Ольга Назарова – По эту сторону. Дом с секретом и его притяжение. Часть вторая (страница 18)

– Конечно-конечно! – кивнул Фёдор. – Само собой! И ещё, если можно… не говорите о письме никому, кроме моего брата.

– А почему?

– По-моему, владелец гостиницы собирается предложить брату работу, а информация о его болезни может его отпугнуть. После нашей встречи это будет уже не актуально – я передам ему лекарство, но до этого мне бы не хотелось своей попыткой помочь портить Генке жизнь, понимаете?

Всё время разговора он сохранял предельную серьёзность, не улыбался – характер такой – сдержанно-нордический, и вот это ему прилично помогло – всё-таки Варя подсознательно избегала общения с «чудовищами».

Фёдор ещё раз её поблагодарил, а потом ещё раз, а затем, наконец-то откланявшись, удалился.

– Вот же… сходила погулять – нашла себе заботу на голову! – вздохнула Варя.

Впрочем, она решила, что ей это поручение выполнить будет не трудно – что за проблема отдать бумажку, а так – она человеку поможет. Хорошо же? Хорошо!

Правда, царапнула её мысль, а почему этот Фёдор-Фридрих не обратился к ней, когда она только вышла из гостиницы, или не подождал, когда она туда вернётся – явно же где-то поблизости припаркована его машина.

– Может, не знал, какой момент получше выбрать, – решила Варвара, направляясь в гостиницу. – Вот и решил, что подобрее буду, если по магазинам похожу.

И надо же было такому случиться, что увидела она этого самого Геннадия очень скоро – он с самым серьёзным видом слушал, что ему говорит светловолосая приятная девушка у двери номера, располагающегося рядом с лестницей.

– Я всё понял, Анна, всё сделаю! – кивнул он девушке, она закрыла дверь номера, а высокий блондин, аккуратно обойдя Варю, собрался спускаться, но она его остановила:

– Извините, вы же Геннадий, да?

– Да, – блондин чуть сдвинул брови, явно пытаясь сообразить, откуда эта девушка могла узнать его имя – они явно не знакомы.

– Вам просили передать, – Варя вручила изумлённому блондину сложенный лист бумаги и развернулась, чтобы уйти.

– Кто вручил? – напряжённым тоном уточнил Геннадий.

– Один человек, очень похожий на вас, – пожала плечами Варя – поручение она выполнила, больше её ничего не касалось.

Она ушла к себе с приятным ощущением, что сделала что-то хорошее, а Геннадий так и застыл у края лестницы с бумажным листком, который казался ему опаснее змеи.

– Похожий на меня? – пробормотал он, сжимая лист в широкой ладони. – И кто же это такой?

Он спрятал бумагу в карман и спустился в свою комнату, которая теперь стала значительно комфортабельнее – в стене появилась дверь, ведущая в его личную ванную и туалет, мебель была вполне удобной, короче, здесь он себя чувствовал… в безопасности. И пусть ему ночами всё виделось то страшное болото и давящий на плечи ошейник с цепью, но он быстро просыпался и с радостью ощущал, что это только сон – он улетел и не может сделать ему плохого.

Письмо он прочёл, как только зашёл к себе и закрыл дверь.

– Фридрих… он вернулся, – разница в возрасте у братьев была небольшая – всего пара месяцев, они были похожи, как родные, и Геннадий с ним действительно крепко дружил, когда они учились в школе, а потом… потом, когда на обоих подействовало семейное проклятие, родители Фрида нашли ему очень удачную невесту – красивую девушку с чудесным характером.

В общем и целом, в лягушачьей шкурке Фрид провёл всего несколько дней, а потом женился и отправился учиться в престижный вуз. Нет, он не забывал кузена, даже несколько раз приезжал его навестить в том лягушачьем болоте, но после окончания вуза устроился на работу в Питер, а после, через пару лет, уехал вместе с женой в Китай.

– Он вернулся, – прошептал Геннадий. – Неужели же это правда? Неужели он нашёл средство? Но откуда? Правда, Китай… кто знает, может, и там были какие-то такие случаи, как у нас в роду?

Нет, нельзя сказать, что Геннадий не подумал о том, что Фрида подослали, чтобы выманить его из гостиницы. Как раз подумал, даже обдумал эту мысль со всех сторон.

– Да нет… Мы же дружили. Зачем ему? Он давно уже был в отъезде, не в курсе всех этих… мерзостей. Может, действительно, нашёл средство?

На секунду мелькнула мысль о том, что Соколовский уехал, а если он будет против того, чтобы его слуга под клятвой лишался ценной возможности поиска болотных кладов?

– Даже скорее всего будет против! – понял Геннадий. – Да, но, если такое средство существует, я же могу его сразу не принимать! – осенило его. – Приедет Сокол, я поищу всё, что он прикажет, а потом приму средство и стану нормальным! Соколу это даже выгодно будет – я же смогу арбайтен лучше. Надо… надо идти! Фрид не сможет ждать меня много дней – у него же работа в Китае, семья.

У Геннадия аж руки затряслись – так заволновался, что упустит единственную возможность вернуть себе нормальную жизнь.

– Надо дождаться девяти часов и выйти! – решил Геннадий. – Но Сшайр… он может не выпустить!

Правда, решение пришло быстро:

– Я скажу ему, что иду в клинику, хочу проверить там, закрыл ли окно, и выйду оттуда, а потом так же вернусь!

Он как на иголках дождался девяти вечера, даже поужинать толком не смог от волнения – всё ходил взад-вперёд по комнате, следя за секундной стрелкой часов на запястье.

– Ну… пора! – решился он. – Надо идти.

Всё прошло без сучка и задоринки – Сшайр на его фразу о проверке окон оторвался от книги, суховато кивнул и снова нырнул в мир, сотканный из ровных печатных строчек, а Геннадий заспешил в коридор около гаража – именно там Шушана сделала переход через подворотню, чтобы можно было напрямую, без выхода на улицу, попадать в помещение стоматологической клиники.

Войдя в клинику, он исполнительно проверил окна – иначе расквакался бы, когда с Сшайром разговаривал, а потом вышел из клиники на улицу, старательно заперев за собой двери.

Сшайру не пришло в голову спрашивать, а не собирается ли Геннадий выходить, так что тот и не соврал.

Через несколько минут Герман уже подходил к скверу напротив гостиницы, не зная о том, что девушка, которая передала ему письмо, смотрит на него в окно – специально вышла для этого из номера и застыла у коридорного окна.

– Приятно всё-таки, что у меня всё получилось, – улыбнулась сама себе Варя, наблюдая за встречей двух высоких плечистых блондинов, на секунду застывших на месте, а потом торопливо шагнувших друг к другу. – Разве это не здорово – встреча родственников?

Глава 69. Хорошее дело с непонятностями

Встреча родственников продолжилась крепким рукопожатием, похлопыванием друг друга по плечам.

– Хорошо-то как! – довольно вздохнула Варя. – Здорово, что я не отмахнулась от Фрида, а то, как бы они встретились? Пойду к себе, что я… будто подглядываю за ними!

И тут её мозг, слегка поразмыслив, выдал несколько вариантов, о которых Варвара раньше почему-то не подумала:

– Интересно, что же это Фёдор не зашёл в гостиницу и не оставил письмо кузену? Ну, ладно, ладно… положим, он не хотел брата перед потенциальным начальством подставлять, но кто ему мешал отправить письмо почтой или курьерской службой, если надо было срочно? Почему эсэмэску не послал? Хотя… если Геннадий его заблокировал, наверное, эсэмэс могла и не дойти. Но остальные-то способы вполне рабочие!

Это её как-то встревожило – хорошее дело не увязывалось с непонятностями.

– Так, а если повспоминать, о чём он мне говорил? – напрягла память Варвара. – Он спрашивал, спрашивал, спрашивал, я отвечала… Погодите-ка, а почему он меня постоянно о чём-то спрашивал?

В памяти забрезжило что-то когда-то услышанное, но самоуверенно отброшенное под грифом «да фигня это всё, оно так не сработает, ну, по крайней мере, со мной», из-за этого плотно забытое и отправленное в какой-то дальний архив памяти, где хранились знания неважные да ненужные.

– Вопросы… вопросы для согласия… – вспоминала Варя. – Принцип «трёх да»! Ой, да ну, фигня же! Только вот, погоди-ка… он же так и делал! И даже, по-моему, больше, чем три раза! И я же чувствовала, что меня прямо тянет согласиться! Вот ослица! Всё думала, что мне это не грозит, и сама вляпалась! – фыркнула она на себя, покосившись на двух мужчин в сквере. – Хотя… ничего же плохого не случилось, да? Вон, стоят, разговаривают. Всё мирно, душевно, хорошо. Небось, этот Фрид просто так хотел встретиться с братом, что немного того… переусердствовал! А про письма просто не подумал – я ж тоже не сообразила.

Тут она решила вернуться в номер, но напоследок глянула в окно – так, просто полюбоваться сделанным ею хорошим делом, и тут же пискнула:

– Ой, что это? – Варя прилипла к оконному стеклу, увидев, что один из блондинов бессильно повис на плече другого. – Кому-то из них плохо? Да, это Геннадий – он был в белой рубашке. Надо, наверное, спуститься и сказать охране, чтобы он двери открыл и вызвал врача… Стоп, а куда это Фрид брата поволок? К машине? Куда?!

«Хорошее дело» оборачивалось чем-то совсем не таким уж и хорошим, Варя в ужасе застучала ладонями по стеклу, дёрнула окно, чтобы открыть его позвать на помощь, и, взвизгнув, отскочила – у её правого локтя появилась мышь, с которой она недавно общалась.

– Но её тут точно не было! – испуганно подумала Варя.

– Что случилось? – строго спросила мышь.

– Там… Там этого… постояльца уволакивают!

– Какого постояльца? – Шушана выглянула в окно, туда, куда указывала Варя, безошибочно высмотрела бесчувственного Геннадия, которого заботливо умащивал в машину его брат, а потом топнула правой передней лапой.