Ольга Назарова – По эту сторону. Дом с секретом и его притяжение. Часть первая (страница 4)
Для того, чтобы от безделья Илья лишнего не понапридумывал, решено было его загрузить по максимуму – тогда и некогда будет фордыбасничать да самовольничать как старший Иван!
А вот сейчас, усевшись с удочкой на берегу, он ненароком призадумался – команд-то не было, срочно кидаться и что-то выполнять было нечего, а свободное время было, вот и завернула в мозг мимопролетающая мысль – заглянула, покрутилась в гулком просторе непритязательного Илюхиного ума, да и решила чуть задержаться – приятно же – никакой тебе конкуренции!
– Интересно, – непривычно пришло Илье в голову, – а что делать, если на лягуха щука нападёт? Я ж на берегу, а лягух – в воде. А если цапля его сразу клювом... того? Как тогда быть?
Уже эти размышления с ходу демонстрировали, что несмотря на все свои объёмные, фундаментальные и ещё какие-то там недостатки, Илья был, во-первых, добросовестным, во-вторых, неленивым, а в-третьих, даже поймав незапланированную мысль, её непривычно, тяжеловесно, но обдумывающим.
По зрелому, хотя и медлительному размышлению, Илья увеличил свой арсенал, прибавив к уже имеющимся метательным снарядам, прекрасно высохшим вчера, новый запас и присоединив к ним этакое копьецо, собственноручно вырезанное им из древесного стволика, на совесть заострённое и даже обожжённое – для прочности.
– Гарпун бы, но, пока его тут не достать, можно и с этой штукой поработать! – бормотал себе под нос лягушачий охранник, старательно наблюдая за плавающим то в одну, то в другую сторону Генчиком.
– И чего это он так суетится? – невольно удивился Илья.
А идея Геннадия была очень проста – он собрался найти лягушку, максимально похожую на него самого, и уговорить на подмену – пусть поплавает, пока он, Генчик, вдоволь отдохнёт – так-то неугомонный охранник не привяжется! Поэтому в настоящий момент он не просто так грёб лапами, а демонстрировал претендентам, что именно ему от них нужно.
Нет, всё бы получилось, только вот вредные земноводные, понаблюдав за мельтешением Генчика, стали задавать неудобные вопросы типа:
– А зачем нам-то это надо?
– А когда нам охотиться?
Последний из кандидатов так и вообще охамел:
– А чем платить будешь?
– Набрались от людей всякого непотребства! – злился Генчик, решив, что раз по добру земноводные сотрудничать не желают, то он хитростью вынудит их помогать. – Ну и ладно, вот пусть в вас комья и кидают!
Илья с недоумением наблюдал за метаниями крупного лягуха и прекрасно видел, как тот нырнул под кочку, а потом оттуда вынырнул и уже гораздо медленнее поплыл прочь.
– Домельтешился, – понимающе хмыкнул Илья. – Выдохся.
Лягух доплыл до следующей кочки, вылез на неё и уселся греться на солнышке и ловить комаров.
– Эй, Генчик! Доплавался так, что аж проголодался? – окликнул его Илья – ноль внимания, фунт презрения. – Да и ладно, да и было бы предложено! – пожал плечами лягухоохранник. – Веришь, самому болтать с тобой неинтересно!
А в это время вредный и хитроумный Геннадий-Герман неспешно плыл в другую сторону – подальше от тупого увальня – на облюбованную удобную корягу, где он планировал отдохнуть всласть, и размышлял:
– Да что болтать-то с тобой? Можно подумать, делать мне больше нечего! Ему бы осознать, КТО с ним рядом, относиться с почтением, а он? То в глаз мне даст – два раза, то в нос! Ошалел совсем!
За рассуждениями о том, что низменные людишки совсем расслабились и не разумеют, как себя надо вести с принцами, Генчик отвлёкся от окружающей действительности и не заметил, как за ним следят холодные рыбьи глаза.
От первого броска щуки Германа спасла чистая случайность – он сам решил попитаться рыбкой и отклонился в сторону, пытаясь сцапать юного малька какой-то рыбёшки, как вдруг совсем рядом клацнули здоровенные челюсти, как из фильма ужасов.
– Ааа! – подумал Геннадий, которому отчего-то резко стало не до болтовни и даже не до философских размышлений. – Аааа-ииии! – добавил он к первой мысли.
Щука хотела есть, Генчик, напротив – категорически не желал, чтобы им позавтракали, поэтому спасался активно и изобретательно. Но…
– Она от меня почему-то не отстаёт! – осознал он через очень небольшое время. – Отвянь, каркадила несчастная! – булькнул он, что не произвело на щуку ни малейшего впечатления.
– Нихт меня жрать! Ты хоть представляешь, кто я такой? – завопил он по-лягушачьи, стремительно уворачиваясь от щучьих челюстей – хорошо хоть, добрался до коряги и теперь лавировал между корнями старого дерева, давным-давно попавшего в болото.
Щуке было явно наплевать на это. Вот просто возмутительно безразлично отнеслась злобная рыбища к выкрикам дичи!
Ещё через пару минут беспрестанного уворачивания и экстренных мер по спасению своей драгоценной жизни Генчику стало понятно – пропадёт он ни за что ни про что!
– Илюююха, СПАСИИИ! СОС! МЭЙ ДЭЙ! ХЭЛП! – истошным воплем разнеслось над болотом. – Квааа!
– О! Объект-то вона где! – осознал Илья, последние полчаса собиравшийся напомнить лентяю о том, что он вообще-то сюда не комаров жрать приехал, а клад искать! – Это я чего-то ого-го как перепутал! Так, а чего он так завывает?
Илья только думал медленно, а бегал, напротив, очень быстро! Так что он ещё додумывал свой вопрос, а сам уже прыгал с кочки на кочку к коряге, над которой то и дело выпрыгивал из воды лягух, верещащий что-то панически-истошное.
Добравшийся до цели Илья сцапал в воздухе лягуха, в очередной раз выпрыгнувшего из воды, и сунул в карман, а обнаружив злоумышленницу-щуку, изо всех сил стукнул по ней острожиной, машинально прихваченной с берега.
Если бы он был заядлым рыбаком, то потом, конечно, врал бы, что одним ударом всадил деревянное копьецо в рыбищу воооот таких размеров, но, будучи спортсменом, он быстро сообразил, что это вряд ли возможно:
– Силища и скорость у зверюги ого-го какая! А у меня просто деревяшка, и остриё не стальное – не смогу я её так поймать! Да и ладно, а мы её вооот тааак! – Илья вместо удара остриём по рыбище стукнул сверху плашмя, попав по зубастой голове, а потом, воспользовавшись тем, что рыба оказалась самую малость оглушена, ловко подсунул копьецо под ближайшую к нему часть коряги и приналёг всем весом на дерево.
Коряга неожиданно легко начала поворачиваться, и щука оказалась поднята из воды переплетением жёстких корней, забилась в них и, конечно, выскользнула бы, если бы не Илюха, содравший с себя ветровку и упаковавший в неё добычу.
– Вооо! А то такая щука и мимо рук? Вот жалко! Никто же не поверит! – запереживал Илья, придерживая извивающуюся ветровку. – Так, секунду, а где этот? Откуда он бубнит?
Крамеш, уже собравшийся было спасать Генчика, едва в голос не хохотал, глядя, как Илья глубокомысленно застывает, потом стучит себя по лбу, потом хлопает по бокам, разыскивая карман, в который он сунул Генчика, замирает, а затем спешно разворачивает часть щукоупаковки, выпутывая уже чуть придушенного метаниями рыбы лягуха.
– О! Живой! – одобрительно констатировал простодушный Илюха, традиционно потыкав лягушачью тушку, висящую в воздухе на задней лапе. – Генка, ты везууучиий!
– Квах, кха, квакого… ты меня опять щупаешь? – откашлялся возмущённый до крайности Геннадий. – И где ты был? Почему сразу не помог?
– А не обнаглел ли ты? – Илюха и сам уже тренерской работой занимался, так что все попытки юных подопечных куда-то смыться и ничего там не делать просекал с ходу. – Ты ж сам слинял! Небось, чтобы тут поваляться в своё удовольствие, а не поисками заниматься, да?
– Поклёп! Ква… клевета! – возопил Генчик.
– Хорош выквакиваться! – строго велел Илья, одновременно придерживая щуку, а точнее, свою ветровку, которая всё силилась свалиться с коряги в воду. – Так, раз цел, сам плыви на берег, а я – рыбку поймал!
– Рррыбку? Да это натуральный каркодил! В смысле, кракодил! Тьфу, крокодил! Короче, я в воду не хочу! Неси меня.
– Да будут мне тут всякие мокропузые командовать! – рассердился Илья. – Сам-сам! Вон, всё утро бултыхался в этом болоте, и ничего, небось не боялся. Вперёд!
«Вперёд» в исполнении дуэта Илья-Генчик вышел энергичным и очень быстрым – бросок лягуха в сторону берега был исполнен профессионально и весьма точно.
– Как раз куда надо, туда и прилетело! – констатировал Илья, бдительно перехватывая упорную ветровку со щукой внутри. – Не-не, а вот тебя я уже не выпущу!
Лягух, приводнившийся на прибрежном мелководье, шустро грёбся к берегу, Крамеш в зарослях снимал происходящее в полном восторге, предвкушая, как покажет это начальству, а Илья переупаковывал щуку, чтобы доволочь её до берега.
Всегда так бывает – когда человек чем-то сильно увлечётся, он подчас делает неожиданные вещи… Так вышло и у Ильи – нет, он излишним рыболюбием не страдал и запросто оглушил бы хищницу камнем по голове, но камней-то как раз под рукой не было. Стучать по ней его копьецом было бессмысленно. Во-первых, его «оружие» годилось только чтобы легонько оглушить такую рыбищу, а во-вторых, и оно куда-то делось. Можно было ещё просто треснуть щукой в его ветровке о корягу, но…