Ольга Назарова – Лукоморские царства (страница 70)

— Чего тут зимой-то делать? — Жаруся зябко повела крыльями и наблюдая за Катериной, вызывающей ворота, подумала, что кроме всего прочего, ни за что не пропустит момента, когда Катина семья узнает о том, что у них теперь новые родственники появились!

Катерина шагнула в ворота и немного удивилась, сообразив, что там, дома, ещё ранняя осень, улыбнулась и уже радостно кинулась скорее к своим!

Ворота пропустили всех и закрылись, и растаяли в воздухе. А мама и бабушка уже обнимали Катерину. Рассказов и впечатлений хватило до вечера. Мама была в ужасе от многих подробностей Катиных приключений, но держалась, а бабушка и поплакать и лекарства напиться успела, но глядя на сияющую внучку, нашла в себе силы и порадовалась за неё! Известие о побратимстве Катина мама восприняла очень достойно.

— Я рада тебе. — улыбнулась она Волку. — Здесь отныне твой дом. — а подняв глаза на остальных, добавила. — И ваш тоже!

Волк выдохнул и облегченно закрыл глаза. Он-то отлично понимал, как можно было отреагировать на такое известие, и откровенно боялся этого момента. Жаруся перелетела к нему на шею, и легонько клюнула в макушку. — Рад?

— Не то слово! Счастлив! — честно признался Волк.

Степан был вынужден почти сразу отправиться домой. Очень неохотно, практически пинками себя погнал на бабушкину дачу. Ему страсть как было интересно, что Катина мама скажет о Волке в качестве Катькиного названного брата. — Моя бы в обморок упала сначала, а потом упекла бы меня в клинику по лечению неврозов! Минимум до совершеннолетия. — думал он, поминутно выглядывая в окно. Вот бабушка Катина пошла в терем вместе с Сивкой и Котом, а за ними Жаруся в виде голубки, вот вернулась с какой-то миской. А, вот Катька с Волком и Катькиной мамой идут к терему, обе смеются.

— Неужели ещё не рассказала?! — тут Волк мотнул головой на Степана в окне. — Вот как он знает, он же не оглядывался! — Степан, которого застали в наблюдательном пункте, растерялся. И тут же обрадовался, потому что Катька помахала ему рукой, иди, мол к нам. Его из дома просто вынесло. Чуть успел бабуле сказать, куда он идет. А добежав до терема, он застал роскошное застолье!

— Степочка, скорее за стол! — бабушка Кати, показывала на тарелку, специально для него приготовленную. — Спасибо тебе, что ты Катюшу спас!

Степан покраснел, быстренько уселся и уставился в тарелку. — Интересно, а Катька рассказывала, сколько она меня раз спасала? — подумал он. — Похоже, что нет.

Когда он выяснил, как Катькина семья, включая приехавшего на дачу в разгар праздничного обеда деда, отреагировала на появление новых членов, он просто крутил головой то ли ужасаясь, то ли удивляясь. Очухался только после того, как Сивка пнул копытом его стул.

— Очнись. — посоветовал конь. — Да, они такие. И нам безмерно повезло! Да и тебе тоже, по-моему.

— Они всё-таки совершенно чокнутые! — Степан позволил себе это подумать только после того, как подальше отошел от Баюна, да и от Катьки тоже, на всякий случай. — Сумасшедшие! Но, если совсем честно, лучше я с ними буду, чем с нормальными! Надежнее как-то! И теплее, чего уж там!

Степан отучился уже неделю, после возвращения из Лукоморья. И ему казалось, что это уже несколько лет прошло! — Катька! Ну, Кать! Мы когда вернемся? А?

Они возвращались со школы. Шли к машине Степана, и Катерина закопалась в рюкзаке по уши, проверяя, не забыла ли она чего. Волка с трудом убедили Катерину в школу не провожать. И теперь Степан страшно хотел её убедить вернуться поскорее в Лукоморье.

— Пока там нечего делать. Те сказки, которые уже можно разбудить, уснули весной или летом, их нельзя будить среди зимы. Там же сохраняется то время года, которое было когда они попали в туман! Есть вроде зимние, но Кот чего-то там проверяет, а пока не уверен! — Катерина вынырнула из рюкзака и осматривала пенал. — Вот, хорошо, что не забыла! Ой!

Ей под ноги прилетел чей-то самокат. Но упасть она не успела, Степан уже автоматически мог отслеживать такие моменты. Поймать Катерину за руку, крутануть так, чтобы она оказалась за его спиной и остановить самокат… Если перечислять действия, выходит дольше.

— Ты прямо притягиваешь такие вещи! Если что-то падает, то около тебя! Если летит под ноги, то под твои! Ты как…

— Как корова на льду? — хитро блеснула глазами Катерина. — Спасибо. Коленки бы побила опять. А ты меня выручил.

— Тьфу, я ничего такого не говорил. И пожалуйста. И если бы ты побила коленки, меня бы кое-кто сожрал бы. Так что это мой инстинкт самосохранения! Поехали уже!

— Неа, я пешком, сейчас пробки! — Катерина независимо закинула на спину рюкзак и пошла домой.

— Тьфу, упрямица! Надеюсь, по дороге никуда не влезет! — подумал Степан, усаживаясь в машину.

Вся сценка во дворе занял пару минут, самокат был подобран владельцем, а вслед Катерине всё смотрел Кирюша. Он был человеком наблюдательным. И понял, что эти двое опять были там, за сказочными воротами. Нет, внешне они никак не изменились, но в отношениях что-то поменялось. Вот только что хотя бы. Катерина вроде и не испугалась, пока падала, и не удивилась, что её Степан поймал, как будто бы так и надо. А этот… Англичанин… Кирюша дорого бы дал за такие небрежные движения! Так успеть поймать девчонку, закинуть за себя и легко остановить тяжеленный взрослый самокат. Блин, да кто ж его учит-то? И как бы туда тоже попасть!! Он никогда не видел ничего более удивительного, чем открытые посреди класса старинные ворота, за которыми были огромные горы, и ветер, влетевший тогда в разгромленный класс, кажется, что-то изменил в нем самом. А Катька, примерная и дико раздражающая его Катька, которая, оказывается, сказочница! И эти зверюги, которые с ней! Да ещё могут в людей превращаться, по крайней мере один из них! Черномор был бы в ярости, если бы знал, что он-великий маг и чародей, произвел на мальчишку самое слабое впечатление.

Кирилл шел за Катькой как привязанный. И не удивился, заметив, как этот самый вроде как охранник Степана, оказался около Катерины. Тоже как из воздуха взялся, такое плавное движение! Стоп, что-то такое он уже видел сегодня! Вот кто учит Степана! Точно, так двигаться может только настоящий мастер! Кирилл занимался самбо и это понимал.

— А что это за тобой опять мальчишка следит? — Волк забрал тяжеленный рюкзак у названной сестры.

— Кирюша? Он каждый день так ходит, сегодня что-то не отстает долго. — Катерина тоже не зря время в Лукоморье проводила. Мальчишку она засекла почти сразу. Но смущать его разными дурацкими вопросами не хотелось, поэтому она просто шла себе не оборачиваясь.

Кирюша увидел, как этот вроде охранник, который не охранник, а здоровенный волк на самом дела, шагнул в сторону, а в следующий миг обнаружил его уже рядом с собой.

— Дела тут? Или просто так гуляешь?

Кирилл обмер от неожиданности и медленно поднял глаза, встретившись со спокойным и чуть насмешливым взглядом Волка. — Гггуляю.

— А, ну так гуляй, гуляй. — Волк легко повернулся.

— Нет! Я неправду сказал! Я очень хочу… Очень… С вами! — Кирилл смотрел на Волка, только что руки молитвенно не сложил.

— А вот это уже и правда дело. — Волк кивнул головой. — А зачем?

— Ну, как зачем? — как сформулировать, Кирилл не знал. — Там же такое! Такое! Там ветер! — Он понимал, что говорит ерунду, и вот этот, кто его знает кто, сейчас развернется, и пройдет мимо, и уже никогда с ним не заговорит. — Там мир. И я хотел бы его увидеть! Я постараюсь быть полезным!

— Ветер там… Да, что есть, то есть! — Волк усмехнулся. — Ладно, иди пока.

Кирилла просто снесло с места. Он умчался, боясь, что сейчас ему в спину крикнут, что-то вроде «и не надейся».

— Волк, а зачем он тебе? — спросила Катерина уже в подъезде.

— Забавный паренек. Он почуял самое главное, из той малости, которую увидел. — серьезно ответил ей Волк. — Может, и пригодится. Да и для Степана стимул будет. Ученик очень даже стимулирует.

Катерина аж глаза закрыла, представив Кирюшу в Лукоморье, да ещё в виде ученика Степана!

— Даа уж, интересная жизнь меня ожидает, чует моё сердце! — подумала она, и была абсолютно права!

Конец третьей книги.