Ольга Назарова – По ту сторону сказки. Околдованные в звериных шкурах (страница 6)

Тут дверь раскрылась и на пороге появился…

– Кир??? – Катерина ахнула.

– Вот принимайте! Что за мода нынче поголовно рядиться в толстую синюю тряпку! Джинсы, джинсы эти ваши! Вот как надо! – Страшно довольная собой Жаруся зависла над плечом мальчишки.

Темно-синий кафтан, такие же штаны, черные сапоги, широкий ремень, на ремне ножны. Черный плащ, неяркая фибула, ничего особенного, а другой человек! Даже смотрит по-другому.

– Нет, это, конечно, рабочая попытка, так, на скорую лапку, но уже смотрится неплохо. И да, имя Кир тебе тоже идет! – кивнула Жаруся.

– Ничего, – одобрил Степан, – Но, учти, тебя ещё оденут для пиров, боёв, охот, лесов, болот, и часа три заставят учить все эти названия, а если перепутаешь, вполне можешь остаться без штанов.

– Ну да, у тебя это бывало частенько! – фыркнул Кот. – Недаром Катерина смывалась как только Жар-Птица начинала тебя учить пёрышком пользоваться. Так что ты, Кир не смущайся, мы, твари сказочные, привычные, уже всё видали, а девочка у нас умница, вовремя уходит!

Кир залился краской, но сумел рассмеяться.

Через три недели Степанова бабушка по настоятельной просьбе Степана договорилась с мамой Кирилла, и та охотно отпустила Кирилла на выходные погостить на дачу одноклассника. Правда, очень удивилась, что её хулиганского сына кто-то осмелился пригласить. Кирилл чувствовал себя очень неловко весь вечер пятницы, ровно до того момента, как понял, что Степан большую часть времени проводит у Катьки и ему там же можно быть, а у Катьки дома почему-то неловкость испарялась как вода на раскаленной сковороде. Стремительно и с шипением. Катькина бабушка и дед тут же принялись детей кормить, что-то расспрашивать, но не занудно, когда и взрослым неинтересно то, что они спрашивают, и сам маешься, не зная зачем же тебе задают эти дурацкие вопросы! А как-то так легко и приятно. А уж терем Кира просто поразил! Там он первый раз увидел Сивку.

– О! Блин! – всё что он мог сказать, когда огромный красавец подошел с ним познакомиться, а потом повернулся к Катерине. Катя обняла его за шею, а конь осторожно положил большую голову ей на плечо и прикрыл глаза. Кир подумал, что наверное, это так и выглядит, когда лошадь любит человека.

– Кать, ладно, давай уж подсажу. – раздался веселый голос Степана. – Смотри, Кир, тебя тоже мучать этим начнут. Вот так руки сцепляешь, берёшь и подсаживаешь, главное не надорваться. Ой!

Сивка дернул зубами расхулиганившегося Степана за волосы. А дальше просто прыгнул вверх и полетел. Кир открыл рот, так и стоял. Ничего более красивого он в жизни не видел! Конь летел, невысоко, чтобы не смущать соседей, просто облетел терем и опустился на то же место, где и стартовал.

– Покатаешь Кира? – Катерина погладила Сивку по шее. Легко съехала на землю. Показала, как лучше всего сесть с крыльца. И Кир оказался на спине Сивки-Бурки. Он почти не помнил, где конь его вез, помнил только состояние полного счастья и восторга.

– Мальчишка ко всему прочему ещё и абсолютный лошадник. – тихо сказал Кот Жарусе. Та согласно кивнула.

Катерина дождалась темноты и подошла к Жарусе. Волк взял на спину Степана и строго велел ему шерсть не дергать. А Жаруся подхватила Катерину коготками за плечи. Киру предложили сесть на Сивку. Он сначала ничего не понял, только услышал: – Держись крепче.

И конь под ним взвился в воздух, но не низко вокруг терема, а сразу вверх, высоко. Рядом стартовал Волк со Степаном и тут же начал ворчать, что уже просил шерсть не трогать, а кто-то ничего не слушает.

– А Катька на земле осталась? – только и успел подумать Кир, и увидел прямо рядом с собой Жарусю, которая легко несла в воздухе Катерину, небрежно придерживая её за ткань толстовки одним коготком.

– Молодец, не испугался! – похвалил Кира Сивка. А тому казалось, что это он видит сон, наверное, самый лучший сон!

Ночью, лежа в гостевой комнате у Степана на даче, он долго не могу уснуть. Всё вспоминал, как летел! – Да я что угодно буду делать, чтобы туда попасть! Подумаешь, Степан! Переживу! – решил он про себя.

– Так мы не очень и понимаем, что там происходит! Как туда сейчас идти? – Кот лениво спорил в тереме с Жарусей. Та требовала срочного возвращения в Лукоморье. Финист прилетел совсем ночью, вынес выволочку Жар Птицы, поздоровался с Сивкой, и подробно рассказал, что знал о наемниках.

– Чего-то мне кажется, что это с юга. Человек восемь . Стреляют отменно, луки, арбалеты и сети! Охотились на меня конкретно. Птиц других игнорировали. Точно из-за моих розысков для тетушки драгоценнейшей! Не иначе. Так что я пока тут. Тем более, что у меня съемки будут. Где я был, когда они меня нашли? В лесах восточнее Серогорья.

– Вот, охотятся на Финиста, а если и на других птиц начнут! – Жарусю было почти невозможно переспорить. Она напрочь переставала слышать то, что не хотела и вылавливала из всех доводов только то, что ей подходило под данную ситуацию.

Кот схватился за голову и тихо взвыл. И ушел по стене вверх, на чердак, а оттуда лихим прыжком на землю и озираясь, кинулся бегом в дом, к Катерине.

– Катенька, проснись, радость моя.

– Баюша, что случилось? – Катерина испуганно терла глаза.

– Да ничего, только вот скоро прилетит сюда Жаруся и будет уговаривать срочно идти в Лукоморье, а то ей втемяшилось, что там наемники могут не только на Сокола нашего охотится, но и на каких-то ещё птиц! Так вот, не вздумай соглашаться! Кать, ты меня слышишь или нет? Каать!

Баюн подтолкнул застывшую Катерину под локоть. – Что? Что ты так задумалась. Куда?

Катерина слетела с кровати, мгновенно переоделась перышком и на цыпочках стала спускаться вниз.

– Чшшш, не топай как слон! Мне с Жарусей поговорить надо! Это не просто так! – Катерина выскользнула из дома и кинулась бегом в терем. За ней совершенно беззвучно несся обиженный на слона Баюн.

– Катенька, доброй ночи! А мне сказали, что ты уже почиваешь! – Финист покивал головой, переступая когтистыми лапами по спинке стула.

– Доброй! Жаруся, а ты… Ты в Лукоморье хочешь из-за…? – Катя замялась. Жаруся подлетела к ней и нежно потерлась головой о щеку.

– Да, милая, она одна осталась и я очень за неё боюсь.

– Да кто остался? За кого ты боишься? Что вообще происходит? – Баюн и Волк заговорили одновременно.

– Кто-кто… Моя младшая дочь. – Жаруся встряхнула крылья, отчего по потолку и стенам полетели яркие отблески. – Знала бы, лучше бы сюда её взяла. Но, она ещё не очень умеет регулировать пламя. Маленькая потому что. А если они её увидят… Да ни один наемник не устоит!

– Это да… Это точно. – подтвердил Сивка.

– Жаруся, а где она? – заволновался Волк.

– В Серогорье как раз, там горячие источники, и ей хорошо, тепло. Она была с остальной стаей, но не успела набрать огня для перелета. Катюша, ты же видела её, помнишь, самая маленькая? Она тогда подлетала к тебе ночью!

Катерина помнила полет со стаей Жаруси, и обратила внимание на совсем молоденькую птичку. Очень красивую и льнущую к Жарусе. – Помню. Конечно, помню!

– Тогда это полностью меняет дело! – Волк мрачно встряхнулся. – Идем завтра. Сколько их там? Восемь? – он очень плавным жестом потянулся, и так угрожающе закончил это движение, что Катерине стало не по себе.

– Кира берем? – спросил Сивка.

– Берем. – решил Волк, – Пусть привыкает.

Утром когда Степан потягиваясь и зевая подошел с окну, он с ужасом увидел, что на соседнем участке происходят какие-то активные действия. Он стремительно оделся, схватил пряжку и кинулся через забор.

– Чего ты прямо на голову скачешь? – с достоинством уточнила у него Катерина. – Я как раз тебе звонить иду.

– Может, ты уже так скажешь, или обратно за смартфоном сбегать? – Степан едва отдышался.

– Скажу. Мы собираемся. Выходим через пару часов. Предупреди Кира. Если он пойдет, то пусть будет готов.

– Я готов. – Кир уже стоял у забора со стороны Степанового участка.

– Прекрасно. Если хочешь, иди к нам. Только не скачи, как некоторые, там калитка есть.

– А что случилось-то? – Cтепан проследил как Кир идет к калитке и подергал Катьку за косу, перекинутую через плечо.

– Не делай так, мне неприятно. У Жаруси дочка может быть в опасности.

– Дочка у Жаруси??? Я и не знал, что она не одна!

– Ой, ну ты и голова два уха! Ты читать будешь хоть что-то? Часто говорят о стаях Жар-Птиц! Стая, это точно не одна! А Жаруся просто самая-самая.

– А ты сама-то их стаю видела? Или это так, художественный свист?

– Cам ты свист! Видела один раз. И дочку видела.Иди собирайся, а то не успеешь. Да, и придумай, что бабушке своей скажешь, и не забудь мне сказать, что бабушке скажешь, а то когда возвращаться будем, ты же опять не вспомнишь!

Степан умчался, а Катерина повернулась к подошедшему Киру. За прошедшие недели он очень изменился. В школе ничего такого не творил, притих, но Катерину по-своему защищал, просто молча появлялся за спиной. И желающие проявить лишний интерес сразу находили какие-то гораздо более интересные дела. Степан его по-прежнему сильно раздражал, но Кир, оказывается, умел сдерживаться.

– Ты как, готов?

– Не знаю. – он сам не ожидал, что ответит честно. – Страшно как-то.

– Страшно. – согласилась Катя, от неё издевки можно было не опасаться, это Кир уже понял. – Мне тоже было очень страшно. Ты взять с собой что хочешь? Собирайся.