Ольга Назарова – По эту сторону. Гости в доме с секретом (страница 12)
Жена этого самого типа никак не могла понять, что стряслось с её супругом – он чуть ли не каждые два часа ей названивал из командировки, хотя раньше за ним такого никогда не водилось.
В Норильск вылетели утром. Пересадка в Новосибирске, ожидание…
Таня уже начала привыкать к расстояниям, хотя некая паника от осознания размаха и просторов собственного путешествия всё равно присутствовала.
Зато что Соколовский, что Крылана ощущали себя как рыбы в воде. Точнее, как птицы в небе.
Мысль о том, что с Крыланой-то всё ясно, а вот с Соколовским всё-таки не совсем, Таня старательно отогнала подальше.
«Мне хватает того, что он – начальство… Даже не просто, а начальство в квадрате – и в клинике, и в гостинице. Посему, дорогая, и выдумывать ничего не надо – у меня и так голова кругом от него. Надо же, про Норильск он забыл!»
В Норильске их встретили организаторы концерта, сопроводили в лучшую гостиницу, и это было очень кстати – ветер был такой, что просто сдувало с ног.
– Крылана… я думаю, вам стоит воздержаться от полётов. Тут такие ветра… внезапные. Может быть тихо, а потом прямо уносит! – предупредил Соколовский, торопясь на выступление.
А потом обратился к Тане:
– Если завтра погода позволит, то мы с вами съездим к вашему пациенту.
– А кто он? Вы не предупреждали…
– Да он небольшой… северный лис. Я на самом деле и сам не знал, Тявин сообщил. Лисы чрезвычайно ценят родственные связи, ну и полезное сообщают всем родным и знакомым. Короче, раз уж я сюда ехал с особым ветеринаром, им глупо было не воспользоваться возможностью.
– Да, пожалуй, – протянула Таня. – Ой, я спросить забыла, а Тявин, он какой лис? Рыжий?
– Нет, он чернобурый. Красивый, кстати. Ну, если было интересно, надо было его попросить показаться, что вы постеснялись? – улыбнулся Соколовский. – Тявину только в радость.
– Почему?
– А когда его ещё за ухом почешут? Не Ххорша же просить! – рассмеялся невозможный тип, удаляясь.
Глава 7. Песцовая проблема
Ну, разумеется, Крылана не удержалась – небо было абсолютно ясным, над городом переливалось зеленоватыми полотнищами северное сияние, как тут не расправить крылья?
«И ветра никакого пока нет… Я чуточку!» – решила она.
Пока Таня сидела в интернете, разыскивая информацию о местных песцах, Крылана отправилась «пройтись». Ушла, правда, недалеко – в первом же безлюдном снежном закутке из-за сугробов значительно выше человеческого роста вылетела чёрная как уголь птица.
То, что Соколовский про ветра говорил чистую и истинную правду, Крылана поняла довольно быстро – внезапно, без предупреждения, без каких-то хотя бы малейших признаков налетел ветер, подхватил, не давая опуститься на землю, закружил, понёс вверх, а потом прочь.
«Не справлюсь! – сообразила Крылана. – Веса не хватит!»
Конечно, в ветреные порывы она уже попадала, было дело. Тогда и не пугалась особо – что за беда. Куда бы её ни унесло, домой-то она точно доберётся.
«Это дома… но точно не тут! – испугалась она. – Унесёт в тундру, замёрзну!»
К счастью, в ветреном мельтешении она сумела рассмотреть, что внизу какой-то пустырь, домов рядом нет, зато снега навалено много, вот и решилась – развернулась, резко нырнула вниз, уходя от очередного порыва, ухнула в снег, завязнув там.
Выбиралась уже в людском обличье, едва-едва справилась. Да и не совсем самостоятельно – помогли парень и девушка, куда-то спешащие по ближайшей снежной тропе.
– И как вас в эти заносы угораздило попасть? – ахала девушка. – Вы же там совсем завязли.
– Да как-то ветром унесло… – расплывчато объяснила Крылана.
– Ой, у нас бывает! Хорошо, что мы шли, а то выбраться тяжело было бы.
В гостиницу Крылана добралась на такси и тут же нырнула в ванную – отогреваться и приводить в себя в порядок. А ещё размышлять о том, что во́ронам жить в таких условиях крайне непросто.
«И уж если кто-то из наших тут живёт, то это герои какие-то!» – глубокомысленный вывод в горячей воде и со звуковым содержанием в виде собственных мерно постукивающих зубов запомнился просто-таки накрепко!
Других последствий Крыланина опрометчивость не имела, так что на следующее, тёмное, морозное и ветреное, утро вся компания отправилась во владения песцов. За ними заехал говорливый светловолосый паренёк в распахнутой на груди дублёнке, отчего Таня немедленно замёрзла и нырнула в машину гораздо быстрее, чем собиралась, а Крылана, припомнив вчерашние свои приключения, торопливо последовала за ней.
– Оно понятно – песцы особо не мёрзнут, но зачем так людей-то пугать, а? – мрачно прошептала Крылана Тане на ухо, пока Соколовский о чём-то беседовал с водителем у машины.
– Ээээ? Это северный лис? – Таня кивнула на паренька.
– Он самый, – подтвердила Крылана.
Таня только вздохнула тихонько – интересно, сможет она когда-нибудь сама различать, кто есть кто?
«А то так теперь и ходи, думай… Вот познакомишься с кем-нибудь, а этот кто-нибудь на пол – бах! – а потом с пола встал уже каким-нибудь лисом или песцом, а то и ужиком двухметровеньким».
Тут она вспомнила про Шушану и Врана и успокоилась – вот уж кто-кто, а они не позволят ей ошибиться!
Паренёк, от которого Таню так и бросало в дрожь, стоило только посмотреть на его легкомысленно расстёгнутую верхнюю одежду, подождал, пока в машину усядется Соколовский, с наслаждением вдохнул прохладный ветерок, мило несущий с собой все тридцать пять градусов бодрящего морозца, и занял водительское сиденье.
– Здрасьте! Меня Илья зовут. Нет, так-то, конечно, Йарх.
Таня сосредоточенно кивнула, стараясь запомнить это имя, а Илья рассмеялся.
– Вы не пугайтесь, если сложно запомнить, зовите Ильёй. А Йарх – это потому, что я маленьким так лаял. Громко получалось, вот и прозвали…
Он белозубо улыбнулся Тане, кивнул Крылане, чуть прищурившись, а потом спросил у неё:
– А вы в гости к своим?
– Нет… я с Татьяной. А что? Тут есть такие, как я?
– Есть. Несколько. Я подумал, может, это ваша родня.
Крылана невольно поёжилась, припомнив вчерашний полёт, покосилась на Соколовского и подумала, знал ли он об этом, а если знал, то почему не сказал?
Ехали недолго – всего-то на самую окраину Норильска. Остановились у каких-то гаражей, напоминающих норы в снежных откосах, подъехали к самому крайнему, отделённому от остальных высоченной снежной стеной.
– Хорошо придумано, да? Прям ширмочка! – похвастался Йарх. – Это я вчера «случайно» уронил с крыши пласт снега, и мы полночи устраивали эту загородку, чтобы вам можно было незаметно осмотреть брата.
Таня поймала в зеркале заднего вида его посерьёзневший взгляд и спросила:
– А что с ним?
– Ухо… подрался кое с кем, тот его за ухо прихватил, за основание. Так-то вроде всё нормально, но в ухе зудело, вот он и тряс головой. Тряс-тряс, тряс-тряс – и натряс! Да вы сейчас сами увидите.
– А может, в людском виде лучше было бы к врачу сходить? – несмело предположила Таня, которая уже догадалась, что сейчас увидит.
– Так в людском-то у него практически ничего и нет. А вот в истинном… ой, жутко. И раздражает ужасно – ухо-то большое, перевешивает, мешает, и не слышит он им как положено – оно же повисло. Вы представляете себе северного лиса с распухшим висячим ухом? Это караул! А потом… когда мы в тундру уходим, с таким ухом там не выжить.
Таня не стала интересоваться, зачем именно им в тундру. Во-первых, это невежливо, а она давно и прочно уяснила для себя, что её любопытство заточено только на проблеме, которая возникла у конкретного животного, а вовсе не на его хозяевах, их образе жизни, достатке и прочих вещах. А во-вторых, потому что увидела собственно песцов…
Из приоткрытой двери гаража вышли трое – белые, с изумительно пушистыми шубками, внимательными глазами и широкими лапами. Они осмотрели машину, коротко тявкнули, и Таня узрела своего пациента.
– Ой… дааа… – тихо выдохнула Крылана. – Бедный!
– Ага… ужасно неприятно, – согласился с ней Йарх.
Таня оглянулась на него, и Йарх сообразил:
– Вийс, иди сюда, чего ты там тормозишь? – окликнул он брата. – Его Васькой зовут, а по-нашему Вийс, – пояснил он Татьяне.
Татьяна вежливо поздоровалась со всеми присутствующими, старательно напоминая себе, что в другое время могла бы их от людей и не отличить, а потом присела на корточки около пострадавшего северного лиса.
– Да, отогематома, то есть гематома на ухе, – она внимательно осмотрела пациента, а потом уточнила у него: – Можно прикоснуться?
Песец горестно вздохнул, почесал повреждённое ухо и кивнул.
– Сколько дней назад это произошло? – спросила она у Йарха.
– Пять.