Ольга Назарова – Пёс из породы хранителей и мамонт в цветочках (страница 16)
– Да, то палочку, то листок. Отец прямо оживает, когда с ней встречается! И зовут славно, Кася по-моему… – Максим Викторович припомнил, как отец улыбался, рассказывая о Касиных подарках, и вдруг сфокусировался на девушке, сидящей напротив. И осекся… – Чего это я? Куда меня, дурака, понесло-то? И с какого перепуга я этой… начал чего-то личное рассказывать, да ещё настолько личное, – его аж в жар бросило. Он сразу помрачнел и хмуро покосился на Светлану. Выглядела она как-то очень уж задумчиво… Ну, вот. Доболтался, расслабился на свою голову! Небось, сейчас сидит и думает, я совсем псих, или только частично… Ещё разнесёт по всей округе… – думал он, а вслух сказал довольно грубо:
– Что вы так смотрите, словно на мне что-то написано?
– Говорите, Кася? – Светлана глубоко вздохнула. Нет, в Москве собак сотни тысяч. Но Кася не самое часто встречающееся имя, и уж совсем редко, когда собака начинает опекать и утешать пожилого понурого мужчину, действительно таская ему всякие веточки и листья. – Забавно… У меня собаку тоже Кася зовут… И она действительно носит пожилому мужчине в коричневой дублёнке палочки и листья.
Через двадцать минут, секретарша Максима Викторовича, заглянувшая, чтобы уточнить, не прибил ли её шеф коллегу, вышла из его кабинета ошарашенная почти до потери речи!
– Они там болтают и смеются!
– Кто? – ахнули девочки в курилке.
– Суханов и эта Светлана Владимировна! – потрясение в курилке заставило некоторых даже забыть затянуться, что, впрочем, было только полезно для их здоровья.
Суханов, выслушав про приют, только хмыкнул. – Направим экспертов-геодезистов. Из управы представителей города пригласим… У нас там есть отличные связи. Я и так раскрутил бы этого борова, а теперь, тем более! Вы бы его видели, Светлана Владимировна… Такой привет из девяностых! Ворочу, что хочу и вы мне тут все не указ! Хам неотёсанный! А хотите вместе поедем? Я у руководства вас запрошу как специалиста в помощь.
– Помощь вам? Не смешите! Вам не поверят… – Светлана уже и не помнила, когда так легко разговаривала с мужчиной, да ещё с коллегой, да в придачу с таким «трудным» типом.
– Почему? Вы знаете, что у нас начальство – собачник до мозга костей? Нет? Вот то-то же! А это, сильно меняет точку зрения. Мы и врать не будем. Честно скажем, зачем и почему едем.
Светлана вечером гуляла с Касей и всё вспоминала этот разговор, странный во всех отношениях.
– Мы врать не будем… Мы едем… Дура! Куда тебя несёт-то? Тебе чего надо? Чтобы этот директор забыл, и кто он и как его звать-величать! Вот этого я добьюсь, а остальное… Фьюююю, ерунда какая!
Пожилого мужчину на скамейке Кася заметила издалека, нырнула в кусты и ловко достала оттуда отличный подарок – веточку ясеня с узенькими пёрышками плодов-крылаток.
– Ах, ты моя хорошая! Спасибо тебе милая… – он ласково погладил собаку и тепло улыбнулся Светлане. – А мир, и правда, совсем тесен! Мне позвонил Максим, и рассказал, что выяснил, как зовут загадочную красавицу-хозяйку Каси. Я так рад!
– И я рада, что Кася немного вас развлекла… – Светлана в жизни не разговаривала с чужими пожилыми людьми. Зачем бы? А вот сейчас, сама себе удивляясь, беседовала с отцом Максима, совершенно не тяготясь этого.
– Макс сказал, что вы хотите вернуть приюту их землю. А можно… Можно, я туда тоже подъеду? Я так затосковал без нашей собаки, – он отвернулся, внимательно разглядывая фонари.
– Конечно, можно приехать! Знаете, вы их безмерно порадуете уже тем, что просто поговорите. Им так тоскливо в клетках!
Директор завода Роман Ильич Сатулин вышел из новенькой БМВ и с неудовольствием покосился на деревья, которые росли на их новой стоянке.
– Я сколько раз должен говорить, чтобы это всё убрали? – он хмуро покосился на зама, который вышел его встретить. – Чего ты шепчешь? Чего? Да начхать я на всех хотел! И на управу и на этих… Кто там ещё? Кто?
Минут через двадцать настроение Романа Ильича можно было соскребать с пола. Нет, вначале, пройдя в свой кабинет и обнаружив около него кучу народа, он, по привычке, начал пытаться «разрулить» всё нахрапом. Не вышло. Очень спокойный и безукоризненно вежливый тип положил перед ним исковое заявление и холодно порекомендовал прочесть.
– Да ты!!! Ты пшел… Да… – Роман Ильич каким-то нутряным чутьем понял, что от этого типа с ледяными глазами не отделаться воплями, угрозами, не подкупить и не напоить. Его знакомый юрист, вызванный срочно и немедленно для защиты интересов своего приятеля, нервно тёр шею и невнятно что-то мычал. Очень красивая девица, которая была в компании с чужаками и рассматривала Романа Ильича, как какую-то редкую мерзость из тех, что ползают под старыми досками и кирпичами, добила окончательно.
– Очень не рекомендую каким-то образом вредить приюту и его обитателям. Если пострадает, заболеет или будет напугано хоть одно животное, поверьте мне, вам будет несоизмеримо хуже!
И он поверил. Почему-то негромкий голос этой самой девки, со сверкающими от ярости глазами, словно он лично ей что-то сильно нехорошее сделал, продирал ознобом до костей!
– Вот и хорошо… – она пропустила всех собравшихся в кабинете, а потом, элегантно вышагивая на тонких каблучках, подошла к его столу, и он невольно вжался в спинку кресла, – Я вижу, что мы друг друга поняли! – она наводила прямо-таки первобытный, необъяснимый страх. Наверное, на какого-то предка Романа Ильича так же хищно смотрела некая допотопная рептилия, изучающее осматривая, куда бы его повкуснее укусить.
– Ззззмея… – выдохнул он, когда девица вышла, но дверь тут же открылась и холодная улыбка блеснула в дверном проёме:
– Да, и горжусь этим! – Светлана, легонько потянула на себя дверь, оставляя обессиленного директора отдуваться, словно после урагана, и подумала: – Обожаю свою работу за возможность творить любой беспредел в рамках закона!
Забор был перенесён на первоначальные позиции к вечеру того же дня. Директор, немного придя в себя, конечно же, попытался улизнуть от выплаты сумм, указанных в иске, но после повторного визита Светланы, деньги были выплачены, а кабинет директора переехал на другую сторону здания, чтобы Роману Ильичу даже случайно не видеть этот проклятый приют!
Застройщик тоже получил то, что ему полагалось, и был весьма доволен. А в самом большом выигрыше оказался отец Максима. Теперь он не сидел дома наедине с тоскливыми воспоминаниями и не ходил, изнывая от безнадёжности, по привычным и ранящим каждым шагом маршрутам, а каждое утро собирался и бодро ехал в приют. Ведь там его так ждали!
– Дорогая… А ведь получилось! – Марина Сергеевна отложила в сторону ещё одну стопочку аккуратно расчерченных листков миллиметровки. – Хотя, тебе это конечно, дорого обошлось!
– Ой, прямо руки чесались запустить когти в то хрякообразное существо на БМВ! – с выражением сказала Матильда и хищно ухмыльнулась. – Но, сдержанность – наше всё! Я-то себе и другое развлечение найду, а Светочке было очень полезно потренироваться… Задатки отличные, знания, умение направлять ярость – всё есть. Главное, правильно выбрать цель! Она практически научилась.
Дамы весело переглянулись, ещё не подозревая, что эта их миссия имела весьма и весьма интересный побочный эффект.
Глава 13. Странные желания
Марина Сергеевна с тоской покосилась на собеседницу. Лида – родная сестра её мужа, и ради его памяти Марина поддерживала с ней общение, хотя, это было довольно трудно.
– Так вот я ей и говорю! Всё плохо!!! – вещала Лида. – Вот, что ни возьми…
– Лид, да где тебе плохо-то? – Марина была знакома с Лидией уже много лет, и у той всегда всё было нехорошо, этакое перманентное состояние! Муж считался у неё негодяем, потому что всё делал не так, как она хотела и, конечно же, именно ей назло. Он отлично зарабатывал, но по версии Лидочки был бездельником.
– Ты представляешь, гвоздя дома не забьет! – страдала Лида о несовершенстве супруга, который приходил с работы к ночи, и падал от усталости.
Сын был оболтусом, правда, каким макаром он тогда сам поступил и успешно закончил МГУ, было совершенно непонятно. Да и работал он на судостроительном заводе в Мурманске весьма успешно. Но Лида переживала:
– Прям и не знаю, в кого он такой болван! Ну, совершенный баран!
Дочка вышла замуж сразу после школы и уехала с мужем – военным аж на Дальний Восток. И Марина её очень даже понимала. Кто же долго выдержит рассказы матери, которая каждый день вещает:
– Принесёт в подоле, будет нищая дура с прицепом! – это ничего, что дочка выучилась на технолога швейного производства и открыла ателье. И муж её любит, и деток двое. Про них Лидочка тоже любила судачить:
– Прямо как дикие зверёныши! Ездила с ними и дочкой к морю, так ни секунды не отдохнула. Кричат, водой брызгаются, в песке роются. Мячом мне по руке попали!
– Милая, так они же маленькие, как им не поиграть-то? Сколько им точно? – недоумевала Марина.
– Пять и шесть. Но, это неважно! Они совершенно неуправляемы. А я Лизке говорила, нельзя рожать погодков, не справишься! Вот как это, кидать мяч в бабушку? А?
– А какой был мяч?
– Ну, как какой? Надувной такой. Огромный! Представляешь?
– Даааа, небось, чуть не убили… – с сарказмом протянула Марина, которая сильно подозревала, что больше у детей никогда не возникнет ни малейшего желания вовлечь бабушку в игру.