Ольга Назарова – По ту сторону сказки. Как найти врата? (страница 11)
– Да, зеркальце! И где ж оно у меня тута… – Яга покосилась на серьезную морду Кота, запечалилась, что тот забывчивостью не страдает и вздохнула, – Да ладно, ладно тебе Баюн, держи! Возвращаю твоё! Нам чужого не надо… Почти никогда! – она протянула Баюну небольшое круглое зеркальце в деревянной резной оправе. Не очень-то хотелось Яге его Коту возвращать, хотя у неё и своё такое же было, но всё равно, в хозяйстве бы пригодилось. Только вот Кот, к сожалению, не забыл, что зеркальце у неё оставлял. А с его-то хозяйственным подходом к жизни он терпеть не мог вещи разбазаривать. Яга вздохнула и обратилась к Катерине: – Зеркальце для поиска очень пригодится. Если ты его, конечно, разбудить сумеешь. Как проснется оно, попросишь показать Жар-птицу, оно и покажет, как добраться. Только вот в этих землях зеркальце может показывать то, что не дальше двух верст от него находится, а верста – это километр с небольшим, по-вашему. В Лукоморье-то оно может почти всех увидеть, а тут помех много очень. Напридумывали люди всякого такого, приличным сказочным предметам очень трудно работать!
Рассвет уже вовсю заливал пухлые облака розовым цветом, снег сиял, отражая первые солнечные лучи.
– Пора нам двигаться к дому, – потянувшись, мурлыкнул Кот. – Раз уж ты мне даже зеркальце вернула.
– Кать, оставь Яге свой номер телефона, – напомнил Волк, осторожно подтолкнув носом в сторону Катерины карандашик, свернувшийся было калачиком и, подложивший лапки-веточки под ту свою сторону, которую он считал головой.
– А как мы поедем? Сейчас же светло совсем. Заметят, – растерявшаяся Катя посмотрела в окно, и машинально погладила карандашик, отчего тот оживился, подпрыгнул и начал рисовать на листике волшебные цветы и красивые узоры.
– Не балуй! Чего бумагу разбазариваешь! – рявкнула на карандаш Яга, отчего тот сразу же пригорюнился, забрала разрисованный листочек с Катиным телефоном, а потом неожиданно протянула Кате карандашик. – Нравится? Бери! Вечный карандаш, только очень чувствительный, скучно ему без внимания, а я пишу редко.
Кот покосился на Ягу, понял, что та его на него не смотрит и активно закивал Кате.
Карандашик прижал лапки к тому месту, где он рассчитывал когда-нибудь обнаружить у себя сердце и кинулся к Кате. Катя неуверенно взяла карандаш, и тот как змейка обернулся вокруг Катиного запястья.
– Спасибо Вам большое! А как за ним ухаживать?
– Да никак! Он сам чинится, сам чистится. Главное, не выкидывай, очень уж он впечатлительный – расстроится, – расхохоталась Яга.
– Пора! – топнул ногой Сивка, и отвечая на Катин вопрос, пояснил, – Низом поедем, лесами, взлетать будем, только в безлюдных местах.
Все начали прощаться, Яга что-то толковала Коту про какой-то камень-валун, Сивка нюхал холодный воздух и прикидывал как им ехать, Волк подозрительно косился в сторону деревни.
Катя подошла и опять погладила темную и замшелую стену избушки, а та чуть потянулась за Катиной рукой. Ощущение было странное. Но было понятно, что избушка Катю запомнила и благодарна ей.
– Ну, давайте уже, езжайте, скатертью дорога, зеркалом путь! – сказала Яга – Не люблю долгих прощаний, тем более, что скоро увидимся, – она помахала им рукой, стоя на пороге избы.
Все вразнобой ответили, Катя помахала в ответ, Баюн хрипло и пронзительно мяукнул, Волк рыкнул, отчего мгновенно взвыли все собаки в окрестностях, Сивка кивнул головой, развернулся и сделал гигантский прыжок к лесу. Ещё, ещё один, и Катя вдруг с удивлением поняла, что они уже в лесу. И летят они над снегом с бешеной скоростью. Когда Сивка двигался в небе, эта скорость не ощущалась, а здесь Катя закрыла глаза, так как казалось, что каждую секунду им навстречу кидается очередное дерево и столкновение уже неизбежно. С закрытыми глазами она и просидела все время до приезда домой. Кот надежно грел спину. В кармане, застегнутом на молнию, уютно устроился карандашик. А Катя все думала, как же позвать Конька-Горбунка, и зеркало, и птицу, и что же будет при встрече с Финистом.
– Катя, Катюша, мы приехали! – её разбудил голос Баюна. Батюшки, да она ещё и уснуть успела, надо же!
Вот улица, на которой стоит их дом, Катя собиралась сойти с Сивки о открыть ворота, но Сивка легко перемахнул через забор и очутился во дворе, тут же рядом оказался Волк. А от дома уже бежали мама и бабушка. Сколько было разговоров! Правда, говорил больше Кот, Катя уснула, положив голову маме на колени, прямо на прессованном тюке сена. Она нипочем не хотела ложиться спать, но не выдержала. На маминой ладони радостно крутился карандашик. Катя еще успела спросить у Кота, почему он так хотел, чтобы она у Яги карандаш взяла?
– Так это я ей карандашик подарил, это сучок от моего Дуба. Он всегда был беспокойным, а потом ветром его отломало, а сам он никак не хотел просто сучком сломанным оставаться, приполз ко мне, я его мастеру Гавриле отнес. Он у нас много чего сделал, да вот столик-то и скамьи с сундучком у Яги ты сама видела. Вот он и дал сучку дубовому такую работу. А я сдуру его Яге вручил, – Кот покрутил головой, недоумевая, как он сделал такую глупость. – Она пишет раз в десятилетие, а может и не в одно. Так что очень хорошо, что ты его взяла. Жалко было Дубок, такой уж забавный сучок-карандашик получился…
Голос Кота куда-то исчезал, становился все дальше и дальше… и Катя совсем уснула.
Глава 6. Конёк-Горбунок
Катерине снился заснеженный сквер, а в нем под деревьями маленький каменный конек с тоскливо поникшей головой.
Катя проснулась и сразу перепугалась, что эти слова сейчас же исчезнут, так как часто бывает со снами. Она схватила кусочек бумаги, подсунувшийся под руку карандаш Дубочек и быстро записала приснившиеся ей строки.
Кот свесился с полки, на которую успел забраться в извечном кошачьем стремлении быть повыше, и внимательно следил за карандашом, одобрительно кивая.
– А ты молодец! Умница просто! – мурлыкнул он.
Катя даже смутилась.
– Я же еще не знаю, поможет ли это.
– Вот съездим и посмотрим. Сегодня ночью и поедем, чего ждать-то? – фыркнул Сивка.
– А вам передохнуть не надо? – озабоченно спросила Катина мама. – В конце концов, Катя ещё ребенок, а вторую ночь без сна, это уже полное безобразие!
Катя и сама чувствовала, что все время засыпает, устала очень, но вдруг послезавтра уже будет поздно?
Они отдыхали весь день, выехали поздно ночью, Москва светилась всеми огнями, как будто никто и не спал вовсе. Едва нашли темный двор, чтобы спуститься. И тут Катя смутилась, задумавшись, как отреагируют люди, которые гуляют, возвращаются с работы или идут на работу на появление такой компании? Огромный конь, волк ростом с подрощенного теленка и кот, нет, не просто кот, а котище. Да, в компании с девочкой, но без взрослых. Катя открыла было рот, и… И ахнула. Рядом с ней стремительно уменьшался кот, конь тоже сделался обычного конского размера и на нем оказались сбруя и седло на красивой красной бархатной попоне. А волк подпрыгнул, взвился с места верх, упал на землю и встал уже человеком. Мрачноватым молодым мужчиной с тёмно-каштановыми волосами, одетым точно, как прохожий, недавно ими виденный, в черную куртку и джинсы. Только серые глаза отражали свет, точно так же как волчьи. Кот неодобрительно покосился на Волка.
– Гражданин Волков, наденьте темные очки и не пугайте народ! – скомандовал он. – Вечно с ним такая история! Никак с глазами управиться не может, всё равно светятся, – пожаловался Кот Катерине.
– Ладно тебе командовать, сам-то не забудь, что надо делать. А я уж с собой без тебя как-нибудь разберусь, – проворчал Волк.
Он легко взлетел в седло и протянул Кате руку.
– Давай руку, сядешь в седле передо мной, тебе будет удобно, – он посмотрел в лицо Катерине и сообразил, что она никогда не видела его в человеческом облике. – Не пугайся Катюша, я умею принимать вид человека.
– А… я и ннничего, и ннне пугаюсь, – слегка запинаясь, ответила Катя, отводя глаза.
Видела она краем глаза в фильмах, как человек становится волком и наоборот. Краем глаза, потому, что в кино это как-то очень страшно было, Катерина страшные моменты недолюбливала. Только то, что произошло сейчас, ничего этакого киношно-жуткого не напоминало, просто за одно мгновение волк превратился в человека. Но, все-таки, он что, оборотень? Катя поежилась. Оборотень, это же нечисть, страшное существо. Она опять подняла глаза на Волка. Он тут же понял, что Кате страшно, и боится она именно его.
Волк мигом соскочил со спины Сивки и встал рядом с Катериной, внимательно на неё глядя.
– Катюша, никогда меня не бойся, я сам скорее погибну, чем причиню тебе вред или дам кому-то тебя обидеть. Тебя что так напугало? То, что я стал человеком?
– Прости, я не хотела, я просто не понимаю… Ты – оборотень? Нет, я помню, что в сказках ты тоже так мог, ты превращался. И мог не только в человека обернуться, но я как-то не задумывалась об этом.
– Прраавильно, что не задумывалась! – хвост Баюна, запрыгнувшего Сивке на спину для того, чтобы теснее участвовать в разговоре, махнул по лицу Волка.