Ольга Назарова – Самый лучший не рыцарь (страница 12)

– Маринаааа! – взвыла Ася. – Я не смогу объяснить родным Никиты, почему ко мне относятся как к бедной родственнице!

– Ась, такие вещи вообще-то планируют заранее. Люди отпрашиваются и едут, если могут. Или не едут, если не могут!

– Но ты же в Питере! Что тебе стоит задержаться на пару дней? Ой, мне Никита звонит, я тебе потом наберу! Короче, ты должна быть на моей помолвке и всё тут!

Марина уже собралась послать сестрицу… на помолвочные мероприятия, но она шустро отключилась. Зато, сразу после неё позвонила бабушка.

– У меня зазвонил телефон… – пробормотала она, принимая вызов. – И лучше бы это был слон… – подумала она, прослушав речь старшей родственницы.

– Я всё понимаю, ты вся из себя самостоятельная и самоуверенная, но сестру обязана поддержать, слышишь, просто обязана! Да, наши знакомые в курсе, что ты безнадёжная карьеристка, но с ними приедет их племянник, и я очень надеюсь, что ты хотя бы приглядишься к нему!

Послать бабулю Марина не могла… Хотелось до визга, но воспитание, чтоб ему…

Новый звонок смартфона Марина приняла не глядя, с ненавистью думая о том, что, если это опять Ася, Никите помолвляться, то есть помалвливаться будет не с кем, то есть… ну, короче, невесты у него просто уже не будет!

– Привет! Как дела? – голос Ивана заставил Марину выдохнуть, и ей показалось, что от этого выдоха аж искры по комнате полетели. – Марин, я не вовремя? Можешь говорить?

– Могу! Правда, сейчас лучше всего я могу визжать! – неожиданно откровенно ответила Марина.

Нет, если бы не усталость, которая накопилась за последние месяцы и рывком рухнула ей на голову, то ничего подобного она бы не сказала! Но, похоже, Ася и бабушка стали последними соломинками, подломившими её сдержанность.

– А! Ну, это бывает! – рассудительно ответил Иван, ничуть не смутившись. – Можешь повизжать, я привычный!

– И часто тебе приходилось это слышать? – против воли заинтересовалась Марина.

– Ну, почти всё детство. У меня матушка очень эмоциональная. Чуть что – гарантированный вынос звуковой волной мозга, стёкол и остатков самообладания окружающих, – хладнокровно объяснил её собеседник и уточнил:

– У тебя что-то случилось?

– Случилось? Да не могу сказать, что это что-то стоит внимания, но неприятно как-то.

Неприятно было сильно. Марина прямо-таки слышала бабулины и Асины рассказы о «безнадёжной карьеристке», обращённые к куче абсолютно посторонних ей людей, и становилось горько до слёз…

– Так, давай, рассказывай, – Иван никогда и никому не навязывался, но прямо шкурой почуял, что там, на другой стороне беспроводной связи сейчас будут слёзы.

– Да и рассказывать-то нечего. Глупость сплошная! Моя младшая сестра решила выйти замуж. На днях празднует помолвку. Никого заранее не предупредила, но поставила перед фактом – должны приехать, хоть убейся, а то, со стороны жениха будет много родни, а с её стороны – мало. Плюс, среди этой «многородни» едет какой-то племянник кого-то, я не очень поняла кого именно, который собирается уделять мне внимание, несмотря на то что все грядущие родственники поставлены в известность о том, что я самостоятельная и самоуверенная безнадёжная карьеристка, – Марина покосилась на лежащую рядом Карри и порадовалась, что рядом есть кто-то кому наплевать на подобные слова.

– Погоди-ка. Дай угадаю! Ты им деньги даёшь? Ну, этим своим родственникам?

– Давала… – неохотно призналась Марина.

– Прелестно! То есть они великодушно позволяют тебе вкалывать до потери пульса, берут деньги, но ты безнадёжная карьеристка?

– Ну, выходит, так…

– И что ты планируешь делать? – заинтересовался Иван.

– Послать всех и свалить в отпуск! Единственная проблема в этом плане – отца заклюют! Мама никак оторваться не может, а вот отец согласился приехать – надо же хоть посмотреть за кого младшая дочь замуж собралась.

У Ивана не было ни одной причины вмешиваться… Почти совсем ни одной. Ну, ладно, ладно, была причина – разъярило его вот такое отношение родни к Марине. Просто аж до ярости. Он же видел, какая она на самом деле бывает. Ну, неужели же эти её родственники ничего не видели? Или просто не хотели замечать? А что? Это же так удобно – иметь в домашнем арсенале безотказную боеголовку, которая по первому сигналу приносит деньги, решает все проблемы, может в дребезги разнести хоть армированную бетонную стену, только бы своим помочь! А вот рассмотреть, что эта боеголовка живая, с горькой памятью и жуткой усталостью, с паразитами – родичами бывшего жениха, впившимися в её горло, уязвимая перед родственным хамством, со смаком обсуждающим её секреты с досужими чужими болтухами… неее, это её родичам делать не хотелось!

– Насколько я понимаю, озвученный тобой план останется в мечтах, и ты поедешь спасать отца? – сухо уточнил Иван. – А он сам-то что про это думает?

– Он скажет, чтобы я ехала домой и отдыхала, – Марина явно улыбалась – прямо по телефону слышно было. – И мама его поддержит.

– А послушаться родителей слабо?

– Слабо… я не могу его бросить. И он бы меня не бросил, и мама тоже. У нас как-то так получилось славно, что мы друг друга прикрываем.

– Ну, хоть кто-то… – пробормотал Иван. И тут ему пришла в голову совершенно хулиганская мысль!

– Интересно было бы, если бы ты приехала на этот родственный гадюшник, то есть помолвочник, не одна, а с… ну, положим с женихом! Не-не, я помню, что для тебя это фарс, в котором ты участия нипочём принимать не будешь, – заторопился Иван, припомнив её реакцию на прошлое предложение изобразить его невесту, но всё-таки решился:

– Но, если представить это с точки зрения самозащиты? Прикинь, ждут они тебя, такие все надутые-самоуверенные, с племянником, а ты рррраз, и с женихом!

Само это слово, так болезненно царапавшее Марину все последние годы, сейчас почему-то не вызвало никакой острой реакции, которой опасался Иван, зато, нарисованная им картина неожиданно рассмешила.

– Дааа, полагаю, это была бы классная идея, – неожиданно согласилась она, – Только вот я именно такая, как меня бабушка описала, так что у меня жениха нет, и даже кандидата на его роль нет. И актёра нанять не предлагай – так низко я ещё не пала. Мне проще вернуться к пункту первому и послать всех! – ответила Марина.

– Во-первых, ты к нему не вернёшься, насколько я тебя знаю, а непременно будешь выручать отца, он будет выручать тебя, и вы оба начнёте погибать смертью храбрых в том родственно-сплетневом собрании.

– А во-вторых? – уныло уточнила Марина, которая гораздо лучше отцовских родителей помнила о его сердце, давлении и стабильно-гневной реакции на обсуждение её скромной особы.

– А, во-вторых, я по-дружески предлагаю свою скромную кандидатуру на эту роль! – Иван осторожно прислушался к Марининому молчанию. Почему-то очень хотелось, чтобы она согласилась. – Обязуюсь вести себя исключительно убедительно, прилично и крайне возмутительно с точки зрения попрания надежд неизвестного племянника! Во!

– Слушай, это здорово и очень благородно с твоей стороны, но тебе-то это зачем? – озадаченно уточнила Марина.

– Видишь ли, я много лет был в такой же ситуации – жутко хотелось свалить куда подальше, но не мог – мой отец тогда бы просто не выжил с мамой и братом. Это такое… ну, как в заложниках держат того, кто тебе дорог! Только вот тот, кто держит эмоциональный пистолет у виска заложника, тебе тоже не чужой, уничтожить его нельзя, вот ты и связан по рукам и ногам.

– Как похоже… – вздохнула Марина. – И как ты выбрался?

– Вышиб из руки мамы оружие – брата. Не в одиночку, конечно, мне помогли. Брат неожиданно взялся за ум, отец получил передышку, нашёл место, где комфортно ему, и мама теперь занята выше крыши – сил не остаётся для докапывания до его нервной системы. Короче, всё разрешилось настолько благополучно, насколько это вообще могло быть. Может, и в твоём случае можно попытаться хотя бы немного разоружить твоих родичей, по крайней мере, в этом случае?

Марина покосилась на виляющую хвостом Карри и хмыкнула,

– А знаешь, давай! Тем более, что ты ещё лично не знаком с Карри! Интересно, они с Танютой поладят? Ты же её привезёшь?

– Пренепременно! В чихмадане и в новом умопомрачительном ошейнике – подарке жены Игорька – моего братца. Кстати, вообще-то таких ошейников у нас два, они похожи, так что мы с Танютой один уступим Карри

Марина внезапно ощутила, как настроение, только что упавшее, заползшее за плинтус и обречённо попискивающее там, вдруг воспряло, коварно щурясь и гнусно хихикая в адрес Аси и её «помолвочной когорты».

– Ой, как-то мне прямо полегчало, стоило только представить Танюту с Карри в одинаковых ошейниках и с идентично-высокомерным видом ОЧЕНЬ КРУПНЫХ СОБАК! – улыбнулась она.

– Ты ещё представь всё это двойное великолепие у меня на руках! Зрители будут в восторге или в панике – кто где! Но равнодушным не останется никто! – добавил Иван.

– Однозначно, коллега! – согласилась Марина, – И… Вань, спасибо тебе! Мне так плохо было, пока ты не позвонил и не предложил всё это!

– Бери выше – не убедил тебя на это согласиться! Да, я такой! Только рыцарем не называй, – торопливо предупредил Иван. – Не люблю!

– Ладно-ладно, не буду, уважаемый благородный не рыцарь!

– Хулиганка!

Они переговаривались, словно знали друг друга давным-давно, словно им лет по восемнадцать, когда ещё нет за плечами особых предательств, потерь и отчаяния, разлук и разочарований, когда впереди всё однозначно ясно, понятно и точно-точно очень счастливо!