямо яркая как ягодка. Иван, а вам, оказывается, такой типаж девушек нравится?
– А я девушек по типажам не разделяю, – спокойно улыбнувшись, ответил Иван. – Марина мне любая нравится. Ягодка или нет – не важно!
– Да ладно… то есть, когда она сюда приехала вся такая серая и невзрачная, без студийного макияжа и дорогущего платья, она вам всё равно была по душе? – у Надежды аж скулы свело от спокойной улыбки Марины и не таких вредин встречавшей.
– Конечно! Правда, Марина серой и невзрачной не бывает, да и в студийном макияже я её ни разу и не видел, надо будет непременно попросить её сделать. Чисто из любопытства.
– Да ладно… То есть, вы даже косметику у неё на лице не замечаете? – Надежда гневно уставилась на этого остолопа.
– Наденька… может, мы про косметику с вами по-девичьи побеседуем? Ивану эта тема не близка, он ею не пользуется, знаете ли! А если вас так заинтересовал мой макияж, могу вас заверить, что сделала я его прямо перед ужином. Самостоятельно и быстро. Для пудры, туши и помады много времени не требуется! – легко рассмеялась Марина, разом выставив упёртую сестрицу Никиты в не очень-то хорошем виде. Примерно в таком, который она и заслуживала.
– Если всё так быстро и просто, так чего же ты своей сестре-то не помогла? – Наде Марина от души не нравилась, и скрывать это никакого желания у неё не было!
– Насколько я понимаю, Ася старается выглядеть так, как нравится её жениху. Хотя, право же… я не понимаю, какое вам до этого дело?
Тут Надя получила два пинка под столом – один от младшей сестры, второй – от матери и остановила очередную колкость практически у источника, плотно-плотно сжав губы.
Дальнейшие разговоры протекали довольно-таки мирно, правда, Асе казалось, что несчастнее её нет на всей земле!
Ну, что такое? А? Это её помолвка! Её личный праздник, а в результате что получается? Сидят все, едят, болтают. А она? Она-то словно оплёванная этой подлой зaрaзoй-Надькой! И Никита… Как он мог? Он же ей все уши прожужжал, что ему нравится натуральная красота! А сам?
На глаза невольно наворачивались слёзы, и, чтобы их скрыть, Ася поспешно отправилась на кухню, якобы за очередным блюдом.
Марина там её и нашла.
– Чего тебе? – хмуро спросила Ася у сестры.
– Пошли!
– Куда ещё? – Ася тёрла глаза – хоть какая-то радость от отсутствия туши.
– Как куда? Утереть нос твоим будущим золовкам и жениху немного ума прибавить! – Марина хищно прищурилась. – Пошли, а то я едва сдержалась, чтобы в эту Надечку блюдом с салатом не кинуть, а Никите сок в лицо не выплеснуть! Если не хочешь скандала за столом – пошли!
Ася захлюпала носом. Ей почему-то оказалось так важно, что её хоть кто-то поддерживает и сердится за неё! Да какое там сердится – от Маринки искры летят.
– Не вздумай плакать! Не хватало ещё! Перетопчется та язва, чтобы из-за неё ещё плакать!
Марина часто ездила в командировки, поэтому краситься умела в любой обстановке – в поезде, в машине, в гостинице без горячей воды…
Ася тоже умела наносить косметику, но делала это очень вдумчиво и долго, а тут ощутила, что в какой-то ураган попала.
– Глаза закрой! Бровями не дёргай! – командовала Марина. – Где у тебя коричневая тушь? У меня-то только чёрная, а тебе её нельзя – слишком ярко.
Минуты через три у Аси и брови сыскались и ресницы обнаружились – длиннющие и густые, крошечное количество румян «нашло» у неё скулы, и волосы ей Марина моментально уложила как-то так, что в зеркало приятно стало глядеть.
– Так… переодеваться не будем… ну-ка… что у тебя тут есть из аксессуаров?
Ася и моргнуть не успела, как Марина выудила из её косметички забытую там подвеску на цепочке – ярко-ярко голубой прозрачный камушек в серебряной оплётке – как капелька.
Он сразу сделал простенькое платье интересным, подчеркнул Асины глаза.
– Ну, вот. А то… бледная-натуральная. Пусть эта Надежда сама с себя штукатурку смоет, вот мы и посмотрим, кто тут бледный! – фыркнула Марина. – А жениху своему посоветуй вместо брюк порты льняные надевать и не кроссовки носить, или ботинки, а лапти и валенки! Оччччень натуральненько!
Ася против воли представила Никиту в портах и валенках и расхохоталась.
– И вообще! Выше нос, плечи разверни и не позволяй о себя ноги вытирать!
– Так я ж обидеть их не хочу! – поделилась Ася.
– А чем их может обидеть твой ухоженный вид? Тем, что у Надежды не получится на твоём фоне выглядеть как блондинистые песочные часы? Обойдётся. Так… где у нас пироги с мясом? Я ж чуяла, что пахло ими! А вот! На тебе блюдо и иди себе, словно так и надо!
Ася послушно унесла пироги и на веранде послышались удивлённые восклицания.
Марина туда не торопилась – заглянула в свою комнату, где на кровати валялось сложносочиненное йорко-чихуашное сонное и набегавшееся собачье общество.
– Девочки, вы тут как? Спите? Ну, спите, спите! – Марина успокаивающе покивала головой и, отступая, чуть не врезалась в Ивана.
– Сонная команда? – он кивнул в сторону отчётливого посапывания.
– Не то слово! Прямо завидно!
– А ты, оказывается, поразительно великодушна… – улыбнулся Иван. – Ты из сестры прямо-таки красавицу сделала.
– Да что там делать-то? Она реально красивая. Это она из-за Никиты сотворила из себя не пойми что! Ну, спасибо язве–Наде. Это благодаря её словам Ася согласилась на отступление от натур-продукта.
– Всё равно… не все бы стали вмешиваться.
– Может быть, но нас на свете не так уж и много, чтобы такой-то ерундой не помочь. Мне её вообще-то всегда очень жалко было. Понимаешь, – Марина ловко укладывала на блюдо очередные вынутые из духовки пироги и рассказывала:
– Ей бабуля с раннего детства в уши дула, что она самая-самая-пресамая, носительница «их породы», что когда родители её ругают за что-то – это они придираются, что слушать их необязательно – всё равно Ася потом в Питере жить будет. Доходило до того, что они Асе купили специальный мобильник для звонков им. А она с ними поговорит, а родителям – молчок. Короче, некрасиво получалось… Мама плакала, отец расстраивался, а как быть? Отнять телефон, не позволять общаться, изолировать? Так Ася сама к ним рвалась – ей удобнее было там. Вот и получилось, что получилось.
Надежду прямо-таки передёрнуло, когда она увидела, в каком виде вернулась будущая невестка, зато Никита возликовал. Что же поделать, если у него идеи, и то, что из них получалось, между собой кантовались из рук вон слабо?
Да, мысль о натуральности была, а вот то, как это в реальности, да ещё на контрасте будет выглядеть, он и не подумал, да и вряд ли смог бы – в этой области он был точно таким же «знатоком», впрочем, как и во всех других.
Когда Марина и Иван вернулись за стол, разговор принял более деловое направление. И опять с подачи той же Нади.
– Я не поняла… у вас помолвка или что? А где помолвочные кольца?
Известие о помолвочных кольцах Никиту ошарашило. Он и понятия не имел, что ещё и такие бывают. Ася, которая на дополнительное колечко как раз рассчитывала, внезапно осознала, что его не будет и снова расстроилась.
А неуёмная Надежда продолжала.
– А свадьбу кто оплачивает? Мы со своей стороны много не дадим. Да, мам?
– Ну, свадьбу-то традиционно оплачивают родители невесты! – провозгласила Норочка, сильно ошарашив этим свою подругу.
– Погоди… и откуда это ты взяла такую традицию? – с научным интересом осведомился Владимир. Что-то такое он и предполагал, но прямота изложения его восхитила.
– Ну, как же! Раньше-то испокон веков за невестой приданое давали. Сейчас, оно понятно… какое там приданое. Но вот оплату свадьбы надо невестиным родителям брать на себя.
– А родители жениха? – уточнил дед невесты. – Они только самого жениха на свадьбу поставляют или как?
– Платье и туфли за нами! – с достоинством ответила Элеонора.