Ольга Назарова – По эту сторону. Дом с секретом и ночные крылья. Часть вторая (страница 4)

– А там ещё комната! Шкажи – ты щаштлив? Тебе нравитшя?

– Очень! – признался Уртян.

– Тогда хорошо! – вздохнула Муринка. – А то Таня как-то шказала, что мы в ответе за тех, кого прирушили. Я даже перешпрашивала у неё, и она мне объяшнила, что прирушенных надо обешпешивать вшяким хорошим-прехорошим! Так што я обешпешила тебя цветуями и плетушками, и вообще, не бойшя, я тебя не брошу! Ни тебя, ни твою лишиньку!

Неожиданно растрогавшийся Уртян оглянулся на довольную норушинку, которая его приручила и теперь заботится:

– Ты самый лучший приручатель, который мог бы у меня быть! – торжественно сказал он.

Когда к дверям норы прибыла Аури в сопровождении Руухи и немыслимого количества каких-то сумок, пакетов, коробок и прочего в том же роде, Уртян был изгнан поработать и не путаться под лапами:

– Никогда не стой между лисицей и её страстью к обстановке норы – целее будешь! – напутствие от Руухи Уртян принял с благодарностью – в конце-то концов, великую лисью мудрость никто не отменял.

Он легко сварил противоядие от лисоярости – там для опытного травника ничего сложного не было, но это имело неожиданные последствия.

Во-первых, его бабуля первый раз увидела, как работает внук, и… впечатлилась.

– Я не знала, что ты так можешь! – с невольным уважением произнесла Ичиго, принюхиваясь к травам в лаборатории Уртяна.

– Это простое зелье, – спокойно ответил внук, а увидев изумление бабки, поправился: – Для меня простое.

Уважение кицунэ – это вам не лис начхал, это уже серьёзно!

А вторым последствием были… претензии пришедших в себя отца и брата Аури. Стоило только их напоить противоядием и рассказать о произошедших с момента их «отключки» событиях, как они оба раскричались, требуя немедленно вернуть Аури в семью:

– Я не давал своего позволения! – сердился отец лисички.

– У нас был совсем другой договор! Аури! Немедленно домой! – требовал её братец.

Возмездие пришло с ходу, и было его много… Опрометчивого Ауриного батюшку уволокла в уголок его супруга, распушилась так, что стала похожей на песца, и грозно протявкала, что если бы не их рррродственница, которая спрыгнула с ума и опоила своих родных, то ни Аури не попала бы в беду, ни они сами! И да, то, что их семье удалось выползти из этой ситуации без потерь – вовсе не заслуга её мужа!

– Если бы не отъезд Уртяна, если бы не Сокол, который определил, что вы опоены, если бы не отвага и дар твоей дочери, которая одна противостояла двум злодеям и смогла даже под зельем вспомнить своего жениха и вернуться в сознание, то у нас была бы ужасная беда! А ты… ты только пришёл в себя, кстати, благодаря Уртяну и его противоядию, и давай с ходу всякую ерунду верещать? Мне за тебя стыдно!

– Но милая… у него же ничего нет! Как мы отпустим дочь жить к… голодранцу!

– У него теперь всё есть – и нора уже в его собственности, и денег хватает! А главное – у него есть настоящая любовь к твоей дочери, талант, знания и умения, а ещё дар мгновенного заживления любой раны. Он – лучшая партия из всех, даже если выбирать только расчётом!

– Но Аури же только учится! – некоторое сходство её мужа с ослом временами вызывало у мамы Аури желание треснуть супруга чем-нибудь тяжёлым промеж ушей, но так как она была хорошо воспитанной лисицей, то пришлось ограничиться предупредительным, но сильным укусом в основание уха.

– Аййй, дорогая, но мы же договаривались так… – попытался оправдаться лис.

– Все договорённости обнулились тем, что твоя дочь самостоятельно отбилась от негодяев, а ещё обнаружила в себе талант двулапой огнёвки!

Супруг открыл пасть, потом её закрыл, сморщился, потрогав лапой укушенное ухо, и глубоко вздохнул – с двулапостью спорить уже было трудно.

Нет, он, конечно, попытался – что поделать, если натура такая.

– Эээ, ладно, я подум… ай! – клацанье зубов у второго уха оказало стимулирующее действие, так что закончил он совсем не так, как собирался:

– Я подумал и решил, что согласен!

– И это правильно! – поддержала его жена. – А то там до тебя рвались добраться моя мама и моя тётя Рууха!

Отчаянный визг Арруна, заставивший его батюшку удивлённо воззриться на супругу, она прокомментировала так:

– Это я тебя пожалела, всё-таки муж… А вот сыночек всё-таки наткнулся и на бабулю, и на двоюродную бабулю разом. Он же упрямством-то весь в тебя. Вот и доигрался!

Аррун действительно рвался что-то доказать сестре и призвать к порядку распустившегося Уртяна, а вместо этого нарвался на бабулю и на Рууху. Пожалел об этом практически сразу, но вырваться от них так просто ещё никому не удавалась, так что верещал он долго и безуспешно.

– Да я ж ничего! Я уже всё понял! Уй… бабуля, зачем сразу за ухо-то, аййй… а за второе зачем?

– А для симметрии! – отвечали ему опытные лисы. – Ибо нечего лисоглупостями маяться!

Они и к тётушке собирались наведаться, но тут вмешался неучтённый фактор – Ичиго, которая решила познакомиться поближе с родственниками будущей жены внука.

Нет, если бы она уловила хоть тень пренебрежения, то знакомство пошло бы по иному пути, но эти две лисы были прекрасно воспитаны, а их собеседница не собиралась делать неприличные вещи и становиться, к примеру, лисовином. А раз так, раз она уважала обычаи земли, где живёт, так и её можно уважить! В конце-то концов, кто у нас только не проживает… если уважаешь нас, считаешь себя частью этой земли, то и на твою непохожесть можно закрыть глаза!

***

Через некоторое время вновь составленная коалиция выдвинулась с визитом к тётушке Аури. Та только-только зализала раны и смогла вернуть на место загулявшую по окрестностям мебель. Узрев выходящих из автомобиля двух лисородственниц, тётя сделала попытку изобразить любезную улыбку, которая растаяла как утренний туман, стоило ей только узреть незнакомую гостью.

– Это… это же кицццунэ! – прошипела она. – Я не позволю ей тут быть! Эти позорные твари никогда не переступят мой порог! Я… прокляну Аури, если она всё-таки выйдет замуж за того… замаранного…

Собственно, на этом её выступления и закончились – рассмотрев выражение лиц гостий, тётка сделала разумный вывод о том, что иногда отступление – единственный способ спастись, и ринулась к дому, но огненный сгусток умело расплавил ручку входной двери.

– Я же тебе уже говорила недавно, что ты должна сначала думать, а потом говорить и делать? – насмешливо уточнила Рууха, примеряясь к новому броску, а тётка спешно вернула себе истинный вид и приготовилась сбежать под крыльцо.

– Если моя новая сестра позволит, то я могла бы предложить иное средство воздействия, – покосившись на бабушку Аури, вооружённую скалкой, очень нежным голосом предложила Ичиго.

– Слушаем! – лисы вопросительно повернулись к кицунэ.

– Я думаю, что вот такой вид подойдёт этой особе больше, чем какой-либо другой! – взмах изящной белоснежной кисти, и у тётки обнаружился не один, а целых три хвоста! Причём два дополнительных тоже выглядели плачевно-пострадавшими, словно и они недавно побывали в переделке с несдержанными мстительницами.

– Я немного прибавила ей возраст… – стеснительно потупилась Ичиго. – Надеюсь, вы не сочтёте это излишним!

– Можно и ещё накинуть! Глядишь, поумнеет… – прищурилась Рууха. – Но идея мне очень нравится! Уважаю красивые жесты!

Ичиго чуть улыбнулась уголками губ, показывая, что принимает комплимент, взмахнула рукой, и к трём хвостам присоединился ещё один.

Тётка поначалу не поняла… а потом кааак поняла!

– Аииииййй, убе… уберите это! Я… не киццц… Я не могу! Это… это же мерзко!

– Молчи! – прошипела с ходу разъярившаяся Ичиго, причём переход от нежной улыбки к оскалу фурии был весьма и весьма эффектным. – Лучше молчи, а то сейчас вообще лисом станешь! Я уважаю традиции этой земли и никогда себе такого не позволяла! Но тебя сделаю лисовином с удовольствием, чтобы ты поняла, каково быть в чужой шкуре!

Она не стала упоминать, что это всего лишь наведённая иллюзия, а Рууха с сестрой, разумеется, и не подумали просвещать негодную тётку об этом, так что четырёххвостая лиса брякнулась с крыльца и уползла под него, стараясь вести себя как можно тише и незаметнее, сопровождаемая грозными обещаниями и посулами:

– Если ты посмеешь сделать гадость моему внуку и его очаровательной Аури, ты у меня каждые две минуты будешь меняться! – пообещала Ичиго.

– Если ты только подумаешь обидеть мою внучку и её Уртяна, я самолично приеду к тебе с дочкой и разгромлю твой дом, а из тебя сделаю лисоотбивную! – дополнила бабушка Аури.

– Если ты не услышала моих спутниц, раскрой свои уши и сделай себе подарок – УСЛЫШЬ МЕНЯ! Сколько бы у тебя ни было хвостов, в каком виде и с каким состоянием дома ты бы ни была, но, если ты отважишься как-то задеть Аури и Уртяна, ты лишишься и дома, шерсти и всего прочего! Я тебе обещаю это!

Запущенный под крыльцо огненный сгусток вылетел вслед за визжащей тёткой и пронёсся по саду, ничуть не навредив растениям, но умело постучав по междуушью глупой особы. Когда она нырнула в бочку для дождевой воды, сгусток повисел немного над поверхностью и, покрутившись между иллюзиями трёх хвостов, видневшихся на поверхности, истаял в воздухе.

– А мне понравилось! – сказала Рууха. – Мы прямо сработались! О! Вынырнула, хвосты считает!

Отчаянный вой тётки, которая никак не могла избавиться от позорной «кицццуновской» приметы, сопровождал трех очень разных особ, с превеликим достоинством усаживающихся в автомобиль.