Ольга Назарова – Пёс из породы хранителей и мамонт в цветочках (страница 39)
– Матильда Романовна, что бы вы посоветовали? – уточнил Александр, страстно желая выкинуть «викинга» из окна и посмотреть, как у него с полетными качествами?
– Выкидывать его из окна неразумно, – рассмеялась Матильда, без труда определившая, почему разгневанный директор меряет взглядом расстояние от забившегося в угол Вадима до оконных рам. – Он вам ещё пригодится. Подписывал-то документы он! Следовательно, и ответственность за то, что он натворил, будет нести сам. Да, уважаемый, вы не в медвежий угол из просвещенной Европы прибыли. Здесь и законы существуют, и выполнять их нужно. И ваша юридическая неграмотность никак вас от них не избавила. Тем более, насколько я поняла, вас предупреждали неоднократно! И сейчас я вам не завидую!
Она повернулась к Александру Петровичу. – Я не могу давать вам советы. Ну, разве что, кроме рекомендации не проверять высоту за окном этим типом. Я не ваш адвокат, а представляю интересы одной вашей сотрудницы. Вот её иск, – она кивнула на стол. – Подан из-за принуждения к увольнению беременной и нанесения ей морального вреда вашим управляющим.
– Ты чё? Совсем того? – директор гневно повернулся к Вадиму. – Да что ж ты тут ещё успел наворотить? А! Что с полудурком говорить! Я и сам хорош, как же мог поверить такому скомороху? – он потянул со стола бумаги, пролистнул и обратился к Матильде. – Никакой речи об увольнении Анны и быть не может! Я сегодня же повышу ей оклад в качестве компенсации за этого деб… – он покосился на Матильду, мягко покачавшую головой, и явно не одобрявшую прямые оскорбления. – Деятеля! И если этот вопрос улажен, можем ли мы вернуться к предложению, представлять мои интересы?
Матильда хотела было отказаться, но глянула в угол, гневно сдвинула брови, да и согласилась, решив, что выпотрошить этого типа так, чтобы он сто раз подумал, прежде чем лезть дальше и кому-то ещё гадить, будет весело и интересно. К тому же, она отлично помнила тон его разговора с Анечкой, и это добавило Матильде идеи для кровожадных замыслов, разумеется, исключительно на правовом поле. Она всегда знала, что хорошему юристу не нужен автомат или гранатомёт, он сам по себе опаснее.
Аня с нетерпением ожидала результатов визита Матильды в её компанию. Предложила было сходить с ней, но адвокат отказалась категорически.
– Милая, вам это сейчас абсолютно не нужно. Вы не о мерзавцах должны думать, или переживать из-за их ругани, а отдыхать и делать что-нибудь приятное, например, котиков гладить!
– Прррально! – Матильда обернулась и стремительно оглядела комнату. Голос раздался совсем близко, но рядом сидел только кот.
– Мяун! Не мурлычь ты так! – нервно улыбнулась ей Аня. – Он иногда так мурлыкнет, словно говорит!
– Да уж, мне так отчетливо показалось! – восхитилась Матильда, отправляясь на баталию. Вернулась она часа через четыре в великолепнейшем настроении.
– Анечка, вы остаётесь на работе, с повышением оклада в качестве компенсации за причиненный моральный вред и переводитесь на плавающий график работы, то есть можете выбирать для себя комфортное время посещения! – возвестила она, усаживаясь поудобнее за чашечкой чая.
– Вы его превратили во что-то? – потрясенно уточнила Аня. Ничем другим объяснить такие чудеса она не могла. В воображении настойчиво крутилась картинка, изображающая таракана с головой Вадима Николаевича и Матильду Романовну с тапком в руках!
– Лучше, милая, лучше! Раз вы не хотели жаловаться в Трудовую инспекцию, я нашла и вызвала вашего итальянского отшельника.
– Кого? –Аня решила, что ослышалась.
– Александра Петровича! – хихикнула Матильда. – На острове, где он обосновался, живёт один из моих клиентов. Так что, узнав о плачевном состоянии организации, которое устроил его топ – менеджер, ваш директор вышел из пике, поинтересовался состоянием собственной почты, прочёл всё, что ему сотрудники писали и, по-моему, вполне мог своим лётом прибыть. На реактивно-гневной тяге. Да он ещё так удачно появился, словно мы с ним репетировали! Об одном жалею – что вы не видели выражение лица топ-деятеля, который узрел свой самый страшный кошмар! Ах, как я люблю свою работу! – Матильда совершенно хулиганским образом сделала жест, словно спускает курок пистолета. – И ведь всё абсолютно законно, даже красиво, а позади море крови и горы трупов!
Она поймала исключительно одобрительный взгляд кота и ошеломленно уставилась на него, услышав: – Мадамммм, вы сделали мой день!
– Мяун! Ну, что ты творишь! – возмутилась Аня, подскакивая к пошатнувшейся на стуле Матильде Романовне. – Вы только не волнуйтесь… Это… Это просто шутка такая!
– Ой, Аня, ну, какая там шутка! Объясни ты всё как есть! У них уже есть необычный зверь. Так что она чудно всё поймёт! – фыркнул Мяун.
– Матильда Романовна, миленькая, вы только не волнуйтесь! Вам плохо?
– Нет! – саркастически заметил кот. – Ей хорошо! Она же думает, что у неё слуховые галлюцинации, или старость, или расстройство рассудка. Аня, ну, как ты так… Конечно, будет тут плохо! Сударррыня, не пугайтесь, я не глюк! Я просто говорящий кот!
Глава 29. Медитация под шум дождя
Матильда Романовна прикрыла глаза, про себя посчитала до десяти, а потом посмотрела на смущенную Аню.
– Матильда Романовна, вы не переживайте, но это не фокус и не галлюцинация, он и правда говорить умеет. Его Мяуном зовут.
– Да, я – обыкновенный говорящий кот Мяун! – представился кот.
Матильда Романовна пощупала свой лоб, вздохнула, одним глотком выпила оставшийся в кружке чай, и уточнила:
– То есть, и раньше мне не мерещилось? Ты сегодня уже говорил?
Мяун, восхищенный самообладанием гостьи покивал: – Да, так вырвалось случайно. Я не хотел вас шокировать перед решающим сражением. Только… температуру лучше всё-таки на носу проверять! Так надежнее!
Матильда покосилась на кота и решительно ощупала кончик своего носа. На нём повышенной температуры тоже не наблюдалось!
– Не переживайте… Я понимаю, что это трудно осознать, но я действительно могу говорить. И жара у вас нет. И, да… позвольте выразить вам моё глубочайшее восхищение. Владеете вы собой великолепно!
– Ещё бы! – вздохнула Матильда Романовна, решившая, что или она сошла с ума, и тогда ей терять нечего – можно и с котиком поболтать, или она совсем даже наоборот, с ума не сошла, а встретилась с изумительным феноменом. Второй вариант ей нравился гораздо больше, поэтому она приняла его как рабочий. Кроме того, надо было уточнить все детали… – Ладно, принято – ты говорящий кот. А вот котёночек тут был… Такой очаровательный… Она ведь тоже что-то сказала. Мне не померещилось?
– Нет, не померещилось. Это моя дочь, и она тоже умеет говорить. И супруга умеет. Мы из рода говорящих котов. Встречаемся очень редко.
– Зато уж, когда встречаетесь, то это незабываемо и потрясающе! – тихо проговорила Матильда Романовна, но Мяун отлично расслышал и благожелательно кивнул.
– Да, потрясти мы можем однозначно и вполне серьёзно!
Аня не поняла, зачем Мяун открылся перед Матильдой, но зато привыкла ему доверять. Раз заговорил – значит, ему нужно!
– Матильда Романовна, я же вам спасибо не сказала! И ваш гонорар… – Аня протянула Матильде конверт с оговоренной заранее суммой. – Огромное, просто огромнейшее вам спасибо! У меня прямо камень с души свалился.
Матильда конверт машинально взяла, но всё её внимание было устремлено на Мяуна. Судя по всему, для Ани способности кота абсолютно привычны и обыденны. Но, похоже, что он не часто чужим их демонстрирует, иначе, это была бы мировая сенсация!
Мяун спокойно встретил горящий любопытством взгляд Матильды и абсолютно отчётливо ей улыбнулся. – Я очень рад, что вы помогли моей Ане! И сделали это так… Элегантно и филигранно!
– Спасибо за комплимент! – кивнула Матильда и подумала, о том, что гибкая психика с большим запасом прочности, это великое преимущество в нашей жизни! – Эээ, Мяун, а как вы начали говорить? И как с Аней познакомились?
Мяун ухмыльнулся в усы. Он был абсолютно уверен, что она это спросит, словно у неё в глазах светилась бегущая строка из этих слов.
– Аня меня действительно подобрала в прошлом году. И, честно говоря, без её помощи я бы тогда не выжил.
– А я без твоей помощи жила бы значительно хуже! – рассмеялась Аня, и отправилась заварить свежий чай. Было понятно, что эти двое не скоро наговорятся.
– Прямо наслаждение какое-то, беседовать с таким изумительным котом! – думала Матильда, слушая его рассказы. – Всегда знала, что животные разумны!
– Замечательно тактичная и обаятельная женщина! – думал Мяун, соображая, как бы ему половчее перейти собственно к цели своего разговора. А цель у него была, да ещё какая!
Мяун, после того, как спас Мышку, несколько раз просыпался от жутких кошмаров. Снилось ему, что его дочку Малушу гонит проклятый бигль Сэм. Сначала он хотел отправиться в парк и добить негодную скотину. А потом сообразил, что на месте Сэма может быть любой другой плохо воспитанный пёс.
– Мда… Всех-то мне не перебить! – рассчитывал Мяун объем работы. – И что делать? Надо охрану! Нет, понятное дело, что я буду бдить, но дети, они такие беспечные… А значит что? Значит, надо чтобы у неё была защита, то есть защитник! – Мяун отправился к собакам и привёл их в превеликое смущение, потому что очень пристально рассматривал и черного огромного овчара Дика, и небольшую кругленькую и коротенькую бульдожку Плюшку. Плюшка на всякий случай перепугалась и затряслась как желе на коротких толстеньких ножках, а кот, обойдя вокруг раз десять, ушел молча, в состоянии столь глубокой задумчивости, что ни Дик, ни Плюшка не осмелились его о чём-то спрашивать. – Собаки… Они годятся, но не очень. Дик – простак и служака. К тому же, ему больше интересны люди. Плюшка… Ну, это и вовсе не серьёзно в качестве охраны. Значит, мне надо завести для Малуши собаку, которая будет её охранять! А лучше всего охраняет кто? Правильно! Псы-хранители. Они, правда, огромная редкость, но я-то одного знаю! А раз так, мне надо познакомиться с его семьёй поближе. Нет, сам-то он служит той девушке. Алёна её зовут, по-моему, но где есть пёс, могут быть и щенки!– соображение о том, что для щенков одного пса маловато, Мяуну в голову тоже приходило, но он был уверен – проблемы надо решать по мере их появления.